Чтение онлайн

Лорд Роже Клавель принял меня радушно. Он выглядел типичным ангелийцем, однако слишком долго и сытно жил при дворе калифа, отчего немного располнел. Со спесивостью царедворца он быстро отделался от Микуэта, за что я мысленно его поблагодарила. Делоне настоял, чтобы я назубок затвердила стратегию этой встречи, но все равно не хотелось отвлекаться на посторонние дела.

— Федра но Делоне, — церемонно произнес Клавель, подпустив в голос нотки вожделения. — Был бы признателен, если бы ты надела эти вещи. — Он щелчком подозвал слугу, который тут же поднес гаремные одежды из легкого муслина. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться: сценарий словно из пособия Двора Ночи — типичная фантазия паши. Я ожидала большего от человека, пресыщенного обитательницами двора Хеббель-им-Аккада.

Но раз уж стало ясно, чего от меня ждут, оставалось только покорно взять полупрозрачные одеяния. Роже скрылся, а меня проводили в спальню, обставленную в подлинно аккадианском стиле. Там было очень мило: на стенах роскошные шелковые гобелены с изысканными геометрическими узорами, а на полу расшитые подушки с золотой каймой. Я опустилась на одну из них на колени, готовая смиренно ждать сколь угодно долго. Первый выученный мною урок до сих пор оставался одним из самых полезных. Какое-то время спустя в комнату вошел Роже Клавель, массивный и великолепный в наряде паши. Я еле удержалась от смеха при виде подрагивающих щек под роскошным тюрбаном и гибко наклонилась, чтобы облобызать загнутые вверх носы сафьяновых туфель.

В Хеббель-им-Аккаде хорошо стерегут своих женщин, и я получила подтверждение этому слуху, заметив отчаянный страстный голод в приблизившемся мужчине. Лорду Клавелю, очевидно, был заказан доступ в гаремы, что выводило его из себя. Как только я это поняла, мы с ним отлично поладили. Пусть обитательницы гаремов и оставались для дипломата под запретом, у него хватило золота, чтобы купить удовольствие со мной. Не сомневайтесь, приобретенные за границей экзотические желания не замедлили проявиться. Роже достал арапник с позолоченной рукояткой и до безумия возбудился, хлеща меня по ягодицам и гоняясь за мной по подушкам. Он тяжело дышал, видя как множатся тонкие красные следы от ударов. Услышав его стон, я перестала убегать и приласкала его ртом: услужливо встала на колени, разобралась с завязками обширных шаровар и глубоко заглотила его достоинство, выдаивая до капли. Я думала, этим все и кончится, но Клавель немало удивил меня, когда, едва переведя дух после первого излияния, решительно опрокинул меня на спину, задрал мои ноги вверх и принялся воздавать почтение Наамах с напором, должно быть, скопившимся за два года воздержания.

Его же удивило, что я вместе с ним достигла вершины наслаждения, после чего он стал весьма обходителен, и это опять меня рассмешило.

— Вы же заплатили за

ангуиссетту

, милорд, — пытаясь сдержать смех, прошептала я. — Не рады, что получили купленное?

— Нет! — воскликнул он, вытаращив глаза, и погладил меня по голове. — Нет, яйца Элуа, конечно же, нет! Я просто думал, что

ангуиссетты

— это миф.

— О, я совсем не миф, — сказала я, укладываясь рядом с ним и глядя вверх, чтобы он получше разглядел красную точку в моем глазу. — Значит, в Хеббель-им-Аккаде нет

ангуиссетт

? Мне говорили, что это суровый край и там любят жестокие игры.

— Стрела Кушиэля не срывается с тетивы там, где не ступала нога Элуа и его Спутников, — пояснил Роже, лаская мою грудь через тонкий муслин. — Да, это действительно жестокий край, и я весьма рад немного от него отдохнуть. — На лицо дипломата легла тень. — «

Сбирает там с жужжаньем мед

, — приятным меланхоличным голосом процитировал он столь памятный мне «Плач изгнанницы», —

пчела в лаванде синей

»… Никогда не понимал глубины этой тоски, пока сам не оказался на чужбине.

Дело шло легче, чем я надеялась. Я улыбнулась, отодвинулась от Клавеля, села на пятки и принялась пальцами расчесывать волосы, заставляя их соблазнительно струиться по телу.

— Значит, это так со всеми ангелийцами? Даже сам герцог л’Анвер тоскует по дому?

