Разорванная Земля
Шрифт:
Практически мгновенно, по причине нарушения CP-симметрии, почти все антикварки аннигилировались. Зато из различных комбинаций оставшихся частиц сформировались более тяжёлые — мезоны и барионы. Данный процесс получил название адронизации.
Фактически, линии Фрагментации, прочертившие себе путь по всей Земле, состояли из того же самого первичного супа, существовавшего в начале времён. Первичные частицы были вновь разделены, существуя независимо друг от друга. Глюоны перестали склеивать их, напротив, образуя поле, отталкивающее от себя материю с кинетической энергией. Другими словами, камень, лежавший вдоль линии, мог спокойно пребывать на своём месте, но брошенный
Так как же они создали прокол? Подобное ещё недавно казалось сказкой даже для ведущих специалистов ВНИИ. Волшебный металл, о котором год назад ему говорил Павлуша, вроде бы стабилизировал цифровой сигнал в проводнике, но как это может помочь с проколом? Видимо, каким-то образом аридиум отменяет распад при помощи обратного поля. Единственные разработки в этом направлении, которые велись в Атомграде-49, были связаны с загадочной Сферой Римана, точнее с её функцией Разрывателя. Скорее всего, за тот год, что Борис отсутствовал, скрываясь по лакунам, произошёл некий скачок научной мысли, который позволил местным добиться такого впечатляющего результата. И в таком случае, становится понятно, зачем сюда прибыли все эти грузовики Центра-0, и почему Барон не отпускает своих рабов из шахт.
— Ладно, хватит об этом, — пробормотал Борис, негодуя на себя. — Ещё будет время поразмышлять.
И в самом деле, ему уже пора было возвращаться. Судя по зареву, прорывающемуся сквозь перламутровую дымку, быстро начинало вечереть. Покинув здание, он всё ещё продолжал размышлять о странных прожекторах, аридиуме и основах хромодинамики, пытаясь из множества разрозненных фактов уложить в голове целостную картину. Именно поэтому он немного расслабился и пропустил мимо ушей подозрительный шум. А через мгновение всё закончилось: удар металлической трубой по голове отправил его в темноту. Пара человек подхватили обмякшее тело Бориса за руки и ноги и потащили его в неизвестном направлении.
***
Он нёс младшего брата на уставших плечах, следуя по бесконечным извилистым коридорам. На стенах, по обе стороны от него, висели десятки фотографий в дешёвых пластиковых рамках. Они изображали предметы и сцены из прошлой жизни, когда никто на Земле ничего не знал о грядущем апокалипсисе. Центральный коллайдер, пульт управления, ведущие специалисты, выезды на пикники и празднование Нового Года в актовом зале ВНИИ. Чёртовы призраки прошлого, подумал Акудник. Где вы все были, когда Красный Протокол дал сбой? Корчились в глюоонной пене? И поделом вам.
Борис почувствовал, как внутри него накапливается и концентрируется злость. Недавний шок, вызванный страхом утратить Шона, теперь, когда тот находился в безопасности, вцепившись в его шею своими ручонками и сонно посапывая на ходу, прошёл, но накопленная фрустрация требовала своего выхода. Гнев идеально подходил для этой цели. Главное, это отыскать подходящий объект, на который можно было бы излить его.
Войдя в лабораторию, Борис запоздало удивился отсутствию других сотрудников. Даже охранник куда-то пропал. Подойдя к своему столу, он увидел чашку недопитого кофе, пробежался мимолётным взглядом по столу Елизаветы, на котором всегда был идеальный порядок.
— Где же все? — пробормотал он, а затем внезапно сообразил.
Ну конечно.
Бункер под институтом. Директива безопасности велела сотрудникам сразу же направляться туда в случае неожиданного проникновения врага. Хотя Борис не помнил, чтобы когда-нибудь на его памяти они следовали этой директиве, а проработал он в лаборатории, дай-боже, уже три года, начиная со второго курса местного физмата. Поначалу на полставки, а теперь, будучи на пятом курсе, на полную. Деньги, подумал он, никогда не бывают лишними. Особенно в ситуации, когда отец по рассеянности забывает заранее отложить на продукты и тратит все накопления на резонаторы глюонного поля для их лаборатории.— Так, погодите, а что же со Сферой? — переполошился Борис, внезапно вспомнив о главном предмете научных изысканий своего отца.
Бросившись по соединительному коридору к зоне А1, он замер, лишь оказавшись у пластиковой перегородки. Ну конечно. Вот и он. Отец, как всегда, занят своими собственными важными делами, пока его сыновья возможно лежат мёртвые где-то неподалёку.
— Лев Вениаминович? — в голосе молодого человека прозвучал гнев. Наконец-то он мог его выплеснуть. — Вот вы где. А я вас ищу.
Невысокий пожилой мужчина с измождённым лицом выпрямился, отрываясь от своего занятия.
— Борис? Это ты? Как там Шон? С ним всё в порядке?
Не сразу, только через секунду, он увидел младшего, вцепившегося в шею старшего.
— Ты нашёл его, — с облегчением выдохнул профессор. — Это хорошо.
— Хорошо? — холодно спросил юноша. — Это всё, что ты можешь сказать мне?
— Ты о чём?
— Забудь, — ответил лаборант и повернулся, чтобы уйти. Он наконец решил для себя, что отныне не сможет больше работать с отцом. Никогда.
— Куда ты собрался? — непонимающе спросил Акудник-старший.
— Отнесу Шона домой, — сухо ответил Борис. — Пусть отдохнет, у него сегодня был тяжёлый день. А потом, когда всё уляжется, отведу его в госпиталь. Пусть педиатр проверит его.
— Но ты не можешь, — крикнул в спину отец. — Да стой же, дурак. Всё изменилось.
Борис остановился.
— Изменилось? Что ты хочешь этим сказать?
— А ты всё ещё не понял? Мутанты пришли за ней и сделают всё возможное, чтобы забрать.
Борис нахмурился.
— Ты о чём? Кого забрать?
— Да Сферу Римана, конечно, — взорвался отец. — Не тупи, Боря.
— Зачем она им? Они и без неё могут проходить сквозь поля.
— Так, хватит задавать глупые вопросы. У нас осталось мало времени. Сейчас просто выслушай меня и сделай всё так, как я скажу.
Борис кивнул, давая отцу последний шанс высказаться, и тот им воспользовался.
— Послушай, всё, что ты и другие сотрудники с начальным уровнем допуска знаете о Сфере, лишь малая часть правды. Для начала её отыскали не мы, я имею в виду, не скауты ССВЛ. Сразу после Второй Волны эти существа обнаружили её внутри Московской Аннулированной Зоны. Мы называем их мутантами Фрагментации, но это не совсем корректно…
— Почему?
— Потому что группа Зиверга отличается от других Искажённых, которые обычно попросту не замечают нас. Они также могут проникать сквозь поля, но проявляют удивительный интерес к нам, людям. В основном, враждебный. Однако они способны взаимодействовать с нами, чего не замечено у остальных видов. Поэтому более правильно называть их душманами, как их окрестили военные Центра-0.
Борис застыл, с некоторым удивлением обдумывая слова отца. Прежде он полагал, что между этими существами нет особой разницы. Похоже, он ошибался.