Чтение онлайн

— Будет вам, Морис. — Устало буркнул я. — Только драки нам не хватало. Да и, если вдруг пришибёте ненароком, как назад-то попадёте?

Но он, словно устыдившись своих опрометчивых действий, насупился и пробормотал.

— Извините. Просто, всё это так… так…

Что ж, я прекрасно понимал его. Тогда, два с лишним года назад, «выйдя» с Ленкой в этом мире, чтобы отдохнуть от однообразия коридора, я был шокирован не меньше. Но я же был в общих чертах осведомлён, что «мы не одни во вселенной». Так что, на француза я нисколько не обижался.

Я подал ему руку и он встал, отряхиваясь.

— Залезайте. — Махнул я рукой в сторону одного из катеров. — И держитесь за мной.

Мы летели на северо-запад, и я любовался рельефом. Надо сказать,

что более пятидесяти процентов здешних мест занимают горы. Не очень высокие, но со своей характерной особенностью, выраженной в чередовании хребтов средней, до четырёх тысяч, высоты, над которыми возвышаются отдельные вулканы, с разделяющими их широкими межгорными впадинами. Сами понимаете, что в моём мире я ни разу не был в этих местах. Но псевдопамять, усиленная мозгом скутера подсказала, что вон та, покрытая снегом вершина, соответствует у нас «пятитысячнику» вулкану Демавенд. Пять тысяч шестьсот четыре метра, если быть точным. И, глядя на обезлюдевшие места, которые в недалёком прошлом населяли люди более чем тридцати национальностей, я снова разозлился на зеленомордых.

Уже на подлёте к европейской части, Морис вдруг поинтересовался.

— Юрий, мы можем посмотреть на здешний Париж?

Мазохист хренов. Но, должен вам сказать, что в тутошнем Париже я и сам не был, на что были особые причины.

— Что ж, давайте заглянем. — Согласно вздохнул я.

— И что для этого нужно? — В его голосе звучала какая-то обречённость.

— Просто представьте, куда бы вы хотели попасть. — Посоветовал я. — Эта железяка умная. Так что действуйте.

А сам пристроился в хвост.

— Какими судьбами вас занесло в эти края? — Задал я вопрос минут через пять.

— Исследовательская работа. В этом регионе множество различных языковых групп. Фарси, арабский, идиш. Я пытался доказать из происхождение из древнеперсидского.

Я не сдержал любопытства.

— А в заключение как попали?

— Ну… Был грех. — Не стал отпираться Морис. — Но я ничего не крал. Мне предложили — я купил.

— Дорого заплатили?

— В том-то и дело, что очень дёшево. Прямо таки за бесценок. Относительно, конечно. — Тут же поправился он.

— Ага, — подначил его я, — небось, сами же продавцы и стукнули.

— Вы знаете, я тоже об этом думал. Уж больно всё было… — И последовал глубокий вздох.

Причём непонятно было, то ли он сожалел о прошлом, то ли вздохнул, поражённый видом Tour d'Eiffel [7] , показавшейся вдали. Хотя, возможно, здесь её обзывали как-то по другому, ибо внешне она несколько отличалась от своей сестры у нас дома. Но, должен вам сказать, что ненамного.

Мы снизились у подножья и Морис, стиснув зубы и со слезами на глазах, отправился в печальную экскурсию. Я же, оговорив время встречи, «ушёл» в коридор. Ну не хотелось мне видеть мёртвым Париж, с которым у меня связывались такие прекрасные воспоминания. Да и дождь, как назло собрался. Так что, сами понимаете, В Дромосе мне было как-то уютнее.

— «Quid sum miser tunc dicturus? Quem patronum rogaturus, cum vix justus sit securus?» [8] — Такими словами встретил меня Морис, едва я «проявился» снаружи.

Пропустив умничанье мимо ушей, я поинтересовался.

— Ну как, насмотрелись?

— Насмотрелся. — Подтвердил он. — И, я очень боюсь, чтобы это не оказалось навсегда. Вот пришёл сюда, а вас нет. И вдруг представил, что так и останусь здесь. Один. Среди всех этих мертвецов.

