Чтение онлайн

Гай Ингенс ухмыльнулся. Достаточно нагло.

— Да, они так думают, — произнес Геннадий. — Но они ошибаются. Потому что я лучше их троих, вместе взятых. И докажу это прямо сейчас. Эй, ты! — Он ударил витисом по плечу правофлангового третьей шеренги. — Как тебя зовут?

— Декурион Тевд Трогус, кентурион! — молодцевато гаркнул тот.

— Выйди сюда, Трогус, и возьми это. — Геннадий протянул ему палку, затем отстегнул пояс с оружием и тоже передал парню.

— Значит, так, братья Ингенсы, — произнес он неторопливо. — Видите, я отдал свой витис кентуриона. Это залог. А я даю вам шанс. Если вы втроем одолеете меня одного, кентурия будет вашей. Согласны?

— Как же! —

проворчал Гай. — А потом Пондус разжалует нас, да еще шкуру спустит за то, что подняли руку на командира. Мы не такие дураки, кентурион Череп! Не рассчитывай!

Геннадий усмехнулся. Это было даже лучше, чем он ожидал.

— Ну да, конечно, — сказал он. — Погляди на меня внимательней, Ингенс. Я не из тех, кто, получив пинка, бежит жаловаться мамаше. Я из тех, кто самолично вырывает из задницы пнувшую ногу. Ты больше не опцион, Гай Ингенс. Я готов терпеть наглецов… Некоторое время. Но трусов у себя в кентурии не потерплю. Именно поэтому сам легат Максимин отдал вас мне. Ты струсил, Гай Ингенс. А трус не будет опционом в моей кентурии. Семьдесят человек в этом строю слышали, как я приказал: бейтесь со мной. А ты киваешь на Пондуса. Вы солдаты или мальчишки с розовыми от щипков попками? Ну!

И без того кирпично-красная физиономия старшего Ингенса совсем побагровела. Но он смолчал. Трое братьев сблизили головы, посовещались…

— Ладно, — наконец сказал старший. — Мы видим твой заклад, а каков будет наш?

— Если я выйду победителем, — четко произнес Черепанов, — кентурия будет моей. И вы трое тоже будете моими. Безо всяких фокусов. И эти парни, — он кивнул на строй, — наши свидетели. По рукам?

Братья переглянулись.

— Идет, — сказал старший и стянул с головы шлем. Его уши были похожи на мятые лепешки. И у братьев — такие же.

— Осторожней, кентурион, — шепнул Черепанову Трогус, которому Геннадий вручил собственную броню. — Осторожней! Они — борцы.

— Вижу, — шепнул в ответ Геннадий. — Только вряд ли им это поможет.

Братишки действовали слаженно и грамотно. Сразу видно, имелся у ребят большой опыт совместной драки. Зашли с трех сторон, дистанцию держали четко. Черепанов не препятствовал. Если они уверены, что у Геннадия нет глаз на затылке, пусть потешатся иллюзиями.

К его удивлению, братики проявили даже некоторое джентльменство. Вместо того чтобы насесть всем разом (а они это наверняка умели), предоставили старшему, Гаю, сойтись один на один.

С местной манерой борьбы Черепанов был уже знаком. И по возне с Плавтом, и по недавнему поединку с преторианцем Максимина. Чисто силовой подход. «Коренному» вольнику Черепанову силовое единоборство было привычно. Но Геннадий, поднаторевший в азиатских техниках, уже понимал, что сила ломит солому, только если в пучке соломы отсутствует стальной стержень. Подполковник позволил старшему братцу ухватить себя и даже выйти на бросок. Но в последний момент мягко перехватил инициативу, и очень удивленный Ингенс обнаружил, что вращательный момент, который он собирался предать туловищу кентуриона, почему-то перешел во вращение его собственного туловища.

Братья, которым со стороны было виднее (да Черепанов и хотел, чтобы урок выглядел наглядно), сообразили, что братец потерпел неудачу на полсекунды раньше его самого. И кинулись на подмогу. Они были крупные ребята. По центнеру каждый. Но Гай Ингенс тоже весил не меньше стохи. Поэтому, когда его массивная и умело, головой вперед, запущенная Черепановым туша встретилась с корпусом брата-знаменосца, тот с хрюкающим звуком отрикошетировал в Ингенса-младшего, который, конечно, не выпал в лузу (все-таки не бильярд), но достать Геннадия не смог.

