Розовый сад
Шрифт:
– Да разве я могу забыть о дне рождения моей внучки, о славном ее восемнадцатилетии! Да, возраст, возраст, никуда от него не деться, – пробормотал он. – Вам, молодежи, стариков никогда не понять, не оценить того, что мы для вас сделали.
Отец никак не мог смириться с тем, что ему стукнуло семьдесят восемь.
Да, мы оба помним, оба, улыбаясь, подумала Флоренс. Как забудешь о столь знаменательной дате. Джиллиан все уши прожужжала об этом событии. Ей приятно чувствовать себя взрослой, человеком отныне, самостоятельно принимающим решения.
Сегодня они будут ужинать в узком семейном кругу, то есть втроем. А вот завтра Джиллиан отпразднует
Он чаще ворчит, осуждая ее поступки. Значит, такова его любовь, решила молодая женщина.
Старик беспокоится за неопытную молодую Джиллиан.
Уже одевшись, Флоренс чуть помедлила у двери в прихожей, чтобы бросить последний взгляд в зеркало. Это у нее уже вошло в привычку: перед тем как отправиться в свой цветочный магазин, ей надо было убедиться, что она хорошо выглядит.
То, что молодая женщина увидела в старинном зеркале в резной ореховой раме, вполне ее удовлетворило. Короткие волосы без каких бы то ни было признаков седины, огромные серые глаза, обрамленные длинными темными ресницами, маленький, чуть вздернутый нос с чувственными ноздрями, красивого рисунка губы, гладкая матовая кожа. Все это вместе взятое придавало ей вид молоденькой хорошенькой девчонки, даже модели со страниц глянцевого журнала.
В ее тридцать пять лет Флоренс и в голову не приходило, что она уже достаточно зрелая женщина, имеющая взрослую восемнадцатилетнюю дочь, и что, когда она родила, ей было меньше лет, чем той сейчас. Миниатюрную Флоренс с легкостью можно было принять за подружку Джиллиан или, если судить по схожести черт лица, за старшую ее сестру.
– Вечером увидимся! – крикнула она отцу и поспешила закрыть за собой дверь.
Дорога на работу всегда радовала Флоренс, хоть путь был и неблизкий. Но сегодня ей было радостно вдвойне. Мысленно Флоренс составляла букеты – они должны выглядеть красиво и элегантно в руках счастливых невест.
Хорошо, что все три сегодняшние свадьбы проходят сразу после полудня, значит, она сможет уйти с работы пораньше и основательно подготовиться к праздничному ужину. Жаль только, что ужин состоится не дома, а в каком-то уютном ресторане поблизости – таково желание дочери. Джиллиан в своем юном возрасте уже успела ознакомиться с кухней и интерьерами всех кафе и ресторанов города – больших и маленьких, роскошных и очень скромных. Что поделать, у Джиллиан много друзей, надо же им где-то встречаться и проводить время. Флоренс отлично знала, что дочь ярая противница алкоголя и табака, зато большая любительница пирожных…
Усаживаясь в свой небольшой автомобиль серебристого цвета, Флоренс вдруг осознала, что до сих пор держит в руках сложенную вчетверо злополучную газету. Слава Богу, отец не прочтет этот бред, и на том спасибо! Она снова взглянула на объявление.
Ошибки нет, с горечью отметила Флоренс.
Джиллиан и Донадье – именно их имена напечатаны четким, хоть и некрупным шрифтом.
Господи, а читал ли Константин Стормволл, отец Донадье, это сообщение? – вдруг подумалось ей, он ведь встает очень поздно после ночных дежурств на работе. Все равно увидит:
«Беркширский наблюдатель» – его обычное утреннее чтиво за чашкой кофе.
М-да, плохая шутка или нет, но с этим делом надо немедленно покончить. Ее неуправляемая дочь, без сомнения, устроит сегодня чудесную вечеринку
для своих. Вот если бы только не это объявление… И хорошо бы еще провести вечер за домашним столом, а не в ресторане, выбранном Джиллиан. Ах, и почему все всегда идет не так, как хочется?..Флоренс с силой захлопнула дверцу машины и, захватив ненавистную газету, вошла в магазин, занимающий несколько комнат одноэтажного строения с двускатной кровлей.
Пять окон по главному фасаду выходили на Розовую улицу – вот ведь какое удачное совпадение!
Виктория Коннори, верная и опытная помощница, уже ждала ее. На месте были и две девушки, приходящие по субботам. К счастью, никто из них «Беркширский наблюдатель» не читал, и вопросов к Флоренс у персонала не возникло.
Это утешало, но не очень. Ей и так придется сегодня давать своим друзьям объяснения по поводу нелепого объявления и успокаивать обидевшихся на то, что их не предупредили заранее о столь знаменательном событии.
Девушки занялись составлением свадебных букетов, а Флоренс прошла в свой кабинет.
Телефон звонил не переставая, но желания снимать трубку с аппарата у молодой женщины не было. Лучше освежить в памяти текст из полюбившейся книги «Мир цветов». Как там сказано? И Флоренс принялась импровизировать, разбавляя сухой язык науки своими словами. Скоро она будет разговаривать с покупателями и уж точно не упустит выгоды для магазина. Итак, начали!
Флоренс улыбнулась собственному отражению в зеркале на противоположной стене кабинетика и с выражением произнесла:
– Если в последнее время вы стали замечать, что устаете и не находите отдохновения ни дома, ни на работе, что близкие люди вас не понимают, – значит пришло время сажать свой сад! Начинать лучше всего со своего цветка-талисмана. Вы спросите, с какого именно?
Сейчас Виктория вам любезно подскажет!
– Виктория! – позвала Флоренс свою верную помощницу. – Ты готова рассказать покупателям о цветочном гороскопе?.. Да? Отлично! Не забудь еще упомянуть о том, что одни из цветов станут для покупателей универсальными целителями, другие помогут при конкретных болезнях…
Понятливая помощница кивнула.
– А как же иначе, Флоренс! Каждый человек чем-нибудь да болеет. Но куда приятнее, если цветы покупаются просто так, для удовольствия, а не как лекарства!
– Верно, Виктория, – со вздохом отозвалась Флоренс.
К девяти часам магазин был готов к открытию. Флоренс взяла книгу заказов и ручку, но тут снова раздался телефонный звонок.
Наверняка проснулся какой-нибудь старый маразматик, без подсказки неспособный вспомнить день рождения жены, равно как и день их свадьбы, но непременно желающий удостовериться, будет ли его драгоценный букет доставлен в срок. Флоренс наизусть знала все, что будет сейчас сказано, но ей было безумно жаль несчастных стариков, постепенно теряющих память.
– Цветочный магазин Диккинсонов, доброе утро! – почти пропела она в трубку.
Мужской голос на том конце провода произнес только одно слово, вернее спросил коротко:
– Флоренс?
Всего одно слово, но ей этого было достаточно. Рука впилась в трубку так, что костяшки пальцев побелели.
Ее ответ был также краток:
– Константин;
– Ты газеты сегодня читала? – спросил Константин, всегда отличающийся лаконичностью.
– Да.
– Нам надо поговорить об этом, как ты считаешь? – Это прозвучало не как вопрос, а скорее как приказ. С Константином Стормволлом всегда было так: он повелевал, остальные исполняли приказания.