— Жутковато? — Посочувствовал я.

— Не

то слово.

— В Москве, здешней разумеется, работают наши исследователи. Так что, ежели заблудишься — Милости прошу. Но, вообще-то, полетели. А то общество и так заждалось. — И, пресекая попытки полюбопытствовать, выставил перед собой ладонь. — Все вопросы — потом.

А мысленно добавил. — «Надеюсь что не ко мне».

Эх, давно надо бы FAQ (Frequently Asked Questions — Часто Задаваемые Вопросы) составить, специально для таких случаев.

Мы летели на восток, и Морис хранил молчание. Я тоже не стремился завязать разговор, ибо все его чувства я уже один раз пережил, и не было никакой охоты повторять пройденное.

Прикинув, что совсем не хочу встречи с исследовательской группой, находящейся сейчас в этих местах, я окликнул Мориса и приказал снижаться.

Он с сомнением посмотрел на капсулу со снотворным, протянутую мною, но всё же послушно проглотил, не выказывая особого недоверия. Я «убрал» катера, затем, активизировал Прибор и, минуя унылый путь вдоль реки, занёс в коридор Мориса, оказавшись сразу возле «выхода», ведущего домой. Да, хорошая всё же штука, этот разделённый надвое хрустальный шар. Даже жаль будет расставаться.

Мы «вышли» в одном из Подмосковных лесов и я тут же, со второй попытки, правда, «выкатил» один из Мерседесов, застрявших в Дромосе вследствие неудачных «переходов». К счастью, в этот раз всё получилось, и в Приют мы ехали как белые люди.

Сдав Мориса на руки Профессору с Гроссмейстером, и задав интересующие меня вопросы, о чём уже говорилось выше, я с чистой душой отправился под душ, дабы смыть походную пыль и вообще… Никаких дел на сегодня как будто не предвиделось и я мог себе позволить небольшой расслабон.

Назавтра, это было воскресенье, мы собирались у нас С Инной. Повода, вообще-то не было, но вроде как на прощальный пикник, перед тем как впрячься в дела. Меня, как всегда отправили за недостающими продуктами. И, хотя было накуплено всего вдоволь и, я в этом абсолютно уверен, останется прорва еды, но перед началом действа, само собой чего-то не хватало.

Виктор уже разжёг мангал и начал готовить шампуры, насаживать на них мясо вперемежку с помидорами и луком. Помимо этого, к шашлыку полагались просто поджаренные на огне помидоры и высушенные, подвяленные баклажаны с корочкой, в которые нужно было вложить кусочек бараньего жира. Шашлык Сенсеэй готовил не из свежего мяса, а из бастурмы. Это когда баранину, нарезанную на мелкие кусочки, смешивали с луком, солью, перцем и чесноком, и мариновали в уксусе один день. Это, по его словам придавало блюду пикантный вкус и изысканную нежность, которую способен оценить даже такой неприхотливый человек, как я.

Тут же крутилась Инка, то и дело вставляя слово-другое. Но Виктор, хоть приготовление шашлыка и было традиционно мужским делом, не прогонял настырную девчёнку, а только иногда хмурился.

Наконец, всё было готово и, шеф-повар начал снимать с мангала дымящиеся шампуры и передавать нам, явно при этом священнодействуя. По-видимому, на лице у меня появилось страдательное выражение, так как Инка в очередной раз скривились, а Семён Викторович, закатил небольшую речь.

— Приготовление и поглощение пищи, — не спеша начал Профессор — это, в какой-то мере сродни другому измерению. Стоит только настоящему гурману, или повару, фанатично любящему своё дело, войти в этот храм, именуемый кухней, и он словно попадает на другую планету. Окружённую собственной атмосферой запахов, населённой флорой разнообразных и ярких, будоражащих воображение красок и фауной вкусовых ощущений. И этот мир, для посвящённого конечно, живёт по своим собственным законам, освящённым целым сонмом традиций и церемоний, порой перерастающих в этикет, но в то же время подчиняясь удивительной гармонии, делающей посещение этого Храма чертовски приятным.