Чтение онлайн

Я до сих пор помню пирожки с капустой, которые она напекла в промышленных масштабах нам на обратный путь, в поезд из Ростова-на-Дону в Санкт-Петербург. Они были жареными и хрустящими, просто потрясающими! Никогда я не ел подобные пирожки в Петербурге, даже у продававшей их на улице, у выхода из метро «Московская», дамы, которая навязчиво повторяла «пирожки, пирожки, пирожки…».

Русские тесть и тёща, фото времен СССР

В конце концов, после этой череды поездок, во время которых я приезжал в гости к Ольге в Россию или она ездила ко мне в Италию, мы решили, что пришло время попробовать пожить вместе, или в Италии или в России. Она, вопреки ожиданиям и клише, не особо воодушевилась идеей переезда

в Италию. Кроме того, она жила в отдельной квартире, которую ей оставила сестра, у неё была отличная работа (в то время она зарабатывала 1000 долларов в месяц), и, прежде всего, она не переносила римскую летнюю жару. «Две недели отпуска на море – это нормально, но дома, в Риме, в городе на протяжении всего лета я просто не смогу с этим справиться», – сказала она. Ольга лишь предприняла вялую попытку записаться на курсы итальянского языка в Риме, но как только появились первые трудности, от этой идеи она сразу же отказался. Но надо признаться в том, что и меня больше вдохновляла жизнь в параллельной вселенной под названием Санкт-Петербург.

"Ты сошёл с ума?” спрашивали обеспокоенные друзья, родственники и коллеги, когда я признался им в своем намерении переехать в Россию. Ведь совсем недавно я подписал один крупный контракт с известной итальянской компанией по прокату автомобилей «Autoservizi Maggiore», (которая, к сожалению, как и многие другие итальянские компании, через несколько лет, была поглощена иностранным конкурентом). Я работал в отделе планирования и контроля.

«Но как же ты откажешься от своего миллиона двухсот тысяч лир в месяц, ради такого сомнительного приключения, как поездка в опасную Россию!?», – говорили они мне. «Ну, это же лучше, чем ежедневно просиживать по восемь часов в день перед компьютером, с перерывами на кофе, изображая активную деятельность! Ведь подобное может стать моей работой на ближайшие 40 лет!», – ответил я. Это показывало ограниченность людей, которые серьёзно сомневались в моём выборе. Для них пределом мечтаний была постоянная работа, постоянный контракт с зарплатой, которая позволила бы им дотянуть до конца месяца без особых проблем. При этом желательно выполнять минимальное количество заданий, чтобы было больше времени на кофе или раскладывание пасьянса. Для меня такая перспектива была явно нерадостная. А ещё, чтобы добраться до работы, мне приходилось проводить в машине по 3 часа в день, в пробках. А летом, когда машины целый день стояли под палящим солнцем, это было поистине невыносимо.

Мне было скучно в офисе, потому что задачи, которыми меня нагружали, я мог выполнить за полчаса, а потом мне нечего было делать до конца дня.

Я стал работать в компании сразу после окончания Римского университета La Sapienza по специальности «Экономика и бизнес». Я защитил диссертацию, посвященную телекоммуникационному рынку, и моим научным руководителем был профессор Пьер Карло Падоан, который позже занимал должность министра экономики Италии. Однако не только благодаря ученой степени я пришёл в компанию, а больше благодаря моему брату, который проработал там некоторое время. Завистники называли его «старшим братом», потому что он рекомендовал меня на это место.

Но несмотря на то, что за год я ярко продемонстрировал свой потенциал и меня заметил управляющий, предложивший мне ответственную должность, в комплекте с выделением личного кабинета, мне всё же отказали в этой должности из-за «недовольства» тех, кто годами работал там, все ещё выполняя примитивные задачи, аргументируя это тем, что я был слишком молод и не имел достаточно опыта. Меритократия была и остается химерой в Италии.

Помимо этого, я подвергался издевательствам из-за того, что даже не увидел, как мой контракт превратился в постоянный, в то время как «в очереди» были люди, работавшие гораздо дольше, чем я. Поэтому я решил взять перерыв, готовый уволиться, если мне его не предоставят. Именно тогда директор по персоналу Клаудио Скаршафратте, у которого в молодости был опыт работы за границей, сказал мне: «Но какие перерывы?! Если ты уедешь, ты никогда не вернёшься, так как обретёшь новый мир, с новыми возможностями. Не переживай". И он был абсолютно прав.

Единственным из моих бывших коллег, кто поддержал меня с самого начала и без каких-либо сомнений, был мой друг Алессандро, который сказал мне: «Езжай, разбогатей! А потом я присоединюсь и стану твоим помощником». Его пророчество почти сбылось, он приехал ко мне через три года в Санкт-Петербург, на незабываемый отдых. И мы потом часто виделись, когда я возвращался в Рим из Петербурга. К сожалению, авария на мотоцикле забрала его слишком рано, в 2020 году. Тот самый чёртов год, который, начиная с Covid, принес лично мне кардинальные изменения. Я очень скучаю по Алессандро, он был настоящим другом. Я часто представляю, с ностальгией и любовью,

сколько прекрасных дней мы могли бы ещё провести вместе. К сожалению, судьба, находясь на борту автомобиля, сбившего его на кольцевой дороге Рима, слишком рано забрала его. Покойся с миром, дорогой друг!

