Ристалища Таллаха
Шрифт:
Прохожие в Оруваге значительно отличались от тех, что он видел на Таллахе - больше хмурых, неопрятных, бедно одетых людей. И нищие... На Таллахе он не видел ни одного. И дети - чумазые, бегающие по улицам, едва не попадая под копыта лошадей... И местная гвардия, вооруженная мечами, а Блейд-то думал, что в этом мире оружие используется лишь на ристалищах... Но перемены, вносимые магами, заметны - значит, рано или поздно и здесь будет так же хорошо, как на Таллахе. Главное - чтобы не было войны! Почему "главное"? Откуда у воина такие странные мысли?!
Царь Ордорима был стар и болен. Принять Блейда он смог только вечером и то был вынужден обратиться за помощью к магу Ордорима. Маг провел у постели царя
Царь принял Блейда в постели. В углу тихо верещал сообщатель. Говорили в волшебном приборе, естественно, о сегодняшних состязаниях, о напряжении, достигающем пика и близящемся к кульминации - одиночным поединкам с оружием. Но до этого будут еще групповые бои, вызывающие также огромный интерес и ажиотаж. О клятве царя Маласта по сообщателю тоже говорили много.
Его величество долго смотрел на Блейд ничего не говоря. Разведчик, почтительно поклонившись, ждал.
– Что ж, - наконец сказал царь, - Ланрана знает, что делает. Я благословляю ее выбор.
Из группы сановников вышел один в вычурно-дорогих одеждах, с непомерно большим пузом и длинной козлиной бородой, важно прошествовал к Блейду и церемонно надел ему на шею золотой медальон с перевернутой вниз семеркой.
– Отныне вы, Ричард Блейд из Бреддонна и Ланрана Ордор, моя младшая дочь, муж и жена до самой смерти!
– тяжело дыша провозгласил царь Ланна Ордор.
– Постарайся не огорчать ее в эти несколько дней. По сообщателю у тебя был очень свирепый вид вчера.
Царь закрыл глаза, отдыхая.
Блейд молча ждал. Он вообще не произнес ни слова, даже приготовленное приветствие как-то не получалось сказать. Царь наконец открыл глаза и снова принялся внимательно разглядывать представителя своего секстета, от победы которого столь многое зависело для блага государства.
– Да, ты победишь, - сказал царь и приказал: - Оставьте нас одних.
Сановники вышли. Даже телохранителей не осталось, доверяют, - подумал Блейд.
– Прими от меня подарок, - сказал царь и указал на ларец, что стоял на высокой тумбе рядом с кроватью.
– Он поможет тебе. В этой склянке влага из Озера Мудрости. Никто не должен знать, что она у тебя есть, иначе маги накажут.
– Спаси...
– начал было Блейд.
– Не говори ничего, - оборвал его царь.
– Иди!
Блейд так и не понял какого черта его оторвали от состязаний. Но, наверное, это было очень важно царю Ордорима. И Ланране. Блейд улыбнулся тепло и мечтательно, вспомнив о ней.
Утром он был на Таллахе, но на гонки колесниц его не заявляли и ему оставалось лишь смотреть состязания по сообщателю или бродить по городу. Блейд выбрал второе - насколько все же разителен контраст между Таллахом и Орувагой, столицей Ордорима! Но и Орувага будет такой - обязательно будет! Для этого надо помогать магам. И все, чем может помочь им Блейд, это победить в состязаниях, проявив чудеса смелости, ловкости, жестокости... Что ж, раз это необходимо, чтобы страны Таллаха процветали, он сделает это. И плевать ему на деньги Куха, не ради денег он рискуя жизнью пробирается в миры Измерения Икс.
Наградой за его чувства была Ланрана. Она официально объявила Блейда своим супругом и пришла к нему - невеста, жена, любимая. Вторая ночь была не менее сказочна, чем первая. Сон, не может быть такого в действительности! Сон, поглотивший в себя Зоэ, Талин, Гралию, Зулькию... Сон, который вскоре поглотит и Ланрану. Но стоит ли думать об этом в ночь, полную любви?
