Чтение онлайн

– Вы шеф-редактор местного «Фёрст Паблик»?

– Не по субботам. А так да, случается.

– Я слышал, наше начальство добивается включения в губернский сериал, который снимает студия «Иллюзион-тракт». Это, конечно, не «Фёрст Паблик», но для городского управления уже достижение.

– Поздравляю.

Редактор вспомнил ролик с неудачным прыжком, но решил не комментировать попытки местной полиции попасть в губернский сериал. Он не любил попусту демонстрировать свою осведомлённость официальным лицам.

– Если постараться, то и из патрулирования может получиться

отличный триллер.

– Вы правы, с фактурой у нас было так себе, – улыбнулся Кворч. – До последнего времени.

– И что же у нас в последнее время стало достойно экранизации?

– Да вот хотя бы вызов тридцать семь тринадцать. Непонятное исчезновение в единственном клубе, где отсутствует видеонаблюдение. Я, кстати, так и не понял, почему его там нет.

– «Территория индивидуальности», – усмехнулся Карл.

– То есть? Это же снижает безопасность.

– Смотря что под нею понимать. Владелец играет в консерватора и обеспечивает приватность перекошенным коктейлями лицам посетителей. Снимать на коммуникаторы, кстати, тоже нельзя. Но, введя такое сложное правило, он взял в охранники Буцефала и лезет на стену от количества контента с тегом «закрытый глянец».

– Есть отчего расстраиваться?

– Нудятина. Но люди реагируют на «закрытый» и всё пытаются там хоть что-нибудь рассмотреть.

– Да, клуб очень популярный. И очень дорогой, – с сожалением вздохнул инспектор.

– Плата за риск, наверное.

– Может быть, – кивнул Мирор. – Но исходя из ситуации мы вынуждены опрашивать всех свидетелей и проводить целый комплекс специальных мероприятий.

– Мирор, у меня тоже нет видеонаблюдения. Вернёмся к сигналу. Чем он вас так возбудил?

Кворч внимательно посмотрел на Разуто, кивнул и налил себе ещё ликера.

– Он очень похож на предыдущие, и сейчас мы просто пытаемся работать на опережение. Подобные случаи на этой неделе уже заканчивались печально.

– Вы о чём? Что произошло?

– Я не могу точно объяснить. Это напоминает внезапное безумие, Карл, другие определения пока не приходят в голову. Но это уже три случая в области и один здесь, в северном районе.

– И в чём оно проявляется, это безумие?

– Симптомы пока точно не установлены. Очевидцы сообщают о странном поведении, нелогичной реакции на простые ситуации, неадекватности. То есть чётких симптомов нет. Привлечены специалисты-медики, но у них недостаточное количество информации. А в результате в области четыре трупа, а у нас двое пропавших.

– Стоп, стоп, а почему этого не было в новостях? У нас здесь, извините, не мегаполис, чтобы это прошло незамеченным.

– Всё проходит в рамках бытовых происшествий, мало похожих друг на друга. К тому же мы очень стараемся не афишировать происходящее.

– И для этого заключаете контракт с «Иллюзион-трактом»?

– Парадокс, – улыбнулся Мирор. – Я тоже слабо представляю, как это можно совмещать. Надеюсь, начальство и «Иллюзион» в курсе. Но это проблема завтрашнего дня. А сейчас нам необходима помощь со стороны медиакорпораций. И официально это очень длинный путь.

– Ну допустим… –

кивнул Разуто и плеснул в чашку ещё ликера. – И для этого вы организовали этот кофе-брейк? В шесть утра субботы?

– Не только. Нам ещё очень важна любая информация по Прогаличу.

– Его действительно связали?

– Некоторые видели его связанным. Есть плохого качества фотография, отправленная на наш сервер. На месте инцидента мы нашли пятна, похожие на кровь. Экспресс-анализ это подтвердил. Данных из лаборатории ещё нет.

– Какой-то бред… Может, студенты начудили?

– Может быть. Но все, кто с ним общался, отметили нервозность и… Карл, вы с ним долго беседовали. Он не показался вам… странным?

– Ну вот, опять и снова. Занзимир как раз считал, что это мир стал странным. Мирор, он показался мне полностью адекватным. У него какие-то непонятные проблемы в семье, потеря взаимопонимания или что-то в этом роде. И племянник-ушлёпок. Проверьте семью, чего-то они от него хотели. Таскались к нему по субботам, устраивали дебош. Может, не просто так. В остальном обычная беседа о том, что раньше груши были слаще.

– Странно, – покачал головой Кворч. – Вы единственный характеризуете его как адекватного. Остальные толком объяснить не могут, но каждый заметил что-нибудь необычное. С семьей работают. Они в шоке, но готовы оказать максимальное содействие.

– И тоже называют его неадекватным?

– Да нет. Скорее милым и очень забавным.

– Ещё бы, он рассказывал, как им бывает весело. Забавный, надо же! Мирор, рекомендую – потрясите хорошенько этих упырей. И начните с племянника. Это единственный совет, которой можно сделать на основе моей с ним беседы.

– Хорошо, Карл, попробуем. Теперь о нашей просьбе.

– Мирор, давайте не будем путать мой совет с просьбой даже в неофициальной обстановке, – усмехнулся Разуто. – Вам по-прежнему что-то от меня нужно, но только вам.

– Да, Карл, вы правы, всё именно так. Нам необходим доступ к контенту, который вы приобретаете. Не ко всему, – поднял руку Кворч, предвидя возражения Разуто. – Мы вместе определим теги и уровень доступа. Естественно, никакого копирования или распространения информации с нашей стороны. Нам достаточно вашего анализа и необходимы лишь координаты отправителя или хоть какие-то зацепки по месту действия происходящего. Чтобы успеть среагировать. В дальнейшем будет официальный запрос и всё, что полагается в таких случаях. То есть, по существу, мы просим скидку по времени.

– Да-а, – протянул Разуто.

В принципе инспектор Кворч прав – согласование такой процедуры накоротке невозможно. Медиакорпорации крепко держали всё, что попало к ним в руки, и местной полиции, конечно…

– Мирор, а вы действительно полицейский?

Мирор спокойно отставил кружку и достал коммуникатор. Нажав на экран несколько раз, он кивнул на коммуникатор Карла.

– Ясно, – посмотрел на экран Разуто. – Так с чего это безопасность занимается сельским безумием?

– Потому что не понимаем, Карл. Потому что пока просто не понимаем. Это всё, что я могу сообщить.