Резонанс
Шрифт:
— Нив… — окликнул он. — Я не Дилан! Я за тобой гнаться не буду! — прошло пару секунд. — НИВ! А НУ ВЕРНИСЬ!
И, словно пойманная невидимым лассо, Нив вдруг отлетела назад с удивительной силой.
Крича, она врезалась в Ромера, они скатились к краю крыши.
— Ай! — застонал Ромер, держась за плечо. — Мне нужно лучше с этим справляться.
Нив оказалась на животе, она приподнялась на локтях.
— Что с тобой такое?! — она смотрела на Ромера потрясением и злостью, а потом попыталась выбраться из — под его ног.
Пока она пыталась встать, Ромер схватил
— Пусти! — она боролась, но он давил весом. И она не могла даже шелохнуться.
— Ты такая королева драмы, — рассмеялся он.
— Ты думаешь, что это шутка?!
— Смешно, как от шутки.
— Как и удар между ног!
Ромер вздрогнул от одной мысли, и Нив смогла выбраться из — под него.
Усеянная травинками и белыми лепестками, она встала на ноги и посмотрела на Ромера, задыхаясь.
— Ты не в себе? — Ромер тоже встал. Его голос был строгим, вся игривость пропала с лица. — Они найдут тебя. Понимаешь? Мне напомнить, что случилось у Галена?
Нив опустила плечи. Он был прав. Но осознание правды не упрощало ее принятие.
— Плевать, — сказала она с вымученной улыбкой. — Я глупая девушка, идущая по своей воле в логово льва. Счастлив? Глупая девушка, жертвующая жизнью из — за парня.
— Нив… — Ромер шагнул вперед.
— Просто отпусти меня, — она попятилась. — Можешь? Это моя ошибка. Никто не будет винить тебя за мою ошибку.
Грудь Ромера опустилась, она увидела в трещину его прочной брони уязвимость, о существовании которой не догадывалась.
— Иди сюда, — Ромер взял ее за руку и притянул в нежные объятия.
Нив прижалась к его мускулистой груди, биение его сердца заглушало ее мысли. Его футболка была мокрой, а от запаха голова немного кружилась.
На миг она ощущала умиротворение.
С вершины зеленой крыши Ромер смотрел на вагоны у гавани. Чуть дальше он заметил краны в грузовой пристани.
Красные, сияющие на солнце.
На те же краны они с Диланом смотрели часами с крыши его мастерской, распивая пиво и обсуждая девушек.
«Ее», — он посмотрел на Нив, а потом обнял крепче.
Его взгляд упал на краны. В красной стали он привык видеть волосы лучшего друга. Которого любил, как брата. Ради которого принял бы пулю.
Как и сделал. А Дилан бросил его истекать кровью, одного и в темноте.
От этой мысли заболели серебряные шрамы Ромера, кровь кипела от гнева и обиды. Он смотрел на краны, на символ того, что он не мог забыть, не зная, переживет ли хаос, что медленно убивал его изнутри.
Цвет ярости. Цвет войны. Любви, похоти и страсти. Из всех цветов мира кровь решила быть красной.
Глава 29
Забвение
Нив стояла за окном, за которым раскинулось синее небо. Ночной воздух был прохладным и полным кислорода, кроме тихого стука капель дождя и гула машин вдали, больше звуков не было.
Нив
заерзала, травинки задели ее щеку.Ее охватило смятение. Она на улице?
Шел дождь, судя по ручейкам воды, стекающим по окну. Но как она тогда не намокала?
Она, наверное, еще спала, была на пороге сна и пробуждения. В этом сладком мгновении, когда фантазия и реальность играют друг с другом.
Она потерла глаза, а потом проследила за ручейками воды до вершины. К ее удивлению, она не видела конца окна. Вместо этого оно извивалось и извивалось, Нив легла на спину, пока не поняла, что лежит под водным куполом.
Ее глаза обманывали ее?
Она смотрела, как капли стучат и стекают лентами воды вниз. Как они собирались и спускались, окутывая чистый невидимый купол, словно хрустальной сетью.
«Как?».
Она приподнялась и огляделась.
Водный купол был всюду, она заметила Ромера, спящего за ней, и вспомнила все: они все еще были на крыше Центра изобретений.
И Нив вспомнила, как Ромер настаивал, что нужно уйти, но остался, чтобы не дать ей поступить глупо. Как они ссорились, не уступая друг другу, но нашли при этом компромисс.
«Здесь».
Нив посмотрела на сияющую воду, падающую вокруг них.
«Ему нужно увидеть это», — подумала она, перекатилась на живот и придвинулась к нему.
Она хотела разбудить его, но замешкалась, уловив слабое свечение из — под его закрытых век.
Это очаровывало.
Словно лед отражал лунный свет.
Она посмотрела на купол и поняла, что вершина над головой Ромера.
«Сияние…», — она посмотрела на него.
Такое же сияние было в его глазах, когда он вопил на нее из — за Дилана. Это же сияние было, когда он пытался вытащить Нив из могилы Элиота.
Она вспомнила надгробия, как с каждым рывком Ромера они приближались к ним, склоняясь. И сегодня, когда Нив пыталась уйти, невидимая энергия притянула ее к Ромеру.
Она вспомнила слова Галена перед тем, как их сеанс резко закончился.
«Те, кто сможет развить разум, сможет раздвигать физические пределы».
«Телекинез…», — она посмотрела на хрустальный купол, обдумывая слова Галена, его сладкую улыбку и более сладкий кофе.
От мысли, что с ним что — нибудь случилось, она не злилась, а боялась. Потому что теперь они потеряли «Теорию прорыва», им нужны были его подсказки.
Без Галена они оставались одни.
Нив посмотрела на Ромера и вспомнила его лицо в тусклом свете выставочного зала, его спину в опилках после падения с лестницы, его растрепанные волнистые волосы, которые он потом собрал в хвостик.
Хоть он был привлекательным, она бы не подумала, что встретит его еще раз. Но парень, спящий перед ней…?
Он спас ей жизнь. Дважды.
Он отказывался предавать Дилана, хоть и злился. Хоть ему не нравилось, он остался, чтобы Нив не была в этом одна.
Грубый, вспыльчивый, честный и добрый.
Нив не ожидала, что он будет таким, это начинало пугать ее.
Она решила заправить прядь волос ему на ухо, но когда кончик ее пальца коснулся мочки его уха, глаза Ромера открылись.