Разведка боем
Шрифт:
Алексея такая игра тоже захватила. Слишком она отвечала его собственной склонности. Что за интерес, если партнерша торопливо, как в бане, раздевается и ныряет под одеяло с заранее обдуманным намерением.
Когда он, преодолевая сопротивление, сумел наконец сдвинуть вверх узкую, даже, кажется, лопнувшую при этом по шву юбку и начал на ощупь искать застежки пояса, Сильвия вдруг оттолкнула его, откинулась на спинку дивана, царственным (каким аристократки былых времен подавали для поцелуя руку) движением протянула Алексею стройную, прекрасного рисунка и невероятно длинную ногу. Вновь придя в себя,
Женская одежда с тех пор значительно усовершенствовалась, и прежних затруднений Берестин не испытывал, однако Сильвия еще раз изобразила отчаянную попытку «сохранить целомудрие». И лишь когда физические и моральные силы, а главное, воля к сопротивлению оставили ее, несчастная женщина, зажмурив глаза и очень натурально дрожа и всхлипывая, позволила освободить себя от последней, пусть и символической, защиты.
— А кого из нас ты хочешь? — спросила вдруг Сильвия ясным голосом, когда они, наконец, лежали рядом, и его ладонь плавно скользила вдоль ее тела от груди к крутому изгибу бедра.
Берестин сквозь зубы выругался. Это она вспомнила их прошлое свидание, когда, зная о его так и не избытой тоске по Ирине, отдавшей предпочтение другому, Сильвия каким-то непостижимым образом сумела внушить Алексею, что она и есть та самая Ирина. И он любил ее со всей копившейся весь бесконечный год страстью и понял, что ошибся, лишь когда все кончилось и аггрианка сняла свое наваждение.
Трудно передать чувство, испытанное им в тот момент, но Сильвия объяснила, что провела всего лишь сеанс психотерапии и теперь он свободен от мучительного комплекса.
Самое смешное — она оказалась права, и с тех пор Алексей смотрел на свою бывшую любовь спокойно, и не сжималось у него сердце от тоски и зависти, когда вдруг доводилось увидеть Новикова, выходящего утром из ее каюты.
— Ну уж нет, — прошептал он. — То — дело прошлое. Теперь я хочу узнать, что ты собой представляешь «о натюрель»…
В своем выборе он не ошибся. Сильвия в естественном виде оказалась гораздо темпераментнее и изощреннее Ирины. Берестин испытал ощущения, которых ему не доводилось переживать за все свои двадцать лет общения с женщинами, хоть было их у него достаточно. И опытных, и не очень.
Но только вот еще какую он понял разницу: Ирину он любил, а с Сильвией — занимался любовью.
Потом она, смахнув пот со лба и поправив растрепанные волосы, села, подоткнув под спину пышную подушку и накинув на бедра край простыни.
Алексей, лежа на спине, курил, приходя в себя после чересчур бурного апофеоза страсти.
— Ну, а как ваш Антон объяснил вам необходимость моего пленения? — спросила вдруг Сильвия совершенно спокойным и деловым голосом.
— Для тебя это важно теперь, когда все давно в прошлом?
— В прошлом ли? Ты так в этом уверен?
Он смотрел на ее лицо снизу вверх, и оно показалось ему сухим и жестким,
как у командира подводной лодки в момент торпедной атаки.И это же вдруг внушило ему непонятную надежду. Неизвестно на что.
— А если уточнить?
— Уточнять пока нечего. Есть только сомнения и определенные мысли по этому поводу. Слишком странны поступки вашего друга Антона…
Здесь он не мог с ней не согласиться.
— Тогда что ты можешь предложить?
— Пока — только одно. Давай заключим союз.
— Союз? Зачем и против кого?
Сильвия рассмеялась, непринужденно и весело.
— Русский есть русский. Не против, совсем не против. Для достижения общих целей. Я проиграла все, вы — не берусь утверждать, но, похоже, тоже немало. Давай вместе и разбираться. Почему именно тебе я делаю предложение? Так это очевидно. У вас все — с кем-то. Ирина с Новиковым, Воронцов с Наташей, Левашов с Ларисой. Андрей, Олег и Сашка старые друзья, Дмитрий и Олег тоже друзья и сослуживцы, только ты — сам по себе…
Анализ Сильвии показался Берестину интересным и убедительным. Она совершенно права, только он, один из всех — сам по себе.
— Так что из этого?
— Можно сказать, что и ничего особенного, а можно… — Сильвия опустилась ниже, вытянулась на постели, придвинулась так, чтобы коснуться Алексея животом и бедрами.
— Давай мы тоже будем вдвоем против известных и неизвестных опасностей и проблем. Будем друзьями…
— Товарищами в борьбе, — по неистребимой склонности иронизировать, добавил Алексей.
— Если угодно, — не поняла или не приняла иронии Сильвия. Погладила его ладонью по щеке, опираясь на локоть, качнула перед глазами упругими, как теннисные мячи, полусферами груди.
— А ты как думаешь, мужчина и женщина, особенно после того, что уже было, могут оставаться друзьями?
— Почему же и нет? — искренне удивилась Сильвия. — Для дружбы главное — общность взглядов и интересов. А если к тому же еще имеется возможность подарить друг другу наслаждение… Разве это может помешать? Мне кажется — напротив…
— Да, интересная точка зрения, — только и смог ответить на это Берестин. А Сильвия, ловя губами его губы, тут же попыталась подтвердить правильность своих слов практическими действиями.
Алексей нашел в себе силы отстраниться.
— Постой-ка, друг, товарищ и брат… Успеется. С Сашкой как ты намерена разобраться?
Сильвия снова села, резко оттолкнувшись от его плеча.
— Ты что, сцены ревности собираешься устраивать? Не рановато ли?
— Какая ревность, о чем ты, красавица? У нас же дружба, ты забыла! Мне просто хочется уточнить вопросы протокола…
— Тогда это целиком мои проблемы. Для наших… деловых встреч всегда найдется и место и время.
— Чудесно. При таком раскладе мне нечего возразить. Осталось только спросить — как, по твоему мнению, Антон действительно вытолкнул нас сюда, чтобы мы спокойно жили в подаренной нам Реальности, или?..
— Хотела бы ответить иначе, но кажется, что или… Не те существа твои друзья форзейли, чтобы закончить столь банально. И вообще у меня крепнет подозрение, что все происходящее имеет совсем другой смысл и значение. Не было уничтожения моей Реальности и моей цивилизации. Случилось нечто другое…