Родная кровь
Шрифт:
Только бы этим делом занялась именно Пейтон Пайк, а не какой-нибудь пассивный коп! В противном случае, последние часы моей жизни рискуют быть прожитыми зря…
У меня в руках оставался совсем миниатюрный огрызок карандаша. Я могла бы попробовать дописать пару слов любви, но, подумав, решила дописать своё имя, в страхе перед тем, что моё тело по какой-то причине, например по причине времени или вмешательства диких животных, в итоге будет сложно опознать. Подписать удалось только одну из трёх записок: “Холт Тере”, – это всё, на что хватило мягкого грифеля.
Одну записку я положила на дно сумки, вторую сунула во внутренний карман пальто, а третью, с подписью, я спрятала в ботинке на случай, если Ричард, как истинный маньяк, вдруг решит вернуться на место совершенного им преступления, чтобы проверить, насколько хорошо он проделал свою работу,
После проделанных комбинаций с посмертными записками, ещё несколько минут погипнотизировав свой ботинок – а вдруг он стащит с меня и обувь тоже? в конце концов, он является убийцей, а это гораздо хуже, чем ограбление трупа! – я вытащила записку из ботинка и запихала её за пояс сзади своих джинс так, чтобы она закрепилась под тугой резинкой трусов. Пусть мне и суждено умереть от рук этих подонков, но они за это ответят! Ответят за каждую отнятую их руками жизнь!
***
Мысль о том, что Ричард может вернуться, прежде не посещающая меня, теперь ошеломляла мой изможденный за прошедшие сутки разум: каждое дуновение ветра, каждая птичья трель казались мне предвестниками возвращения убийцы. Наверное поэтому, когда приблизительно спустя полчаса после моих махинаций с записками я услышала звуки, походящие на человеческие шаги, я, вскочив на ноги, нашла в себе силы лишь на то, чтобы выбежать в центр ямы и замереть, словно вспугнутая лань. Шаги походили на человеческие и звучали достаточно далеко, и именно из-за дальнего расстояния я не могла наверняка определить их происхождение. Однако, прислушиваясь, с каждой секундой я убеждалась в том, что они неумолимо подбираются всё ближе…
К тому времени, как я поняла, что шагов слишком много, и услышала мужские голоса, я уже была слишком сильно напугана вариантом возвращения Ричарда, отчего в момент, когда захотела и должна была выдать своё местоположение призывным криком о помощи, не смогла раскрыть рот из-за внезапно парализовавшего меня изнутри оцепенения. Хруст же ветвей продолжал уверенно нарастать, и я вдруг начала слышать, как чей-то тяжёлый вес перемещается по лесу в режиме бега – кто-то бежал прямо на меня!!!
Как же сильно я хотела кричать!!! Но я буквально окаменела – я даже ущипнуть себя не могла, чтобы заставить хотя бы свои веки моргнуть!!!
Я так сильно боялась увидеть того, кто бежит на меня, боялась того, что он пробежит мимо, боялась вообще всего и любого исхода, что едва не потеряла сознание, когда увидела на краю обрыва резко остановившийся, крупный мужской силуэт, в котором уже в следующую секунду я узнала… Байрона…
Прежде чем я что-либо успела осознать, он, не задумываясь о высоте, спрыгнул вниз и, совершив перекат, благодаря которому и благодаря мягкому лиственному ковру не повредил себе ноги, он в мгновение ока оказался напротив меня, словно был внезапной вспышкой молнии. Набросившись прямо на меня, словно лев на лёгкую добычу, обняв меня за плечи, он не устоял на ногах и в итоге завалил меня на спину. Перед тем, как под его напором упасть назад, я успела только единожды моргнуть, только запечатлеть его огромные зелёные глаза, наполненные не меньшим испугом, чем тот, который плескался в моих.
Не знаю, кто из нас разрыдался первым, но наше общее рыдание было ужасным и одновременно исцеляющим… Срывающимся на хрип шёпотом я, вжимаясь в его грудную клетку, начала хрипеть:
– Она убьёт Берека! Она убьёт его, потому что я выжила! Его нужно спасти! Не дай им добраться до сына!
– Всё будет хорошо! С тобой и нашим сыном всё будет хорошо! – вздрагивая в борьбе со слезами, внезапно произнёс прямо мне на ухо он, и от его ответа я замерла.
Он уже знает о том, что Берек не только мой, что он наш сын…
Что произошло?.. Как он узнал?.. Как он нашёл меня?!..
Глава 61.
Пейтон Пайк.
10 октября – 11:30.
