Ромео истекает кровью
Шрифт:
Тягучая коричневая волна ударила в голову, заставляя менять восприятие на нечеловеческое, предшествующая стадия - бешенство, минула за секунду, и теперь на месте лейтенанта доноров Ромео Органзы сидел сосуд, вместилище для инферно. Я же ушел в уютную тень, присел и с некоторым любопытством принялся наблюдать за тем как мысли обывателей, готовы прийти в согласие с реальностью. Вот только хотели ли они сами в ней участвовать, особенно в качестве освеженных туш?
Вдруг откуда-то из невообразимого далека почувствовал, как что-то липкое, теплое, течет по подбородку. От напряжения зубы прокусили нижнюю
У того, кто спрятался в тень, было не больше мига, что бы позволить вырваться умению, сосуд уже наполнялся и еще не ясно, чья воля окажется крепче.
Белки налились красным, правдолюбы даже не успели испугаться, как из глаз сначала медленно, потом заполняя не только кафе, но и всю улицу вырвались разноцветные бабочки. Они жили не долго, какие-то секунды, потом лопались, как мыльные пузыри, исчезая в лучах дня. Это наверно было очень красиво. Жаль не мог насладиться этим зрелищем, я сидел и обливался потом, конечно это можно назвать красивым словом рефлексия, но факт в том, что грань за которой начинается ад была пройдена, все, конец, назад пути нет... И все же я выкарабкался. Благодаря чему или кому? Воплотитель! После акулы можно было ожидать чего угодно, землетрясения, огненного шторма, чумы, но бабочки. Бабочки из живота. Улита?
– Это возмутительно, - попытался донести до свидетелей моего падения старичок. Но поддержки не получил, напротив, какая-то матрона средних лет и тучности с которой надо что-то оперативно решать, вступилась за меня:
– Отстаньте от донора! Мы сюда пришли культурно вкушать, а не слушать ваше брюзжание, тем более товарищ лейтенант устроил для нас такое грандиозное представление.
"Знала бы она, какое представление ей готовилось первоначально" - подумал я, поднимаясь из-за столика.
– Милостивые государи, - обратился немного по-стармодному к паре фатальных идиотов.
– В вашем возрасте читать эту гадость противопоказано для здоровья, давление штука не простая, как долбанет и нет сарая!
– Ка-какого сарая?
– не поняла главенствующая старушка, посмотрев на мужа.
– Того, что у вас на плече вместо головы. Всего хорошего.
Я куртуазно поклонился, не слушая обвинений, пошел искать справочник. Мне до боли хотелось навестить издательство газеты "Лираш Букет" и засунуть Ясела Цивика головой в какое-нибудь грязное и вонючее место.
Но не тут-то было. Ко мне стремительной походкой шел, да чего уж там, бежал Бьянк!
– Слава Воплотителю, я тебя нашел лейтенант.
Парень даром что молодой, дышал с натугой, его невинное лицо с тонкими усиками, которые по замыслу хозяина должны были предавать ему мужественности, покраснело, став совсем детским.
– Дома тебя не застал, бросился к этому, как его, колбасника?
– Мэтр Микки Янг.
– Да, к нему, к англосаксу-оккупанту, но там тебя тоже не обнаружил.
Бьянк терпеть ненавидел выходцев из этой страны. Дело в том, что его мать увлеклась неквалифицированным рабочим - англосаксом (тот танцевал в ночном кабаке)
и бросила его с отцом, когда Бьянк был еще малюткой. Я бы не знал эту историю, но средний донор каждый раз вкурив дыма рассказывал ее заново. И каждый раз настолько талантливо, что слушавшие впервые - пускали слезу. Однажды дело чуть не кончилось плохо, когда разгневанная толпа ринулась громить посольство этой скупо развивающейся страны.– Ну, вот я здесь, стою перед тобой, как лист перед травой. Чего случилось?
– Полковник... Слово бы подобрать. Он матюгается Ромео! Наш полковник! Который кроме слова - сцука, в адрес безопасников, что даже и не мат, а констатация факта, отродясь не сквернословил. И знаешь на кого, направлена его экспрессивная речь?
– Меня терзают смутные сомненья Бьянк, ну ты же возьмешь факел, зажжешь его и осветить тьму, которая меня окружает?
– Не смешно лейтенант. С утра его вызвал мэр, полковник пробыл там с полчаса, а когда вышел, трясся как припадочный, неся в руках мерзкого "скорпиона". Газету! Газету Ромео, с твоей фотокарточкой.
– О да Бьянк, я теперь знаменитость и часть моей славы упадет на наш отдел.
– Этого я и боюсь!
– вздохнул донор.
– Не знаешь, Монтано сдал отчет?
– Сдал. И я сдал, и Эмиль. Нет только описания твоих звездных мемуаров. Так что пойдем старшой, пока за тобой не выслали усиленный патруль.
– Все так серьезно?
– я продолжал валять дурака, пытаясь собрать мысли в кучу.
– Серьезно!? Ромео очнись! Полковник сказал, что если через час тебя не будет в конторе, то через два тебя доставят закованным. А время-то уже вышло!
– Обидно, у меня же еще целый выходной впереди, хотел деда навестить и сегодня дела есть. Да не смотри ты на меня как на малохольного Бьянк. Сейчас поймаем паровик и через пятнадцать минут предстанем пред грозны очи.
Машину нашли быстро, благо напротив злополучного кафе стояло в ожидании сразу три шофера. Когда садились на задний диван я недовольно повел носом.
– Слушай Бьянк, на улице не так заметно.
– Ты о чем?
– Рыбой от тебя несет.
– По твоей милости!
– обиделся донор.
Он отвернулся к окну и всю дорогу молчал, я же просто закрыл глаза и под мирное шипение парового двигателя попытался расслабиться. Получалось скверно. Хотелось взять бумагу, карандаш и набросать блок-схему из недавних событий, так я мог сосредоточиться на деталях и понять, что за непонятное движение началось возле Ромео Органзы. Может кто-то вышел на мое прошлое, которое я сам пытаюсь забыть, как самый жуткий кошмар? Вряд ли. Тогда бы действовали по-другому, меня бы попросту арестовали и придали суду.
Если разобраться за последние сутки я чудом остался жив и дважды меня выручил мануш, такое везение не может длиться постоянно, если оно конечно случайно. Интересно, какова во всем этом роль Улиты? А может я зря строю теории заговора? Все гораздо проще и объясняется обычным совпадением. Надо начать думать головой, перестать легкомысленно относится к жизни, стараться максимально контролировать эмоции. Хороший план. Такой же дерьмовый, как строят все обычные люди, с завтрашнего дня не курить дым, с понедельника сесть на диету, со следующего месяца начать новую жизнь.