Рожденные телевизором
Шрифт:
Пятый канал – это попытка переводить корейскую лирику без Ахматовой. Сегодня осваивать «боковые пути» просто некому. Чем больше говорят о креативе, тем меньше придумывают. Весь питерский креатив – плод мичуринских усилий по скрещиванию известных программ. В концепции нового канала не заложено ни одной свежей идеи. Отнюдь не случайно первыми были отправлены в отставку два симпатичных проекта – изящный, безукоризненно выполненный «Дневник наблюдений» Сергея Майорова и тонкое психологическое ток-шоу Радислава Гандапаса «Будь по-твоему». Эта продукция штучная, выпадающая из унылой реальности «пятерки». Пока главная здешняя удача – Дмитрий Быков. Так он сам по себе уже готовый формат, юные мичуринцы его только портят, то есть с завидной регулярностью уничтожают авторскую программу Быкова «Картина маслом» зверским монтажом, в котором часто пропущены целые звенья смысла.
Сегодня на канале явно меняется тренд. Он, канал, дрейфует в сторону истории, о чем свидетельствует ставка на блокбастер «Суд времени», полная версия сериала «Рим», многочисленные документальные фильмы о минувшем. Пока шли анонсы, на миг показалось,
Но вот пошли первые выпуски передачи, и сразу стало ясно, что ни о каком гамбургском счете никто и не помышляет. Все те же до зубовного скрежета обрыдшие телевизионные посиделки, только растянутые на два, а то и на три вечера. С одной стороны, вроде бы приветствуется вдумчивость и подробность. С другой стороны, сам подбор тем, где Гайдар перемешивается с Юлием Цезарем, напоминает не столько серьезный разговор, сколько пестрый восточный базар. С третьей, мешают явные ограничительные знаки: подсудное время остановилось на отметке 2000 года. С четвертой, удивляет идеология проекта. Несмотря на перевес либеральных сил в стане ведущих (Сванидзе и Млечин против Кургиняна), снова тиражируются упомянутые выше мифы. Наверное, так происходит потому, что сам проект соткан из повторения общеизвестного. Шушкевич или Кравчук едва раскрыли рот, а мы уже знаем, что они скажут. Здесь нет новых аргументов, интересных фактов, незатертого видеоряда. Мыслящая публика, о которой грезили топ-менеджеры «пятерки», вряд ли будет наблюдать за медленным и скучным перетиранием воды в ступе. Остается зрительский планктон, инфицированный означенными стереотипами. Косвенно эту грустную мысль подтверждают итоги голосования. Если речь идет о Гайдаре, то более 80 процентов голосовавших считают его разрушителем; если вспомнили Беловежские соглашения, то без малого 100 процентов полагают, что крушение Советского Союза – главная катастрофа эпохи; если обсуждается коллективизация, то значительное большинство уверено, что она – не преступная авантюра, но страшная необходимость.
И тут возникает вопрос: а для чего, собственно, затевали «Суд времени»? Чтобы сытые и холеные Бабурин с Руцким клеймили Гайдара с Ельциным? Чтобы скверно актерствующий Кургинян лил крокодиловы слезы из-за распада Союза? Чтобы этот самый нервический господин с шулерскими замашками неизменно клал на лопатки разумного, интеллигентного Млечина, потому что по-другому в наших широтах не бывает? Ведь итоги голосования – сами по себе катастрофа, которая требует немедленного осмысления. Что же мы в конце концов такое-эдакое строим с народом, идущим в будущее с повернутым в прошлое лицом?
Впрочем, вопросы все больше риторические. «Суд времени», как и другие подобные проекты, не столько ток, сколько шоу, то есть машина по переработке зрительских эмоций в доли и проценты рейтинга. Этой гигантской мясорубке все равно, что перемалывать – энтэвэшных людоедов, первоканальских гробокопателей или известных исторических деятелей с «пятерки». Более того, непонятно, что нравственней – новый «Детектор лжи» кисти Андрея Малахова, где душевный стриптиз материализуется во вполне звонкую монету, а именно – один миллион рублей, или новый «Суд времени» с его смутной идеологией, вольно или невольно отбрасывающей страну в своем развитии лет на двадцать назад? По мне лучше Малахов. Там прием обнажен, никто не гримируется под объективность, и в выбранной им же системе координат Малахов, несомненно, профессионал из профессионалов. Срежессированные эмоции «Суда времени» вялые и неубедительные. Быть может, еще и потому, что Сванидзе, автор блистательных «Хроник», и Млечин, автор большого количества достойных просветительских программ, чувствуют себя не в своей тарелке в новом амбивалентном начинании Пятого канала. Если так, то почему не уходят, почему длят триумф Кургиняна и его многочисленных единомышленников?
Впрочем, и это неважно. Важно другое: попытка построить телевидение для нормальных людей, кажется, снова проваливается. Картина маслом, сказал бы Давид Гоцман из любимейшей «Ликвидации». И добавил бы: а раз так, то мне с вами неинтересно ходить по одной Одессе.
Время и место Розы Сябитовой
Нечеловеческая жара отменила традиционное деление общества на правых и левых, либералов и консерваторов, охранителей и оппозиционеров, прочертив демаркационную линию между теми, у кого есть кондиционеры, и теми, у кого их нет. Эти две России смотрели в глаза друг другу через телевизор, основным содержанием которого стали сводки погоды. Неожиданно такая, казалось бы, рутинная тема одарила вторую реальность богатством смыслов, мотивов, нюансов. Наконец-то в «ящике» появилась официально разрешенная зона критики – погоду критиковали много, дружно, смело. Небесная канцелярия, в отличие от
земных инстанций, регулярно давала повод для гордости. О температурных рекордах дикторы говорили с тем же восхищенным придыханием, что и о будущем триумфе Сочи-2014. Оформилось и главное направление мысли – неустанно следить за направлением ветра, который решительно никуда не направлялся.В раскаленном до безумия воздухе жизнь замерла. Но вдруг Россия вспряла ото сна. Эфир принялись лихорадочно наводнять премьеры исключительно биологического, а местами и животного свойства. Их герои только тем и заняты, что женятся, лечатся, соревнуются в приготовлении пищи и стирке трусов. Меньше всего на свете мне хочется копаться в навозной куче. Но что делать, если именно из этой кучи произрастает, как мне кажется, тренд сезона?