А в зеленой пузатой склянке, подаренной царем Ордорима переливалась густая непрозрачная жидкость - из Озера Мудрости Мира. От склянки словно исходила незримая необъяснимая сила и Блейд почувствовал, что получил в свои руки нечто очень важное - энергию благополучия Таллаха, от которой
работает вся поразительная здешняя магия. Вернее, получил ее неизмеримо малую толику. Потому без колебаний отправил драгоценную, плотно запечатанную склянку лорду Лейтону - пусть изучает. Зачем столь ценный дар подвергать случайному риску потерять или разбить?Такого финала групповых боев еще не знала история Великих Состязаний Таллаха.
Совет магов отказал царю Маласта в просьбе сразиться его секстету с секстетом Ордорима в первом круге. Маги посчитали, что недостаточно оснований. Что Ричард Блейд не повинен в гибели Шриккабора Верасора из Маласта.
Жребий был жесток - он распорядился так (не без умысла ли со стороны Фаттаргаса?), что встретиться маластцы с обидчиками могли только в финале. И до этого им надо было пройти секстет Золотой Короны, что представлялось нереальным.
Но когда сердца сжигает ненависть, пусть и несправедливая, нет ничего невозможного! Так состоялась сенсация в которую не верил никто. Секстет прославленного Кираба проиграл. Главный претендент на абсолютное первенство вновь не дошел до финала.
Ричарду Блейду и его товарищам предстояло выдержать бешеный напор маластцев. После гибели Шриккабора лишь второй номер остался в секстете все остальные были спешно заменены. Злые языки поговаривали, что царь Ионорект выпустил из тюрьмы трех самых жестоких убийц, приговоренных к пожизненному заключению, но чего только не говорят! Самое смешное, что новые бойцы были действительно умелыми воинами и можно было только недоумевать, почему их не взяли в первоначальный состав и как удавалось Шриккабору удерживать первое место в секстете при такой конкуренции - не иначе, личное благорасположение царя Маласта к Верасору была тому причиной.
Блейду, впрочем было все равно, откуда взялись новые чернокожие бойцы с белыми волосами и греческими чертами лица. Он победит, потому что обещал Ланране. Джентльмен всегда держит свое слово.
Но на стадиуме творилось нечто невероятное - действительно Блейд был единственным, сохранившим спокойствие, как внутренне так и внешнее. Иначе и быть не могло - философия Гитина Фунакоши не позволяла перед сражением дать преобладать каким-либо чувствам, кроме спокойствия и сосредоточенности.
Предыдущие бои секстета прошли внешне натужно и некрасиво. Блейд предпочитал не раскрываться до решающих сражений, приберегая свой богатый арсенал. Сражался так, как позволял соперник. А соперники дрались самоотверженно, но не очень умело, словно жестокость и кровь заменили за эти десятилетия Состязаний сам дух красоты и искусства боя.
Каждый из товарищей Блейда умирал сегодня, даже опытный Ристар пропустил коварный удар Хоссена Сабронца в последнем бою и сейчас лежал, объятый зеленым магическим пламенем. Блейд теперь знал свою команду, знал, что не подведут, прикроют и в случае необходимости выручат... Черт, а хороша идея сама по себе - знаешь, что если убьют, то снова будешь жить, и потому ничего не боишься! Но это - для обитателей Таллаха. Блейду такая позиция не подходит, он еще никогда не давал себя убивать. И в ближайшие сто лет не собирается позволять это сделать никому. Ни при каких обстоятельствах.
Единственное, что радовало Блейда - что, оказывается, можно выступать без этой душной тяжеленной кастрюли на голове. Он видел по сообщателю, как во время одного боя у воина слетел шлем - состязателя не сняли с ристалища строгие судьи и он продолжал биться с открытой головой. Оказалось, ритуал требует, чтобы состязатель выходил на ристалище в шлеме, а дальше - на страх и риск бойца, если голову отрубят в бою, маги не помогут...
Ланрана весь день провела в комнате секстета, где пахло кровью и потом. Она была бледна и взволнована, но находилась рядом со своими бойцами, поддерживая их дух.