Ругисэпра
Шрифт:
Хломитор вытащил из своего плаща ещё одну травку, с виду напоминающую пушистый белый цветок, дунул на нее, и его воздушные лепестки полетели к богине, по пути исчезая. Один из уже невидимых лепестков коснулся виска богини, а другой – Гилатэриана. И он услышал голос Хломитора:
«Давайте объединим наши усилия. Нам нужно создать щит, чтобы закрыть Гилатэриана в момент, когда он пролетает мимо Теньчара, иначе его тело съест смола».
Гилатэриан услышал мысленный ответ богини: «Действуем!»
Хломитор брызнул порцию лунного света в сторону богини, она усилила его, и вокруг нее появился защитное поле, которое не подпускало Теньчара
Пока они неслись по пещерному лабиринту внутри горы, щит оберегал их. Наконец они вырвались на свободу и вернулись в лес. Там богиня создала портал, через который они могли вернуться обратно.
Через пару минут они оказались в той самой комнате, где она совсем недавно готовила кофе Гилатэриану. Казалось, миновала вечность. Хотя в комнате ничего не изменилось, но изменилась сама хозяйка чертогов – на каменном полу лежало тело Ругисэпры, по-прежнему светящиеся и любящие глаза смотрели на Гилатэриана и Хломитора.
– Я верю, что вы победите, мои дорогие друзья. Похоже, я уже не смогу отправиться в поход против зла, но знайте, мое сердце навсегда с вами. Сохраните его, пожалуйста, в храме у Лианланда. Я уверена, он о нем позаботится… – Тело уже не слушалось богиню, и у нее уходили последние силы на эти слова. Душа быстро покидала это место.
– Ругисэпра, ты о чем? Мы тебя вылечим. Хломитор, вытащи что-нибудь из своего магического плаща, чтобы помочь ей. Ну, же! Что ты стоишь?
Хломитор смотрел на Ругисэпру и молчал. Он понимал всю глубину ее слов. Это было их последнее путешествие вмести. У него дрожали губы, и слезы застилали глаза.
– Ругисэпра, знай, я продолжу твое дело. Мне будет тебя не хватать…
Гилатериан осекся. Тело богини растворилось, на полу осталось лишь огненное сердце. Он бросился к нему и зарыдал. Через какое-то время он смог собраться и обернулся к другу. Хломитор был серьезен:
– Гилатэриан, нам пора отправляться в храм Лианланда, как нам завещала Ругисэпра.
Гилатэриан отдал ему сердце Ругисэпры, смахнул остатки слез и превратился снова в птицу.
– Садись на меня, полетим в храм.
Хломитор положил в свой волшебный плащ, в самый надежный внутренний кармашек сердце, и они отправились к Лианланду.
Глава 4
Храм Лианланда
Лианланд совершал молитву, когда ему неожиданно сообщили о гостях, и он поспешил навстречу. С тех пор как он последний раз видел изображение Ругисэпры в воде, он не находил себе места. Волнение одолевало его, и даже на привычных ритуалах было сложно сосредоточиться. Но он решил не беспокоить Гилатэриана и Хломитора с расспросами с дороги, а сначала проводить к себе в келью.
Пока монах вел друзей по лестнице из белого мрамора, опоясывающей стену монастыря, они с удивлением разглядывали древнюю кладку, каменные барельефы и галереи. Гилатэриан выглядел особенно растерянно и будто бы специально искал возможность отвлечься от тяжких мыслей.
– Лианланд, а почему лестница в твой храм выстроена в форме серпантина? Я такого нигде не видел, – спросил он.
– На самом деле мои предки строили этот храм в течение многих веков. Возводя каждую ступень, они произносили защитное заклинание, пока храм не был полностью защищен до самой вершины. Этот храм куда надежнее,
чем может показаться со стороны, – ответил Лианланд.– У тебя есть где-то подъемник? – спросил Хломитор.
– Нет, если вы идете с добром, то вы не почувствуете тяжести. Наоборот, вы легко будете подниматься по лестнице.
– А если придет зло? – спросил Гилатэриан.
– Враг сможет подняться только на пару ступеней, и его тело начнет гореть, пока не сгорит дотла. Поэтому недругам лучше сюда не приближаться.
Галатэриан глубоко вдохнул и задержал воздух:
– Как же здесь красиво! – произнес он на выдохе, – водопад и монастырь, высеченный в горе – величественный и неприступный. Хломитор, а ты когда-нибудь видел фиолетово-голубой водопад? – спросил он.
– Здесь правда очень красиво и спокойно. После непростого путешествия нам именно этого и не хватало.
Лианланд и его спутники не заметили, как добрались до последней ступени всего за несколько минут.
– Я же говорил, что это проще, чем вам кажется, – сказал Лианланд.
Перед ними стояла сводчатая арка, а внутри нее – большая потемневшая от времени дубовая дверь. Лианланд коснулся двери, и она открылась.
Гости с монахом проходили через множество белых коридоров, пока наконец не остановились у неприметной низкой дверцы. Лианланд вошел в келью, путешественники последовали за ним. Они увидели перед собой высокое и узкое окно, затянутое золотистой слюдой.
Стены кельи были такими же белыми, как и коридоры монастыря. Убранство самое простое: деревянный топчан, полки с книгами, стол, лавки вдоль стен.
Гилатэриан выглянул в окно и сказал:
– Надо же, уже стемнело. Звезды так близко, будто я даже могу дотронуться до них рукой.
Рядом с монашеским ложем стоял столик, на нем лежал аккуратный маленький букетик из розовых цветов. Лианланд подошел к нему и коснулся лепестков.
– Этот букет мне подарила Ругисэпра, он постоянно цветет. В нем содержится ее солнечная энергия.
– Как же мне ее не хватает… – тихо произнес Гилатэриан.
– Что произошло? На вас нет лица. Где Ругисэпра?
Хломитор вытащил из плаща огненное сердце Ругисэпры, он держал его в ладонях. Объяснений не требовалось – Лианланд все понял, хоть и не поверил своим глазам.
– Это все, что осталось от нее?
– Да, она просила, чтобы ты надежно сохранил ее сердце. Она знала, что тебе можно верить.
– Я выполню ее последнюю волю, – сказал монах тихо, но твердо.
Лианланд позвал друзей за собой и направился в самое защищенное место в храме. Они втроем зашли в крохотную и темную комнату, он положил сердце на лилово-серебряную подушечку, которая находилась на маленьком столике, отошел на пару шагов, и над сердцем образовалась светящаяся защитная пирамида.
– Здесь оно будет в безопасности. Я о нем позабочусь.
Они втроем стояли совершенно безмолвные, опустошенные. Им очень не хватало уверенности, твердости, тепла и умения находить выход из безвыходных ситуаций. Ругисэпра была их солнцем, которое всегда знало, какие слова подобрать для каждого. Даже в минуты, когда человеку казалось, что он совсем одинок, она согревала его теплом своей души.
Никто из них не осмеливался прервать молчание. Вдруг их что-то привлекло в окне. Среди темного ночного неба появился солнечный луч. Золотистая паутина нарисовала на стекле букву «Р». В эту же секунду они услышали звонкий смех богини. Потом они услышали ее голос: