Чтение онлайн

Кирк попытался найти мораль в этой истории, но она ускользала от него.

– Значит народ Баджора отказался от Слезы Пророков из-за греха одного человека?

Седж кивнул.

– Да. Мы баджорцы очень духовный народ, Кирк. Нас с рождения учат, что грех против Пророков приносит духовный вред не только нам самим как личности, но и всем членам нашего общества.

– Звучит жестоко, – сказал Кирк.

– Но соответственно и одухотворяет, – ответил Седж. – Без этой черты я сомневаюсь что баджорская культура смогла бы просуществовать практически неизменной десятки

тысяч лет.

Кирк решил не отвечать. Было не то время, чтобы делиться с хозяином своей собственной личной верой в необходимость изменений. Седж казалось понял, что пришло время для смены темы.

– Политика и религия, Кирк? На Баджоре они неразделимы. Но это не лучший выбор для чужаков в море. – Он осторожно наклонился через борт лодки рядом с Пикардом. – Сегодня вода очень прозрачная. Вы сможете проследить за веревкой маркера.

Кирк посмотрел вниз со своей стороны лодки и увидел, что Седж был прав. Хотя солнце в небе стояло низко, оно все еще было достаточно ярким, чтобы осветить дно, на котором буйные петли и изгибы преломленного света мерцали на ряби песчаных дюн.

– Какая здесь глубина? – спросил Кирк, еще не знакомый с баджорским соотношением между солнечными лучами, атмосферой и морской водой.

Оптические характеристики каждого из миров класса М имели склонность несколько отличаться.

– Здесь примерно пятнадцать метров, – сказал Седж. – Вы видите стену?

Кирк обнаружил якорный канат маркера, а возле него прямую линию тени.

– Вижу.

– Это граничная стена большого комплекса закрытых печей, использовавшихся для обжига глиняных табличек, – объяснил Седж.

– Исписанных табличек? – спросил Пикард.

– Своды таблиц, накладные, долговые обязательства, и среди прочих предания. Еще одна из самых богатых находок артефактов примерно на пятьдесят метров дальше: груда мусора этого комплекса. Если табличка ломалась во время обжига, ее бросали в ямы. У нас здесь достаточно обломков, чтобы на годы загрузить поколения новичков студентов ради восстановления отчетов о делах и литературе этого места.

Кирк услышал гордость и изумление в голосе Седжа. В воде под ними был не мертвый город. Для Седжа Нирры он был живым.

– Где была бы археология без куч мусора, – легко сказал Пикард.

Седж рассмеялся.

– Но мы прибыли сюда не для этого, – добавил Пикард.

– Да, – согласился Седж, устраиваясь на тонком полу их лодки.

Похожий на каучук материал двигался вверх-вниз, когда под ним проходили легкие волны.

– Так что же случилось с профессором Ниланом? – спросил Пикард.

– По этому вопросу нет никаких разногласий, – ответил Седж. – Бедняга перезаряжал батареи, и одна из них оказалась дефектной. Когда он вставил ее в конвертер мощности… в общем он, вероятно, даже не понял что случилось.

– Тогда с чего начинаются разногласия? – продолжил Пикард.

Кирк был доволен своим положением и своим молчанием. У Пикарда был ум детектива и глаз на детали, и Кирк позволил ему руководить охотой за уликами. Кирка больше интересовало наблюдение за Седжем, пока тот разговаривал с Пикардом, ища признаки того говорил ли человек

все что знал или нет.

С точки зрения Кирка бизнесмен слишком стремился сменить тему. Но означало ли это, что ему было что скрывать, или же он просто предпочитал не говорить о смерти Нилана, Кирк был не уверен.

– Разногласия начались семьдесят лет назад.

Странный короткий смешок Седжа привлек внимание Кирка.

– С оккупации? – спросил Пикард.

– Больше десяти лет прошло со времени освобождения от кардассиан, – сказал Седж, – но кое-кто из моих соотечественнников баджорцев все еще отчетливо видит повсюду их серые руки.

Пикард заговорил медленно, словно не совсем уверенный в намеках Седжа. Кирк сам был не уверен.

– Профессор Роун уверена, что профессор Нилан был убит кардассианами?

– Скорее был убит по их приказу.

– Почему?

Седж откинулся на пятки прежде чем раскинуть руки, словно желая охватить все Внутреннее море.

– Полагают тайный сговор, Пикард. Нилан руководил ячейкой Сопротивления, ответственной за смерти множества кардассиан. Его убили либо из-за мести. Либо кардассианское министерство сельскохозяйственных реформ решило затопить эту долину, чтобы спрятать братскую могилу баджорских граждан и кардассианских офицеров, решив утаить правду о своих скрытых злодеяниях. Либо… – Седж восстановил свое согнутое положение на тонком полу лодки, и посмотрел на Пикарда. – Вы на самом деле хотите, чтобы я продолжил?

Пикард собрался прервать унылый перечень Седжа, но Кирк был к этому не готов.

– Да. Я хотел бы услышать больше.

– Хотели бы?

Это был больше вызов нежели ворос.

– Насколько мне известно, – сказал Кирк, – теперешние кардассианские военные даже и близко не похожи на армию до войны с Доминионом. С их вновь отстраиваемым миром, как они смогли найти ресурсы, чтобы подняться до тайной попытки убийства на Баджоре?

– Я не говорю что это действительно случилось, Кирк. Я просто пытаюсь объяснить, почему доктор Роун уверена, что Нилан был убит.

– Разрушение коммуникационного оборудования предполагает умышленные действия, – сказал Пикард. – И опровергает связь врага с военной тактикой.

Кирк видел, как растет раздражение Седжа от их вопросов.

– Пикард, Кирк, если вы решились вообразить нереальное, зачем ограничиваться тем, во что верит доктор Роун?

– Другие тоже думают что Нилан был убит? – спросил Пикард.

– Коррин Тэл один из них.

– И кого он считант убийцей?

Кирк восхитился тем, как Пикард сохранил давление.

– Религиозные фанатики, – сказал Седж. – Последователи культа призрака Па. Или кто-то еще, кто верит, что руины Бар’трайла нельзя трогать.

– Разве не для этого здесь прилар Тэм? – спросил Пикард. – Чтобы убедиться, что не будут нарушены никакие религиозные артефакты?

– Именно, Пикард. Конечно для Коррина это означает, что прилар Тэм подозреваемый. Покопайтесь поглубже, и вероятно найдете причину подозревать в смерти Нилана всех живущих в лагере.

– Включаяя и вас? – спросил Кирк только чтобы увидеть реакцию Седжа.