Чтение онлайн

Услышав это, Елена, которой казалось настоящим святотатством продать мамину квартиру, замерла от ужаса, испуганно глядя на Князеву, а та, прекрасно поняв, о чем именно она подумала, как понимала это всегда, ласково сказала:

– Хелен! Дитя

мое! Я уже говорила тебе, что память не в вещах – она в сердце. В душе, если хочешь. И там твоя мама по-прежнему жива. Жива и любима. Ведь правда? – Елена, кивнув, опустила голову, чтобы скрыть снова навернувшиеся слезы, а Княгиня успокаивающе похлопала ее по руке и сказала: – Хелен, ты неоднократно убеждалась в том, что я всегда знаю, как лучше поступить. Не так ли? – Елена снова кивнула, не поднимая головы. – Вот видишь! Поэтому просто поверь мне на слово, что все это делается для твоего же блага. Так ты согласна продать свою квартиру?

– Да, Тетушка, – с трудом выдавила из себя Елена.

– Вот и славно, дитя мое! – одобрительно сказала Князева. – Значит, Григорий займется еще и этим. Деньги нужно будет тут же перевести в валюту и пусть они лежат здесь, в доме – я не слишком доверяю российским банкам.

– Тетушка! – тихонько спросила Елена. – А кто тот человек, о котором вы говорите? Вы простите, что я спрашиваю, но только я думала, что у вас кроме Григория Борисовича нет других близких людей?

– А ты, дитя мое? – улыбнулась ей Маргарита Георгиевна. – Разве ты не самый близкий мне человек? Разве я не люблю

тебя, как родную дочь? – Услышав это, Елена покраснела от радостного смущения, а Князева улыбнулась: – Да, Хелен! Как родную дочь! – а потом объяснила: – Этот человек – моя крестница.

– Кто?! – изумленно воскликнула Елена, которая раньше никогда о ней не слышала.

– Моя крестная дочь, – невозмутимо повторила Князева. – Это очень милая девушка – ей сейчас восемнадцать, и зовут ее, как и меня – Маргаритой. Она круглая сирота и с самого раннего детства живет и учится в Швейцарии. Если со мной что-нибудь случится, ей тут же сообщат. Она, в силу ряда обстоятельств, не сможет сразу же приехать, но вы с ней обязательно встретитесь, – уверенно заявила она.

– А она, если потребуется, сможет отстоять этот дом? – спросила Елена, стыдясь того, что ревнует свою Тетушку к какой-то неизвестной девушке.

– Не думаю, что ей придется этим заниматься. Пойми, дитя мое, оставь я все это тебе, хоть по дарственной, хоть в наследство, на тебя могли бы надавить и заставить от всего этого отказаться. Она же живет за границей, а, значит, повлиять на нее ни у кого не будет никакой возможности. А поскольку я собираюсь оформить дарственную у Григорьны, с которой в нашем городе рискнет связываться только сумасшедший, то могу быть совершенно спокойна и за тебя, и за все остальное.