Гай, слегка обалдевший

после того, как врезался головой в бочину брата-знаменосца, вяло попытался выкрутиться из захвата — и воткнулся мордой в пыль, прямо под ноги брата номер три, вознамерившегося все-таки добраться до кентурионова горла.

А Черепанов в свою очередь без особой спешки обогнул его слева, оказался рядом со вторым брательником, «отдал» ему левую руку, а когда тот, обрадованный, вцепился в нее обеими лапами и рванул, Геннадий охотно поддался, чуток повернулся сам, вертанул кистью — и брат-знаменосец неожиданно осознал, что хватает теперь исключительно воздух. И более того, летит спиной вперед в полную неизвестность. Впрочем, полет длился совсем недолго и закончился, когда спины второго и третьего братьев соприкоснулись. Раздался звук, какой возникает, если по бочонку ударить дубиной, и оба младших Ингенса рухнули на старшего, который как раз в этот момент поднимался из положения «мордой в грязь» в положение «на четыре кости». Секунд двадцать Черепанов, скрестив руки на груди, наблюдал, как ворочается и кряхтит созданная им куча-мала.

В строю зрителей раздались смешки.

Ну да, со стороны это смотрелось очень забавно. Три бугая мечутся по площадке, сталкиваясь, падая и безуспешно пытаясь ухватить противника, который вроде как им даже не мешает это сделать, но… Просто хвататели очень уж бестолковы и косоруки.

Смешки стали еще громче, когда братья, наконец, разобрались, кому какие конечности принадлежат, и поднялись на ноги.

— Думаю, что победа за мной, — заметил Геннадий, оглядывая поочередно братьев Ингенсов. Вроде никто из них не пострадал. У двоих морды разбиты, но этим мордам не впервой. — Нет возражений?

Братья мрачно молчали.

— Встать в строй! — жестко скомандовал Черепанов.

Под откровенный гогот легионеров братья поплелись на свои места.

Черепанов развернулся к строю.

— Веселимся? — рявкнул он. — Кто еще хочет попробовать? Есть желающие?

Желающих не было. И гогот стих, как по волшебству.

Черепанов взял у Трогуса свое имущество, опоясался. Оглядел строй.

— Так, — процедил он. — Мне сказали, все вы трусы.

Ответом ему было молчание. Наверняка кентурия знала о своей репутации.

— Да, — продолжал подполковник. — Я вижу, что храбрости у вас немного. Но я не верю, что семьдесят человек поголовно окажутся трусами. Да, не верю. Хотя бы потому, что у троих из вас хватило храбрости бороться со мной. Мне сказали, вы трусы, потому что наложили в штаны, едва завидели варваров. Так?

Ответа не последовало. Но Геннадий его и не ждал.

— Возможно, те, кто называет вас трусами, — не правы, — процедил Черепанов. — И тогда я научу вас храбрости. Но если вы действительно трусы и захотите остаться трусами, я обещаю вам одно… — Он сделал паузу и обвел тяжелым взглядом выстроившуюся перед ним шеренгу. — … Только одно: меня вы будете бояться на-амного больше, чем каких-то вшивых германцев! Обещаю! — Он еще раз оглядел строй, персонально каждого бойца, потом уронил: — Ингенсы и Трогус, останьтесь. Остальные свободны.

— Подразделениям, — скомандовал опцион. — Первая шеренга — низкий упор. Вторая шеренга — на колено. Третья шеренга — щиты вверх. Делай — раз! Делай — два! Делай — три! Плотнее щиты, дурни! Эй, ты, что ты зад выставил, как сирийский мальчик? Да, ты! Ты! Палки захотел? А теперь медленно, вместе… А теперь… Вскройсь! Ну-ка еще. Раз! Два! Три! Копья ровно, ровно я сказал! Задние, тверже, тверже упираться… Бе-ей! А теперь все вместе, четко. Бегом!