Рыбацкое счастье
Шрифт:
— Они все уехали на машине несколько минут назад. Не похоже было, что вернутся скоро.
— Как же так?
В полной растерянности Никос отшвырнул пару камешков с дорожки ногой. Что ему делать? Просто сниматься с якоря?
Как будто это так просто.
— Вы едете, случайно, не в город? — спросил он человека с фонариком. Однажды ему ведь удалось разыскать Виолу. Почему не должно получиться еще раз?
— Дело в бензине… — Человек протянул Никосу открытую ладонь. Тот без слов вложил в нее довольно крупную купюру.
Он ругал себя дураком и идиотом. Вся эта затея абсолютно бессмысленна.
Глава 10
Виола не могла отвести взгляда от рук официанта, когда он протянул ей меню. Узкие руки с такими же тонкими пальцами. В последние несколько часов Виола мало думала о Никосе. А сейчас вдруг сердце ее защемило от тоски. Она вспомнила, как ласково и волнующе он гладил ее и ласкал своими руками. Он умел играть на ее теле, как на рояле. Томление. Страсть. Откровенное желание. Никос, как музыку, извлекал из нее чувства и ощущения, в которые она давно уже больше не верила.
А как насчет любви?
Виола спешно приказала этой мысли убраться. И наслаждалась созерцанием рук официанта.
— Вам нехорошо? Я могу помочь?
Виола вспыхнула. Нельзя ведь так откровенно пялиться на руки мужчины. Хорошенькое же у нее, должно быть, выражение лица…
— Графин красного местного вина, пожалуйста. Parakalo, — по-гречески добавила она.
Официант улыбнулся без тени двусмысленности. Одинокие женщины, как эта рыжая, не редкость в его кафе. Он давно привык к любопытным, порой даже страстным взорам, какие они ему дарили. Все они исподтишка изучали его достоинства, прикидывая, удастся ли провести с ним ночку. Он ненавидел, когда его так разглядывали. Но заказавшая вино нежная девушка была другой. Наверное, он напомнил ей о чем-то таком, что заставило ее покраснеть.
Виола углубилась в меню. Она хотела есть. И к огромной своей досаде — Никоса.
В тысячный раз уверяла она себя, что не может он дать ей большего, чем курортный роман. Она пустилась в эту игру, потому что была еще слишком занята своими собственными проблемами. Именно то обстоятельство, что их первая встреча абсолютно ни к чему не обязывала, дало ей смелости связаться с Никосом. Похоже, здесь без колдовства не обошлось — так ворвался он в ее жизнь.
Может ли быть так, что их соединил Христиан, мучила ее снова мысль. Или действительно это не более чем случай, что они с Никосом встретились на том самом месте, где с Христианом случился инфаркт?
Если после смерти возможна любовь — тогда возможно все.
Сердце ее колотилось отчаянно. Между ней и Никосом еще ничего не ясно. Что она о нем знает? Чем он зарабатывает себе на жизнь?
Ее тетушка сомневается, что он рыбак. Но кто же тогда? Виола будто ухнула в темноту неизвестности. Какую тайну Никос от нее скрывает? Готова ли она ее узнать?
Любит ли он ее?
Оказавшись в городе, Никос тут же раскаялся, что поддался эмоциям. Слишком опасно, что его узнают. Надо быть безумцем, чтобы пойти на такой риск — бродить в толпе отдыхающих у всех на виду!
Тем не менее надежда отыскать Виолу влекла его дальше и дальше по узким улочкам.
Он должен увидеть ее!
Случай или судьба?
Сердце его подпрыгнуло от внезапной радости: вон она, за столиком кафе. Рыжие волосы вокруг бледного лица как всполохи костра. Сказочное существо. Нимфа, которая заблудилась на берегу.Он мгновенно ощутил отчаянное желание.
Виола заказала блюдо из курицы гриль и большую порцию салата. Она решила сегодня же вечером разыскать Никоса на его судне. Пора им поговорить. И тут она услышала его голос:
— Виола!
Она вскинула глаза от неожиданности. Никос пробирался к ней через толпу прохожих. Даже сквозь загар он казался бледным.
— Никос, что-то случилось? — само собой вырвалось у нее, такой у него был взволнованный вид.
— Я тебя искал. — В его интонации звучал упрек. Интересно, в чем он ее упрекает? — Пойдем. — Он требовательно схватил ее за руку.
— Никос! Я только что сделала заказ. Я хочу есть. Если тебе от меня что-то нужно, придется подождать.
— Я не могу ждать. Я хочу тебя сейчас. — Он оглянулся, словно ища место, куда бы он мог ее немедленно положить.
Виола почувствовала, что обрадована и оскорблена. Никос бросил свою любимую яхту только ради удовлетворения инстинкта?
Вдруг ситуация показалась ей исключительно подходящей, чтобы побольше разузнать о его чувствах.
— Я съехала от тетушки. Они с Димитриосом так сильно друг друга любят, что я чувствую себя лишней, — как бы между прочим добавила она.
Никос понял, что она не собирается тотчас бежать за ним. Он подсел к ее столу и мрачно взглянул на официанта. И заказал кувшин того же самого красного вина, какое пила Виола.
— Любовь… — проворчал он.
Его тон больно задел Виолу. Похоже, для него это слово — одно из ругательств.
— Ты не веришь в любовь? — осторожно предположила она.
— Брак моих родителей распался, когда мне было двенадцать. С тех пор я больше был под присмотром… — «Гувернантки», хотел он сказать, но испуганно осекся. Он и так уже многовато выложил про себя.
Виола пала духом. С таким плохим примером перед глазами он вряд ли способен верить в большую любовь.
— Мои родители очень любили друг друга. К сожалению, умерли слишком рано.
Официант принес курицу. Виола вдруг почувствовала дурноту. Поковыряла вилкой в тарелке. Дурнота все усиливалась. Что-то с ней не так. Ох, больше невмоготу!
— Извини, я на секундочку. — Виола вскочила.
Стул едва не опрокинулся — она метнулась к туалету.
Никос отложил вилку, которой он попробовал курицу из Виолиной тарелки. И чего он здесь высиживает? Почему до сих пор не ушел? Какого лешего он несся через пол-острова, лишь бы с ходу заявить Виоле, что хочет ее?
Неужели он уже от нее зависим? Или тут что-то большее? Она не имела права говорить о любви! Это слово выбивало почву у него из-под ног, потому что, стоило его произнести, он начинал думать об унылой, повседневной, пресной ответственности.
Вот уж этого он никак не хотел, да и просто не мог себе сейчас позволить. У него такая работа, которая требует сосредоточения на ней целиком.
Ждала ли Виола от него чего-то большего? Тогда ей наверняка должно было стать ясно, что она ошиблась.