У биологически-животного пространства имеется своя единица измерения – одна Роза Сябитова. Сначала она появилась в программе «Давай поженимся!». Сочинение о том, как женихи и невесты выбирают друг друга под телекамеры, из разряда тех, которые я даже в силу служебных обязанностей способна до конца досмотреть только под наркозом. Тем не менее передача завоевала зрительский рынок в прайм-тайм, а значит заслужила право на существование. Право на существование Розы и в данном контексте казалось весьма сомнительным. Дама с волосами цвета торфяного пожара и напором менеджера овощной палатки способна своей запредельной бестактностью ввести в ступор любого собеседника. Сябитова – профессиональная сваха. Высокий градус ее профессионализма был однажды зафиксирован в студии Андрея Малахова, куда она примчалась с окровавленным лицом и оформленным по канонам сериального «мыла» рассказом: ее регулярно избивает молодой муж, которого она же себе и сосватала. Градус не остался незамеченным начальством – Роза получила свою брачную программу «Знакомство с родителями». Здесь женихов и невест подбирает старшее поколение. Зощенко бы умер от зависти. Попробуй придумай следующий диалог. Папа: дочка с детства тянулась к творчеству. Роза: рисовала, что ли? Папа: дочка любит правду. Роза: прокурор, что ли? И так – до самого финала, когда Роза, по-солдатски поправив ремешок и одернув слишком короткое платье, выдает последнюю установку: «Всех целую». От подобной соблазнительной перспективы у меня сразу заканчиваются слова, но, увы, Розой не заканчивается перечень свежих матримониальных проектов.
Сюда следует еще добавить как минимум «Брачные игры» и «Формулу любви». Отличаются эти натужно веселые и оттого особенно унылые конкурсы для супругов, отчаянно сражающихся за «романтическое путешествие», только именами звезд. Первый из них ведут Анастасия Заворотнюк и Дмитрий Дибров, лучшие специалисты державы по личным брачным играм. Второй освящает карамельно-воздушная Татьяна Веденеева. Наблюдать за ними неловко, будто подглядел нечто непристойное. Особенно изумляет первая пара. Заворотнюк почему-то декорирована столь гигантскими накладными ресницами, что вот-вот, кажется, взмолится голосом гоголевского Вия: поднимите мне веки. Чтобы не рухнуть, ей приходится держаться за Диброва. Но и тот не очень тверд – перекатывается по сцене надувным воздушным шаром, так как опарой вываливается из слишком тесного костюма… И все-таки представителям старой гвардии далеко до Сябитовой. Они выглядят стайкой вдохновенных халтурщиков и привычно презентуют себя, в то время как Роза – знак, символ, эмблема.
В моду опять возвращается так называемое «народное» ТВ. То самое, которое нуждается в Розиных агрессивных интонациях, ее неистребимой хабалистости в голосе, повадках, манерах, в ее представлениях о морали и здравом смысле. Эта империя простых истин, обращенная к простому человеку, всегда возвышается в период безвременья. Тогда лучшие канальские умы поступают так, как обычно поступали в критические дни истории (а других у нас и не было) советские начальники: по меткому замечанию Пастернака, они достают слово «народ» словно из штанов по нужде. Так было во второй половине 90-х, когда ельцинское правление трещало по швам. В авральном порядке придумывалась новая идеология, отвлекающая электорат от баррикад и ориентированная на семейные ценности. Их главным носителем назначили Валерия Комиссарова. Он даже на визуальном уровне материализовал вековую мечту россиянина: все в чем-то липком и пахучем, а он весь в белом. Валерий действительно был весь в белом, от шляпы до штиблет. Данный властитель дум покрывал огромную территорию страны, от «Моей семьи» до «Марьиной рощи», своим редкостным форматом под названием «женско-семейные шоу».
Страна долго расставалась с «комиссаровщиной». В какой-то момент показалось, что навсегда. Но вот в конце 2010-х настало очередное время промежутка, когда тандемные верхи уже не могут жить по-старому, а низы не хотят, и вновь вытащены на белый свет обветшалые от частого употребления погремушки для народа. Как водится, все последующее хуже предыдущего. Комиссаров – человек, несомненно, способный. Он мог хоть любую телепрограмму сакрализовать до «общенародного движения» с последующим выпуском соков и макарон, хоть в Государственной думе заседать. Сябитовой, которая с трудом справляется с падежами, до подобных высот далеко. Может, ее, минуя ТВ, сразу в Думу отправить?
Народное телевидение – штука не столь безопасная, как может показаться на первый взгляд. Телевизионный народ упорно вписывают в отдельную систему этических и эстетических координат. На новый стиль и веяния первой отреагировала социально чуткая реклама. Прелестная барышня, пропагандируя шампунь, игриво заявляет: «Ведь я этого достойна». Представление о достоинстве теперь связано исключительно с телесностью. Понятие чести и честности неотделимо от выгоды. Слоган новой программы Андрея Малахова «Детектор лжи», где на кону большие деньги, по-мефистофельски емкий: «Честным быть выгодно». Спешит поделиться с паствой своим перспективным кредо и сваха Сябитова: «Любовь – это чувство, семья – это сделка».