Оценив все плюсы и минусы (которых было немного), я наконец принял решение уехать. Моя мать была совершенно спокойна, потому что она привыкла к моим частым поездкам. Обычно через несколько месяцев я всегда возвращался домой, но не в этот раз. Я до сих пор помню мертвое молчание в телефоне, когда менее чем через год я сказал ей, что женюсь на Ольге и что мы продолжим жить здесь. "В Санкт-Петербурге?! С русской девушкой?!». Она этого не ожидала и была шокирована, но вскоре поняла, что я сделал прекрасный выбор.

12 июля 2002 года, перелет авиакомпанией LOT с длительной пересадкой в Варшаве, где я проспал всю ночь. В Санкт-Петербург я прибыл 13 июля в период белых ночей. В предыдущих поездках, совершавшихся осенью или зимой, мне ни разу не довелось увидеть вживую это великолепное явление природы, описанное с разных сторон в одноименной книге Фёдора Достоевского.

Перед моими глазами предстал совершенно другой Санкт-Петербург. Уже не было того свинцового неба, тех оттенков серого и того холода, который сопровождал мои предыдущие поездки. Я любовался чудесным голубым небом, прекрасными зданиями, великолепием Невы и других рек и каналов города, которые я впервые увидел не во льду. Лето в тот год было замечательным и долгим, я до второй половины сентября ходил в футболке.

Белые ночи были чем-то невероятным. Солнце садилось очень медленно, не ранее полуночи. Сумерки длились не более часа, а затем снова начинало светать. Невский проспект был многолюден в любое время дня и ночи, жизнь кипела 24 часа в сутки. Единственной проблемой было заснуть! В квартире-студии на Звёздной, как и в большинстве домов России, не было плотных штор. На самом деле, мне кажется, шторы там отсутствовали в принципе. Было очень трудно заснуть, и если ты, не дай бог, просыпался сходить в туалет в четыре часа утра, когда солнце палило тебе в лицо, то это был конец, снова заснуть было невозможно. Зимой, правда, проблем со сном не наблюдалось. Самое сложное в декабре было встать, когда в 10 утра на улице было ещё темно, а в 15 часов становилось уже темно.

По выходным мы часто выезжали в гости «на дачу» к друзьям, чтобы поесть вкусного мяса на гриле. Шашлык, знаменитый русский шашлык, часто в сопровождении баклажанов, кабачков и помидоров-гриль, которые так умело смешивали с восхитительными блюдами друзья армяне и кавказцы. Нередко эти застолья обильно сопровождались алкоголем. Когда ты в гостях у русских друзей, и они выносят бутылки, даже если ты не хочешь пить алкоголь, нет смысла отказываться – они всё равно наполнят тебе бокал. Если вы не хотите напиться, то хитрость заключается в том, чтобы не осушать бокал слишком быстро или слишком часто, иначе вам будут его постоянно наполнять. У русских нет культуры питья, как в Италии, вроде бокала вина за обедом и ужином, или же аперитив с друзьями. Большинство русских пьют редко, но начав, остановиться уже не в силах, они не знают меры. По этой причине здесь запрещено водить машину даже в минимально нетрезвом состоянии. Чаще всего выпивают на вечеринках, в компании друзей или во время праздников. Иногда я приносил с собой пиво из дома, чтобы оставаться достаточно трезвым. Но в России говорят «пиво без водки, деньги на ветер», так что хотя бы одна рюмка водки или другого спиртного была обязательна, пусть даже «на посошок». Пиво хорошо помогает от похмелья, по утру необходимо сразу выпить пива, чтобы прийти в себя и облегчить головную боль. В употреблении водки или другого крепкого алкоголя, получаемого на основе подобного брожения, не стоит тягаться с русским. Но если вы решите соревноваться в употреблении «граппы» (крепкая виноградная настойка), тут здесь русские обычно слабее итальянцев, вероятно, потому что они «исторически» не привыкли к спиртным напиткам на основе винограда.

Помимо еды, питья и веселья в компании, мы часто посещали русскую баню. Русская баня отличается от финской сауны тем, что жара тут влажная, как в турецком хамаме. Благодаря этому, температура может достигать плюс 120 градусов. Баня не ограничивается деревянной кабиной, а обычно представляет собой отдельную от основного дома постройку, оборудованную ванной комнатой и душем, а также местом отдыха, где можно выпить травяной чай иногда в сопровождении варенья из сосновых шишек. Во время сеанса, тело «хлещут» вымоченными в воде вениками (предварительно высушенными березовыми ветками), после чего нет ничего прекраснее, чем окунуться в бассейн с холодной водой, если таковой имеется, или сразу в озеро, в реку или в снег! После этого опыта вы чувствуете себя полностью обновленным. Почти у всех русских есть баня на даче и её посещают даже совсем маленькие дети.