— О, милорд герцог, — выдохнул Роже, пожирая меня голодным взглядом. — Он ведь потомок Элуа и, думаю, процветал бы где угодно. Калиф дал ему земли, лошадей и людей, но да, даже герцог скучает по благословенной

почве Земли Ангелов. Тому было ясное подтверждение, когда до нас дошли вести о падении Дома Тревальонов. Герцог собирается вернуться домой, как только его дочь выйдет замуж, и уходит со своего поста. Я привез королю его прошение об отставке.

Руки замерли, но я заставила себя вернуться к прическе: собрала волосы в свободный узел и заколола аккадианской шпилькой.

— Так дочь герцога выходит замуж?

— Да, за сына и наследника калифа. — Лорд Клавель потянулся ко мне, вытащил заколку и погрузил руки в массу моих волос. — Повтори… повтори еще разок то, с чего начинала, — приказал он, надавливая мне на голову. — Только постарайся подольше продлить удовольствие.

Я повиновалась со всем усердием, хотя Клавель был не тем гостем, кого бы я избрала, поскольку в нем не горела даже искорка огня Кушиэля — просто сильное неудовлетворение его порядком припекало. Но это не имело значения и осталось невысказанным. Делоне хотел, чтобы я завела эту связь, да и грубость по отношению к гостю не приносит денег на туар. И я ничего не имела против. После долгих лет в учении у Сесиль Лаво-Перрин мне было в удовольствие найти применение ее урокам. Я родилась

ангуиссеттой

и, значит, не могу ставить этот дар себе в заслугу, но прочие умения, не уступающие искусству лучших посвященных Первого из Тринадцати Домов, я постигла своими силами и потому по праву ими гордилась.

— Ах, Федра, — простонал Роже Клавель, когда я с ним закончила. Он растянулся на подушках, разбросав пухлые ноги и руки, отяжелевшие от неги. С виду уязвимый и даже довольно милый, вельможа с неприкрытым обожанием глядел на меня, пока я переодевалась в свое платье. — Федра но Делоне, ты самое прекрасное создание из всех, кого я видел. — Я улыбнулась, оставив комплимент без ответа, и изящно встала на колени, чтобы помочь любовнику надеть халат. — Если… Федра, если прошение герцога л’Анвера будет удовлетворено и я сумею вернуться вместе с ним, могу ли я надеяться на еще одно свидание с тобой?

Даже получив мое согласие, Делоне некоторое время выждал, прежде чем принять предложение лорда Клавеля — предвидя именно такой поворот. Я с печальным видом села.

— Милорд, это решать не мне. Мой покровитель, лорд Делоне, отбирает моих поклонников почти исключительно из представителей Великих Домов. Вам ведь меня порекомендовал кто-то из них?

— Это был… — Роже так обеспокоился моими словами, что изменился в лице. Я ждала, осмелится ли он назвать Хильдерика д’Эссо, но имя так и не прозвучало. — Тебя мне рекомендовал один высокопоставленный придворный. Федра, я очень богат и получу немалый земельный надел, если нам позволят вернуться. Король несомненно изъявит благодарность, поскольку герцог много сделал для развития отношений Земли Ангелов с калифом.

«Да, — подумала я, — герцог успешно сосватал свою дочь за наследника калифа, что, конечно же, сильно сблизит Дом Анверов с Хеббель-им-Аккадом». Но я не стала этого говорить, а пробормотала:

— Есть одно дело по части развития отношений, исполнителю которого милорд Делоне будет очень благодарен.

— Что за дело? — лорд Клавель пылко сжал мои ладони. — Если это в моей власти, я готов за него взяться.

— Существует… застарелая вражда… между моим покровителем и герцогом, — произнесла я, поднимая голову, чтобы смотреть дипломату в глаза. — Наверное, о той ссоре нелегко позабыть, но милорд Делоне будет очень признателен тому, кто возьмет на себя труд передать герцогу, что его давний обидчик хотел бы заключить мир между Домами.

— Но Делоне — не благородный Дом, — задумчиво усмехнулся Роже. Я мысленно сделала себе зарубку, что обожание обожанием, но дураком он отнюдь не был. — Анафиэль Делоне… неважно. — Я молча склонила голову, и Клавель потянулся, чтобы приподнять мой подбородок. — Так твой покровитель готов дать слово?

— Для милорда Делоне честь превыше всего, — правдиво ответила я. — Он не стал бы говорить о мире, замышляя что-то дурное.

Роже какое-то время мысленно поспорил с собой, не сводя с меня прищуренного взгляда, затем кивнул.