Первые полминуты я всерьёз считала, что мы опоздали и что Крайтон прижимает к своей груди безжизненный труп Терезы. Когда же я увидела шевеление её рук, я едва удержалась от обеспокоенного вскрика, сразу же поверив в то, что Холт всё ещё жива, но серьёзно ранена. Поэтому когда она встала на обе
ноги и, глядя на меня со дна ямы, сквозь рыдания сообщила, что с ней всё в порядке, я уже практически не верила своим глазам. Из-за того, что Крайтон отказывался выпускать её из своих объятий, со стороны создавалось впечатление, будто он управляет ею, словно марионеткой, что выглядело немного жутко: будто он устроил для нас кукольный театр, желая доказать всему миру, что его умершая возлюбленная всё ещё жива. Поспешно обернувшись, я послала одного из лейтенантов в машину за водой, после чего начала по рации связываться с остальной командой, предупреждая о необходимости неотложной медицинской помощи и альпинистского снаряжения, без которого нам этих двоих было не вытащить – по такому обрыву можно было запросто сорваться вниз, но только не подняться вверх. Как только лейтенант притащил мне поллитровую бутылку негазированной воды, я бросила её к ногам Терезы, и за минуту она осушила её до дна. К этому времени у неё уже должны были появиться первые признаки обезвоживания, особенно если она теряла сознание и пережила шоковое состояние, после чего её могло выворачивать наружу.Медицинская группа прибыла на место уже спустя семь минут, а вот альпинистов пришлось ждать все двадцать минут. Сначала я хотела заставить молодого парамедика спуститься в яму для осмотра пострадавшей и уже почти толкнула его вниз, но ему повезло, так как Тереза вовремя и убедительно заверила меня в том, что в этом жертвоприношении нет необходимости. В итоге, закрепив альпинистское снаряжение, мы начали поднимать пострадавших из ямы по очереди.
Первой мы вытаскивали Холт. Крайтон прочно закрепил вокруг её талии и бёдер верёвку, и подал знак, когда стало можно приступать к поднятию. Как только Тереза оказалась рядом со мной, медики окружили её, но она наотрез и даже с агрессией отказывалась подниматься с земли – продолжая стоять на четвереньках, она смотрела в яму, в ожидании поднятия Байрона. То, что эти двое не пострадали при падении с десяти метров, позже объяснилось не только удачными углами их приземлений, но и многолетним ковром из палых листьев, устлавшим дно ямы.
Когда Крайтона начали поднимать, Тереза вдруг протянула мне бумажный платок, и я сначала не поняла этого её действия, но вскоре заметив на платке текст и прочитав его, я уверенно кивнула, глядя в широко распахнутые глаза девушки, которой в эти минуты явно с большим трудом давались слова, и произнесла: “Мы всё знаем. Видеорегистратор, установленный в машине мистера Крайтона, нам всё рассказал – хорошо, что Вы его сместили, иначе бы мы Вас до сих пор искали…”. Я не успела договорить, как вдруг Холт, разрыдавшись, обняла меня с такой силой, что едва не заставила меня завалиться назад, хотя я уверенно сидела на коленях. Ещё спустя несколько секунд её объятья и слёзы переместились на грудь наконец поднявшегося наверх Крайтона. В итоге с холма она так и не смогла спуститься на своих ногах – у неё закружилась голова и прежде, чем медики успели погрузить её на носилки, Байрон подхватил её на руки и уже бездыханную донёс до кареты скорой помощи, ожидающей нас на лесной дороге возле расколотого пополам дерева. Когда мы спускались, начал накрапывать дождь, и я подумала, как же нам повезло найти её до начала ливня… Как же нам повезло найти её живой!
В карету скорой помощи кроме Крайтона зашла и я – просто на всякий случай. Прежде чем мы успели доехать до больницы, к правому предплечью Терезы подсоединили капельницу, а на её лицо надели кислородную маску. Спустя несколько секунд после надевания маски она начала постепенно приходить в себя, и я попыталась представить, каково ей просыпаться под вой сирен и, возможно, не понимать, что происходит. Только подумав об этом, я резко схватилась за свой мобильный и набрала телефон Астрид. Прозвучало всего лишь три гудка, прежде чем трубку подняла женщина, голос которой звучал гораздо более старше голоса моей подруги:
– Пейтон Пайк?! Мы так ждали Вашего звонка!
– С кем я имею честь говорить?
– С мамой!.. Я мать Терезы…
– Миссис Холт, мы нашли Вашу дочь, она жива и с ней всё в порядке… – я осеклась. – С ней всё будет хорошо. Можете приезжать в городскую больницу, чтобы убедиться в том, что здоровью Вашей дочери ничего не угрожает.
По ту сторону трубки послышались такие радостные восклики и рыдания голосов разных возрастов, женских и мужских, что я вдруг максимально остро ощутила факт своего сиротства, с которым, как мне до сих пор казалось, я давным-давно успела свыкнуться. Пропади я, меня бы никто так не жаждал найти.