Чтение онлайн

— Эти кони рейнджеров — просто кошмар.

Уилл ухмыльнулся, не в силах удержаться:

— Вся штука — это как на них усидеть.

И рад был увидеть ответную ухмылку, появившуюся на лице Хораса, когда им обоим припомнилась сценка на ярмарке в Праздник урожая. С теплым чувством Уилл осознал, что их с Хорасом соперничество переросло в крепкую дружбу, они наконец признали друг друга. Не желая постоянно быть в центре внимания, Уилл спросил Хораса, как продвигаются его дела в ратной школе. Улыбка на лице мальчика сделалась еще шире.

— Теперь-то намного лучше, спасибо Холту, —

отвечал Хорас.

Уилл умело подбрасывал ему вопрос за вопросом, и Хорас пустился описывать жизнь школы, подшучивая над собственными ошибками и недостатками, со смехом живописуя множество дисциплинарных взбучек, которые на себя навлекал. Уилл обратил внимание, что Хорас, когда-то хвастливый и самонадеянный, теперь был склонен умалять свои заслуги и держаться на втором плане. У Уилла появилось подозрение, что дела ученика ратной школы обстояли лучше, нежели он их описывал.

Вечер вышел славный, особенно после пережитого ужаса. Когда убрали со стола, Дженни, загадочно улыбаясь, весело произнесла:

— Ну-с, да ладно! Кто пойдет со мной танцевать?

Уилл запоздал на самую малость. Хорас уже держал Дженни за руку и вел в центр зала. Они присоединились к танцующим, а Уилл неуверенно посмотрел на Элис. Он никогда толком не знал, что у этой девушки на уме. Он прочистил горло.

— Э-э-м-м… ты не хочешь тоже потанцевать, Элис? — смущенно спросил Уилл.

Она одарила его слабой улыбкой:

— Нет, пожалуй, Уилл. Я плохо танцую. Очень неуклюжая.

На самом деле танцевала Элис прекрасно, но она знала, что Уилл пригласил ее только из учтивости. Уилл кивнул, и они погрузились в молчание.

Прошло несколько минут, Элис повернулась к нему и, подперев подбородок ладонью, пристально на него посмотрела.

— Завтра у тебя важный день, — сказала она, и Уилл вспыхнул.

Завтра ему предстояло встретиться с бароном в присутствии всего двора.

— Не знаю, что это значит, — пробормотал он.

— Наверное, Аралд желает тебя отблагодарить. Я слышала, бароны имеют обыкновение так поступать с теми, кто спас им жизнь.

Уилл начал было возражать, но Элис накрыла своей нежной прохладной ладонью его руку, и он умолк. И загляделся в эти спокойные серые глаза. Элис никогда не казалась ему хорошенькой. Но тут Уилл вдруг рассмотрел ее элегантность и изящество, ее тонкие черты лица в обрамлении шелковистых белокурых прядей. Она была красива естественной красотой, простой и настоящей. Элис еще ближе наклонилась к Уиллу, застав его врасплох, и шепнула:

— Мы так гордимся тобой, Уилл. А я, похоже, горда больше всех.

И поцеловала его. Ее губы казались невероятно, неописуемо нежными.

Когда Уилл ложился спать этим вечером, он все еще чувствовал прикосновение губ Элис.

Уилл так и замер в дверях присутственного зала, осознав, что на него нацелены взоры всех присутствующих.

Это было самое большое помещение замка. Здесь барон занимался государственными делами и давал аудиенции. Потолок был очень высоким, в окна лились потоки света. В противоположном конце зала на высоком

троне восседал барон в парадном своем одеянии.

Тут собралась такая толпа, какой Уилл еще никогда не видел. Легонько коснувшись его спины, Холт подтолкнул ученика вперед.

— Давай не задерживай, — пробурчал он.

Все смотрели на Уилла. Здесь были мастера, рыцари, придворные дамы в своем лучшем убранстве. Ближе к дверям стояли ратники барона, ученики и городские ремесленники. Уилл заметил яркое пятно: это Дженни, как всегда неуемная, помахала ему платком. Элис, стоявшая рядом с ней, проявила больше благоразумия — не привлекая чужого внимания, она послала ему воздушный поцелуй.

Уилл неловко топтался, переминаясь с ноги на ногу. Если бы Холт позволил ему надеть плащ, он бы мог завернуться в него и слиться со стеной.

Холт снова ткнул его в спину и процедил:

— Пошевеливайся, слышишь!

Уилл повернулся к нему:

— Разве вы со мной не пойдете?

Холт покачал, головой:

— Не звали. Иди наконец, не стой!

Подпихнув Уилла еще разок, на всякий случай, Холт отошел, прихрамывая, и уселся в стороне. Поняв, что ничего другого ему не остается, Уилл пошел вперед. Вокруг слышался шелест голосов, произносивших его имя.

И тут ему стали рукоплескать.

Сначала похлопала одна дама, затем рыцарь, и вот весь зал уже выражал Уиллу свое восхищение.

Приблизившись к барону, Уилл припал на одно колено и преклонил голову.

Поднявшись, Аралд вскинул руку, призывая к тишине, и рукоплескания стихли, отдаваясь замирающими отзвуками.

— Встань, Уилл, — мягко произнес барон и подал руку, помогая мальчику подняться.

Уиллу казалось, будто он во сне. Положив руку мальчику на плечо, барон развернул его лицом к толпе. Его громовой голос без труда долетал до отдаленных углов зала:

— Это Уилл. Ученик Холта, рейнджера моих земель. Глядите на него и узнайте его, все кто здесь есть. Храбростью и находчивостью Уилл доказал свою преданность мне и королевству Аралуин.

По толпе пробежал гул одобрения. Затем снова послышались громкие хлопки, но на сей раз они сопровождались приветственными выкриками. Начали все это его друзья, тут же сообразил Уилл. А главным среди них был, конечно, Хорас.

Барон жестом потребовал тишины, слегка скривившись от боли, которой любое его движение отдавалось в сломанных ребрах и туго перебинтованных, умащенных мазями рваных ранах на спине. Выкрики и хлопки постепенно стихли.

— Уилл, — снова заговорил он, — я обязан тебе жизнью. Этому нет и не может быть достойной награды. Тем не менее я наделен властью исполнить твое пожелание, которое ты однажды высказал…

Уилл взглянул на барона, нахмурившись:

— Пожелание, сэр?..

Барон кивнул:

— Я допустил ошибку, Уилл. Ты спрашивал, можешь ли ты учиться ратному делу. Ты хотел стать рыцарем. Скажи только слово, и ты получишь мое разрешение перейти в ратную школу, под начало сэра Родни.

Сердце Уилла бешено забилось. Он вспомнил, как сильно хотел стать рыцарем и посвятить жизнь служению королевству. Как он был разочарован, когда ему отказали в День выбора.