Рука Фатимы
Шрифт:
– Молчи! – заорал Ахмад и ударил ее по лицу. – Молчи, неверная! Поганая тварь! Что ты знаешь об Аллахе?!
Беатриче задела его за живое – и сама почувствовала это. Араб уже не так самоуверен…
– Пора возвращаться!
Схватил ее за плечо и рывком поднял.
– Тебе придется идти без меня… – Она прикусила губу – начались новые схватки, сильнее, чем прежде. – Я… я сейчас… рожу.
– Ка-ак?! – закричал он как громом пораженный. – Ты лжешь!
– К сожалению моему… нет!
Беатриче застонала, стараясь ровно дышать. Никогда она не посещала
Ахмад в нервном бессилии и злобе расхаживал по залу, видно, не знает, что делать. Наконец он достал камень.
– Вот! Во власти этого камня уличить тебя во лжи! – И положил камень ей на живот. – Волшебный камень Фатимы заставит тебя говорить правду – или у тебя отсохнет язык.
Беатриче вскрикнула – боль стала невыносимой… Внутри нее что-то лопнуло, из ее тела забил фонтан, хлынувший потоком…
Почему так много жидкости? Она прижала камень к животу. Из нее вылилось не меньше десяти литров…
Смутно, словно ей кто-то набил в уши ваты, услышала торопливые тяжелые шаги… грохот сапог по каменному полу… приглушенные крики… Где-то вдалеке… о да, да, – это голос Хубилая… он называет имя Ахмада… Бряцание оружия…
Вокруг нее все засверкало, заискрилось, будто здесь, в гробнице Чингисхана, разразилась буря с громом и молнией…
Беатриче пыталась задержать взгляд на каменном истукане, но ей не удавалось: все статуи пришли в движение…
Так они и вправду ожили?! Да, это и говорил Толуй… Так они и вправду мстят за осквернение могилы их повелителя?! Фигуры обступили ее, закружились – все быстрее, быстрее…
«Вот оно!» – мелькнуло в голове. До нее дошел в этот миг смысл предсказания. «Джи» и «джи-джи» – насилие и прыжок через большую реку времени…
Снова схватка… На этот раз Беатриче не выдержала боли и потеряла сознание…
XX
Очнулась она, разбуженная ослепительным светом. Жива или мертва?.. Где она?.. Не рай ли это?..
И вдруг отчетливо услышала знакомый пыхтящий звук аппарата искусственного дыхания… До нее долетали привычные слова: «инфузия», «давление»… По-прежнему из нее льется поток жидкости – Ниагарский водопад… И снова схватка… Теперь уже процесс необратим…
– Сто десять на восемьдесят, – услышала Беатриче знакомый голос. – Пришла в сознание.
– Отлично.
Где она слышала этот голос? Ведь это… Она повернула голову, слабо проговорила:
– Доктор Вагнер?
– Да, это я.
– Что это… как я…
Доктор Вагнер подошел ближе и улыбнулся.
– Вы в родильном отделении, фрау доктор. Ну и заставили вы нас поволноваться. Вы потеряли сознание, давление упало до предела, – по-видимому, следствие приема ингибиторов. Но сейчас все под контролем. Не волнуйтесь!
Сейчас вам надо сконцентрироваться и подготовиться к родам…– А разве ингибитор не… – Новая схватка не дала ей договорить.
Доктор Вагнер взял ее руку и помог согнуться.
– Хорошо! Теперь тужьтесь! – Он улыбался. – Сначала нам показалось, что схватки блокированы, но вдруг по непонятным причинам они возобновились.
– Показалась головка! – вскрикнула акушерка. – Так, хорошо! Еще раз, фрау доктор! Тужьтесь сильнее!
Беатриче обхватила бедра, подтянула ноги и уперлась подбородком в грудь.
– Хорошо! Тужьтесь! Тужьтесь! – В один голос кричали доктор Вагнер и акушерка.
«А что я все время делаю?!» – хотела крикнуть в ответ Беатриче, но ей не хватало воздуха.
– Прекрасно!.. Вы замечательно тужитесь!
Это сказал доктор Вагнер.
Она знает: стандартные фразы, их говорят каждой роженице. Но слова одобрения так приятно слышать, так важно. Тем более что она еще никогда не была в этой роли, слышит их в первый раз…
«И не дай бог услышать во второй!» – подумала она. После таких мук только сумасшедшая опять решится рожать.
Снова схватка… Беатриче тужилась изо всех сил… Голова трещит…
«Нет, не выдержу!..» – Она корчилась от боли, силы на исходе…
– Сейчас тужиться не надо! – скомандовала акушерка.
И тут все пошло как по маслу: последняя схватка – и в следующий миг Беатриче услышала слабый, квакающий крик ребенка…
– Девочка! – объявила акушерка и положила ей на живот крохотное, мокрое сморщенное существо.
– Только на минуту! Сейчас девочку осмотрит детский врач.
Беатриче трогательно взглянула на произведенное ею малюсенькое создание и погладила его по мокрым черным волоскам, прилипшим к головке размером не больше среднего апельсина…
О господи! Родился новый человек – ее дочка!.. По щекам у нее катились слезы, она счастлива… Почти счастлива…
Для полного счастья ей не хватает Али… Или Джинкима…
Через два часа Беатриче уже в чистой, для одной пациентки палате родильного отделения выглядывала из окна: в небе висит луна…
Часы на тумбочке показывают половину второго… Все в порядке, все хорошо.
Дочка ее – под наблюдением, в кювезе для недоношенных: так надо, это страховка. Появилась на свет недоношенной – семи с половиной месяцев, весит около двух килограммов, но, к удивлению врачей, вполне сформировавшийся ребенок.
Беатриче неоднократно спрашивали о сроках беременности. Она все путалась в ответах, пока наконец врачи не сошлись в мнении, что гинеколог ошибся. Детский врач считала, что ребенок доношенный, а недостаточный вес – это результат стресса матери.
Никто из медицинского персонала в открытую не задавал вопроса – как при современных возможностях медицины можно просчитаться почти на полтора месяца. Но, кроме стресса, другого объяснения не находили. Лишь сама Беатриче знала правду: произошло чудо. Или все-таки ее девочка родилась семи с половиной месяцев?..