Ревизор
Шрифт:
— Бонапарт Виссарионович, будь ласков, сядь, — буркнул, не выдержав, Иван. — С мыслей сбиваешь.
Герой поспешил сесть обратно в кресло.
— У тебя есть мысли? Поделись.
— Мы их направим в нужную сторону, — Палыч закинул меч обратно в ножны, убрал оселок.
— Вас ничего не насторожило в рассказе Натки насчет тюрьмы?
— Абсолютно ничего, — безапелляционно сказал Варг. — Чистейшая туфта. Я так полагаю: этот Рваный подкинул дурачкам… как это в вашем Рамодановске-то говорят? Во, липу!
— На чем основан вывод? — Ивана занимал именно этот вопрос, а потому
— Двадцать тысяч заключенных. Заметь, не всего двадцать тысяч, а только за последний год. Бред! Откуда ордену набрать столько преступников? Лугония не Шуахр. Королевство маленькое. Если оно такими темпами свой народ семьдесят лет изводило, в Сакреме сейчас можно было бы орать «АУ-У-У!!!», и вряд ли тебя кто-нибудь, кроме нас, услышал.
— Твое мнение, Палыч?
— Полностью с ним согласен, — поддержал друга Палач.
— Ладно, поставим вопрос иначе. Даже два вопроса. За каким хреном этому Рваному подсовывать детишкам такую вот туфту с риском засыпаться? Расчет на то, что они полные кретины? А вдруг не полные? А вдруг сомнения возникнут, и они вопросы начнут задавать? Да сбавь ты цифры в двадцать, в сорок раз, ловушка все равно сработает, но зато правдоподобно, и никаких проблем со стороны детишек.
Палыч с Варгулом медленно переглянулись.
— Ты хочешь сказать, что этот Рваный… — пробормотал Варгул.
— Давай пофантазируем из предположения, что Рваный сунул детям не туфту.
— Шеф, двадцать тысяч человек! — воскликнул Палыч. — И это только за год. Ты представляешь, каких размеров должна быть тюрьма?
— Продуктов туда подгоняют лишь на десять тысяч, — деликатно намекнул Иван.
— Ну… может, их там держат впроголодь, — неуверенно сказал Палыч.
— Ты сам-то веришь в то, что говоришь? — взорвался герой. — Пусть туда даже из соседних королевств народец подгоняют…
— О! Это уже ближе! — поднял палец император.
— Да все равно идет сплошная чушь! Из года в год кормить такую прорву…
— А ты уверен, что там кормят всех? — спросил Иван. — Ты знаешь, в том мире, откуда я к вам прибыл, была одна очень неприятная организация под названием ГУЛАГ. Перемолола она миллионы. Четко работала система. И, что интересно, народу мозги вправили там так, что его убивали, а он при этом молчал в тряпочку и славил своего короля. А если кто и брюзжал, то делал это тихо. Так, чтобы, не дай бог, соседи не услышали и не настучали куда полагалось. Очень удобная для тиранов система. Всем инакомыслящим в руки кайло — и на урановые рудники либо на алмазные прииски. А буйных попросту в расход, — выразительно чиркнул себя ребром ладони по горлу юноша.
— Да… да… да за такое… — Варгул начал наливаться кровью, — …да за такое я Алчифера лично, сам, в клочки порву.
— Успокойся. До местного королька мы еще доберемся, — поднял руку юноша. — И не забывай, что это пока лишь предположение. Кстати, в моей Ванденсии, случаем, не так же обстоят дела?
— У нас, шеф, без разбору не хватают! — возмутился Варг. — С ворами, мразью всякой поступаем круто, им у нас жизни нет, а остальные, коль по совести живут…
—
Понял, успокойся. Здесь, кстати, тоже еще не все потеряно. Когда мы Натку сдернули с костра и вскрыли нехорошие делишки ордена, народ откликнулся с душой. Помнишь, с каким энтузиазмом они погнали ее судей?— Орден нам за это будет очень благодарен, — хмыкнул Варгул.
— А я все жду, когда же он начнет благодарить? — погладил рукоять меча Палач.
— Открыто долгополые на миссию не наедут, — успокоил их Иван. — Мы здесь уже шороху навели, народ о нас знает, и нашу смерть замаскировать будет очень трудно.
— Это верно, — вынужден был согласиться Варг. — Государство маленькое, и, если что не так, за своего Владыку Леса поднимутся все кланы. Они, пожалуй, даже без Империи все это королевство в порошок сотрут. Ты у ушастых в фаворе.
— Есть и еще одно соображение, — задумчиво сказал Иван. — Варг, если верить твоим словам, в Ванденсии преступность ликвидирована.
— Под корень, император, — уверенно сказал герой.
— А здесь, уверен, нет. Нас ведь тут конкретно ждали. И ловушку по всем правилам оформили через местный криминал, который наверняка плавно влился в государственные структуры. На тайную стражу подрабатывает либо непосредственно на орден. Он здесь все под себя давно уже подмял. Этот Миша Меченый и его команда — типичные отморозки. От них гнильем тянет за версту.
— Как ты здорово по полкам все расставил, — восхитился Варг. — И какой вывод?
— Надо посетить подполье.
— Так его ж сегодня ликвидировали, — опешил Палач.
— Карманное подполье ликвидировали. А настоящее где-то сидит тихо, как мышка, и пытается что-то предпринять.
— С чего ты взял, шеф? — удивился герой.
— Интуиция. Иначе эту казнь… Ребя-а-ата, как все просто! — всплеснул руками юноша и плюхнулся с размаху на диван. — Где была моя голова?
— Что?
— Что, шеф?
— Вы слышали, что Натка нам сказала про совет теней?
— Ну?
— Где вы видели, чтоб высший чин государства встречался тайно с кем-то там не дома и не в магистрате, а где-то у черта на куличках… Ребята, совет теней и есть настоящее подполье! Заговорщики, недовольные нынешним режимом. Вот с ними нам и надобно потолковать.
— А потом? — спросил Варгул.
— Суп с котом. Потом по обстановке. Уточним позиции и, если сразу друг другу глотки не порвем, займемся королем и этой подозрительной тюрьмой.
— Налет устроим? — деловито спросил Палыч.
— Прежде чем такие планы строить, надо сначала информацией разжиться. Ждем разведку, а потом будем думать.
Первым появился господин де Брасье, он же оборотень Веня.
— Главное разнюхал, шеф, — с ходу сообщил он Ивану. — Про эту тюрьму тут все наслышаны и боятся ее как огня. От меня как от чумного отшатывались, когда я расспрашивать начинал. Но кое-что все же узнал. Если верхом туда скакать, то за полдня можно добраться. От столицы в Осфард ведет всего одна дорога, но по этому тракту, кроме тюремных карет, никто не ездит. Проклятое место, все боятся. Ну что, шеф, сгонять? Если хорошо лапами поработать, до ночи увернусь.