Репродуктор
Шрифт:
Аля выглянула первой и увидела толпу людей в левой от их кабинета части коридора. Что происходит в правой, она поняла не сразу, как не сразу поняла, что за коричневое пятно с грохотом укатывается прочь.
Это был медведь. Он бежал на задних лапах, смешно виляя задом. Аля подумала, что ему, наверное, очень неудобно, и удивилась, что он не прыгает на всех четырех. Следом за медведем неслись двое: какой-то мужик в клетчатой рубашке и, похоже, один из охранников «Позывного» — на нем была форменная куртка. Охранник размахивал резиновой дубинкой, а незнакомый мужик
Медведь уже почти добежал до поворота, за которым лестница уводила в буфет, когда с той стороны громыхнуло. Звук был такой, словно повара одновременно саданули крышками по самым большим своим кастрюлям, а потом швырнули их в стену. В этот момент мимо Алиной двери протопала компания еще из трех охранников. Один из них даже зацепил Алю плечом, равнодушно зыркнул на нее из-под козырька бейсболки и, чавкнув что-то неразборчивое, двинулся дальше.
— Носится тут еще, — говорил первый загонщик, — его в том крыле все равно встретят. Дергаются чего-то…
Не то увидев этих самых встречающих, не то испугавшись грохота, медведь резко затормозил. Его туша колыхнулась и чуть не рухнула назад, но зверь схватился когтями правой лапы за стену и устоял.
Подбежавшие охранники одновременно загугукали. Они стали размахивать дубинками, а у клетчатого мужика в руках уже оказалась сеть. Медведь испуганно оглянулся, неуверенно махнул лапой, как отмахиваются от привязавшейся мухи, и попятился в угол. В него снова выстрелили, а потом стали бросать не то какие-то белые шарики, не то клочки ваты, которые загонщики доставали из карманов. Медведь пытался от них уклоняться, но это у него не получалось. И тогда он закричал.
Аля вздрогнула и попятилась обратно. Медведь не рычал и не хрипел басом, он визжал неожиданно сдавленным фальцетом. Сначала непрерывно на одной ноте, а затем стал сбиваться на всхлипы и кашель.
Еще раз выглянув, Аля увидела, что загонщики повалили медведя, чем-то ткнули его в шею и быстро опутывают сетью тушу. Медведь немного посучил лапами, но движения его становились все более медленными, а всхлипы тихими. Напоследок медведь попробовал что-то выкрикнуть, но ему уже стянули пасть веревкой.
Аля снова нырнула в кабинет.
— Видела? — заговорщицким шепотом спросила Лиза. Аля потрясенно кивнула.
— Я не думала, что все так открыто будет, — продолжила шептать Лиза. — Мне Влад вчера сказал, что медведя после той истории возьмут, но я думала, это тихо пройдет.
— Какой истории? — тоже шепотом спросила Аля.
— Потом расскажу.
В коридоре что-то брякнулось и, судя по звуку, разлетелось на мелкие кусочки. Послышался топот многих ног и сопение, очевидно, охотники собирали трофеи.
В кабинет заглянул мужик в клетчатой рубашке, который стрелял по медведю из пистолета, — усатый круглолицый колобок около сорока пяти.
— Здравствуйте, девушки, — сказал он, вытирая со лба пот носовым платком.
Аля и Лиза растерянно поздоровались.
— У вас телефончик найдется? — спросил колобок и, не дожидаясь ответа, прошел к столу. Схватил трубку, нажал несколько кнопок и стал напряженно
вслушиваться в гудки. — Юра! — радостно крикнул он наконец. — Да, все в порядке. Передай Станиславу Павловичу, чтоб присылали машину. Да, двоих будет достаточно.В этот момент мимо дверей несколько человек протащили медведя. Тот лежал на спине, откинув назад лапы, будто сдавался. Было совершенно невозможно поверить, что медведь живой, он гораздо больше походил на чучело: обмякший и какой-то даже скучный. Мужики, тащившие тушу, тихо матерились, пытаясь ухватиться за сеть и веревки поудобнее.
Клетчатый оглянулся на эту процессию и снова перевел взгляд на девушек.
— Вот когда их так берешь, они тихие-тихие, — мечтательно сказал он, теребя рыжий ус. Улыбнулся Але, подмигнул и вышел, однако тут же снова нарисовался в дверном проеме:
— Забыл представиться, меня зовут Александр Евгеньевич.
Колобок приподнял край несуществующей шляпы, и снова заулыбался так быстро, что казалось, будто никак не может прожевать большой кусок мяса и поэтому вынужден бесконечно двигать челюстями.
— А зачем вы его ловили? — спросила Аля, опасливо поглядывая в сторону коридора.
— Ты что! — возмутилась Лиза. — Медведь же теперь в нацприоритете!
— И что?
— И то… — сказала Лиза и почему-то запнулась на полуслове.
— Заступиться за родной Старостат, — пришел ей на помощь Александр Евгеньевич, продолжая жевать свое мясо, — не только патриотично, но и выгодно.
И тоненько захихикал, слегка запрокинув голову. Аля смотрела на него с удивлением.
— Девушки, — вдруг сказал колобок, резко подавив приступ веселья, — у вас ведь телефончик еще раз можно попользовать? Чудно. Старому солдату надо звякнуть своим боевым соратникам.
Он минуты три болтал в трубку про какие-то «разнакопления», то и дело выкрикивая: «В яблочко!» Наконец, шутовски поклонившись, вышел в коридор, и дверь за ним захлопнулась.
— А ты не участвуешь в конкурсе? — спросила Лиза, достав из стола салфетку и протирая трубку после клетчатого.
Аля возилась с чайником: хотела подогреть воду, но кнопка при нажатии не вдавливалась, а только западала, и ее снова приходилось выковыривать ногтем.
— Ты про тот, который на прошлой неделе объявили? — спросила она, тряхнув чайник и стукнув по его крышке. — Неа. А ты?
Лиза хмыкнула.
— Я написала сценарий серии передач. Про Урал. Про Бажова там, про Беловодье. Слышала когда-нибудь?
— Неа, — сказала Аля, все-таки доковыряв кнопку. — Ну про Урал-то слышала.
— Вот, — с удовлетворением заметила Лиза, — и я про то же. Короче, это будет авторский такой проект, просветительский, про то, что мы забыли Урал, а это неправильно. «Федерация вчера-завтра» называется. Пару дней назад закончила. И еще… Если будешь писать, то не пиши на имя Старосты. Мне брат сказал, надо на имя Леонида Дорофеева — помощника по молодежке.
— Надо бы записать, — Аля рассеянно рассматривала кружку со сколотым краем, обнаруженную в шкафу: если помыть, может быть, даже и ничего.