Русский металл
Шрифт:
— Места хватит на всех, если вы не против сесть сзади, — ответил Кинжалов. Он подошел и потянул вниз крышку багажника, под которой обнаружилось откидное сиденье для третьего пассажира.
— Нет лучшего способа повидать мир! — подмигнул ей Кинжалов и помог Ларисе забраться на переднее сиденье.
Они нырнули в поток транспорта и направились на юг. Памятники остались далеко позади, машин на дороге поубавилось, и Кинжалов вдавил педаль газа в пол. Под капотом прятался надежный и мощный двенадцатицилиндровый двигатель, и элегантный «Оберн» быстро превысил максимально допустимую скорость. Лиза радостно улыбалась,
Кинжалов съехал со скоростного шоссе, затем на маленьком перекрестке свернул на грунтовую дорогу, вившуюся между деревьев. Прямо на берегу реки стоял небольшой ресторанчик. Кинжалов припарковал «Оберн» и выключил мотор. В воздухе запахло приправами к блюдам из раков.
— Здесь лучшие раки со специями во всей столице! — гордо заявил Кинжалов.
Ресторанчик некогда был жилым домом, позже перестроенным в довольно простую, но уютную закусочную. Едва они присели за столик с видом на Волгу, как помещение заполнили местные завсегдатаи.
— Лариса сказала, что вы химик-исследователь в НИИПЭ, — обратился Кинжалов к Лизе, заказав пива и раков для всех троих.
— Да, я вхожу в группу ученых-экологов, работаю над проблемой глобального потепления.
— Если наскучит спокойная жизнь, приходите к нам в НИИПИ — мы занимаемся самыми современными и продвинутыми исследованиями морских глубин, — с улыбкой заметил Кинжалов. — Целая группа изучает последствия потепления океана и повышения уровня кислотности. Недавно я сам рассматривал проект по анализу уровня карбонизации Мирового океана и возможностях усиления абсорбции углерода на больших глубинах.
— В последнее время все внимание уделяется атмосферному загрязнению, поэтому я рада, что вы занимаетесь океанами. Похоже, наши исследования перекликаются: я работаю над проектом по сокращению выбросов парниковых газов и с удовольствием ознакомилась бы с выводами ваших ученых.
— Пока готов лишь предварительный отчет, и все же, возможно, он вам пригодится. Я пришлю копию или лучше сам завезу его завтра утром. Заеду по дороге в Думу, — пояснил он для Ларисы, скорчив недовольную физиономию.
— Все исполнительные ведомства обязаны согласовывать годовой бюджет, — назидательно заметила Лариса. — И особенно те из них, которыми управляют пираты.
Она звонко рассмеялась и обняла Петра, потом обратилась к подруге:
— Лиза, ты вроде хотела обсудить со мной свое исследование. Расскажи нам о нем!
Белых сделала большой глоток пива и с надеждой посмотрела на Ларису.
— Об этом не знает никто, кроме моего лаборанта. Мне кажется, я сделала очень важное научное открытие. — Лиза говорила шепотом, словно боялась, что ее услышат другие посетители ресторанчика.
— И что же это за открытие? — поторопила ее заинтригованная подруга.
— В моем исследовании производится манипуляция с углеводородами на молекулярном уровне. Мы обнаружили один сильный катализатор, который позволит осуществить искусственный фотосинтез в массовых масштабах!
— Ты хочешь сказать, вы повторите то же самое, что делают растения? Будете превращать свет в энергию?
— Ну да, ты еще помнишь уроки ботаники. На всякий случай поясню подробнее.
Видишь вон тот цветок? — Лиза указала на большой папоротник, висевший в вазоне рядом с окном. — Он улавливает энергию солнца, берет из почвы воду, из воздуха — углекислый газ и производит углеводы, благодаря которым и растет. Единственным побочным продуктом реакции является кислород, а им дышат все остальные существа на планете. В этом вся суть фотосинтеза.— И все же реакция настолько сложная, что пока ученые не смогли воспроизвести ее своими силами, — добавил заинтересовавшийся разговором Кинжалов.
Лиза умолкла, дожидаясь, пока официантка обслужит их и уйдет. Женщина расстелила на столе лист толстой коричневой бумаги и вывалила на него целую горку вареных раков, от которых шел пар. Друзья вооружились деревянными молоточками и приступили к еде.
— В общем, вы правы. Ученые смогли повторить некоторые фазы реакции, но не более. Процесс фотосинтеза невероятно сложен. Поэтому тысячи исследователей по всему миру, занимающиеся искусственным фотосинтезом, сосредоточивают свои усилия на каком-то одном аспекте.
— И ты в том числе? — спросила Лариса.
— Ну да, и я тоже. Наша лаборатория изучает способность растений разбивать молекулы воды на атомы. Если сможем успешно воспроизвести этот процесс (а когда-нибудь мы обязательно сможем), то получим неисчерпаемый источник дешевого водородного топлива!
— Твое открытие лежит в другой области?
— Я занимаюсь реакцией, которая называется «Фотосистема 1», и должна придумать, как расщепить углекислый газ.
— И каковы основные трудности? — спросил Кинжалов.
Лиза приступила ко второму раку, отломила клешню и высосала мясо.
— Просто объедение!.. Главная проблема заключается в том, что реакцию разложения запустить очень трудно. В природе для этого служит хлорофилл, однако в лабораторных условиях он слишком быстро разрушается. Вот я и пыталась подобрать искусственный катализатор, который помог бы разбить молекулы углекислого газа. — Лиза оторвалась от еды и тихо сказала: — И я нашла решение! Точнее, случайно на него наткнулась. Я забыла образец родия в камере для испытаний и положила туда еще один элемент под названием рутений. В сочетании со светом началась бурная реакция димеризации молекул С02 на оксалаты.
Лариса вытерла руки салфеткой и глотнула пива.
— От твоей химии у меня голова кругом, — посетовала она.
— Ты уверена, что пиво с раками здесь ни при чем? — усмехнулся Кинжалов.
— Прости, пожалуйста! Большинство моих друзей — биохимики, поэтому иногда я и за пределами лаборатории сыплю терминами, которые никому не знакомы.
— Лариса гораздо лучше разбирается в государственной политике, чем в точных науках, — продолжал поддразнивать жену Кинжалов. — Так что там у вас оказалось на выходе реакции?
— В общем, каталитическая реакция разбила углекислый газ на простые компоненты. В дальнейшем из них можно получать какое-нибудь углеродное топливо вроде этанола. Однако самая главная трудность заключалась именно в димеризации С02.
Горка раков постепенно превратилась в груду пустых панцирей и клешней. Официантка проворно убрала со стола и вскоре вернулась с кофе и лимонным пирогом.
— Ты уж извини, только я все равно не до конца тебя понимаю, — призналась Лариса за десертом.