Чтение онлайн

Память предыдущего владельца возвращалась небольшими кусками, но даже полученной информации хватало, чтобы составить примерную картинку этого мира.

Магия здесь существует наравне с технологиями, только последние почему-то часто отказываются работать. Ещё здесь независимые княжества, которые соперничают между собой и в то же время выступают единым фронтом против внешней угрозы. Ещё здесь была война магов с Востока и магов с Запада, что-то похожее на татаро-монгольское нашествие. Чтобы победить армии варваров, применили запрещённую магию, которая привела к образованию разломов между мирами, и этот лес граничит как раз с одним из них. Находиться здесь очень опасно даже с защитными артефактами и сильным магам, поэтому первым делом нужно попробовать покинуть этот лес и как можно быстрее. Вокруг леса должны стоять сторожевые посты, но их нетрудно обнаружить и обойти. Попадаться охранникам леса не стоит, они запросто могут пристрелить или даже сжечь живьём, чтобы избежать

проникновения различных тёмных сущностей. Это пока всё, что удалось вспомнить, ни как меня зовут, ни как меня звали в том мире, ничего из этого я не помнил, но надеялся, что смогу вспомнить в будущем. Осмотр места вокруг моей лёжки ничего не дал, никаких следов прошедших здесь людей я не нашёл. Пока занимался поисками, проснулся голод, и я отправился к месту, где оставил тушу оленя. На том месте не осталось никаких следов от неё, зато были следы драки в виде клочков шерсти и капель крови. Пока я спал, здесь развернулась серьёзная баталия за останки оленя. Оставаться здесь надолго не следовало, поэтому я сразу же развернулся обратно и вернулся к ручью. По дороге я чуть отклонился от предыдущего маршрута и набрёл на дикий щавель, который рос неподалёку от ручья. Им я смог немного утолить голод и, вернувшись к ручью, напился, после чего занялся стиркой одежды. После нескольких повторных процедур, одежда обрела выцветшие краски и очистилась от грязи. Посмотрев на солнце, я прикинул, что уже прошло достаточно много времени, и мне нужно готовиться к ночёвке в лесу или постараться выбраться из леса. Сушить одежду я не стал, натянув мокрую, и принял решение идти вдоль ручья, так как в этом случае я смогу вернуться обратно, если не найду выход, но почему-то я был уверен, что ручей выведет меня отсюда. Прибрав за собой и засыпав место своей лёжки, осторожно пошёл вдоль текущего потока воды. Это направление как раз совпадало с тем, откуда пришли охотники, а значит, выход должен располагаться в той стороне.

Идти было довольно сложно, так как ходить по лесу тихо я не умею, хотя очень старался не оставлять следов и двигаться очень осторожно. Память подкидывала мне некоторые подсказки, но тут, похоже, нужен опыт, а не только знания. Так я шёл очень долго, около двух часов, и даже одежда на мне практически полностью высохла, а ручей превратился в небольшую речушку, которую перепрыгнуть будет непросто. Зато в нём появилась рыба, на которую я пробовал охотиться, но ничего не получалось, а есть мне очень хотелось. Попытка есть листья малины сильно не помогла, а от крапивы я отказался сам, хорошенько обжёгшись свежей кожей.

Вдоль ручья шла утоптанная тропинка, и было видно, что ей пользовались регулярно, а это наводило на мысль о близости дозорного поста, на котором меня ничего хорошего не ждёт. Продвигаться вперёд я стал очень осторожно, периодически останавливаясь и прислушиваясь, но сильно задерживаться не стоило, так как в любой момент могут вернуться ушедшие в лес охотники, и я буду зажат между ними и дозорным постом. Помимо этого, ужасно хотелось есть, и это очень сильно отвлекало. В какой-то момент, я почувствовал запах жареного мяса, и мой рот тут же наполнился слюной, а в желудке утробно заурчало. Похоже, впереди стоит дозорный пост, и теперь нужно его пройти, а как это сделать незаметно, я не знаю. Уже подходя к заставе, с меня внезапно спала какая-то пелена, и думать стало легче, да и сил как будто прибавилось. Мне пришлось даже остановиться, чтобы осознать произошедшие вокруг изменения. Создавалось ощущение, что я пересёк какую-то черту, поэтому я вернулся по своим следам обратно, и действительно, пройдя невидимую черту, на меня навалилась необъяснимая тяжесть, настроение сразу ухудшилось, а голова начала болеть, отчего мысли стали путаться. Но, как только я сделал два шага назад, все неприятные ощущения исчезли.

Сойдя с тропинки, я пошёл параллельно, продвигаясь вперёд очень осторожно, поэтому удалось подобраться к поляне незаметно. В обе стороны от меня шла широкая просека, вырубленная очень давно и периодически очищаемая от новой растительности. В сотне метрах от меня располагался небольшой хутор, огороженный высоким частоколом и имевшим две невысокие башенки, расположенные с двух сторон и смотрящие в сторону просеки. На них несли дежурства люди в шлемах и странного вида доспехах, а в руках у них было что-то похожее на арбалеты. Посмотрев вправо, увидел вдалеке ещё один хутор, окружённый частоколом и имеющий башни. Значит, пройти незамеченным мне здесь не удастся, поэтому нужно попробовать пройти по речушке. Приняв решение, я углубился в лес и осторожно обошёл заставу, выйдя к речке. В этом месте она уже была достаточно глубокая, глубиной около метра, а в центре и поболее, но протекала она рядом с частоколом и соответственно, рядом с часовым. Долго засиживаться мне здесь нельзя, если вернутся охотники, то они быстро выследят меня, поэтому нужно пробовать сейчас и здесь.

Поднявшись чуть выше по течению, я нашёл небольшую корягу, от старого пня, скорее всего, оставшегося от рубки деревьев для частокола. Стащив его к речушке, сверху накидал сухих веток и травы, сделав наподобие укрытия. Опасаясь, что

дозорный может выстрелить в подозрительный пучок травы. Трубку для дыхания пришлось поискать, так как попадавшийся тростник, был очень тонкий, поэтому я принял решение использовать две полые трубки, зажав их в разных концах рта. Дышать было неудобно, да и спрятаться полностью под корягой не удавалось, поэтому пришлось дорабатывать свой плот. Тут мне пришла идея распылить внимание дозорного, и я сделал ещё два небольших плотика, только уже попроще, выведя их на середину реки, я запустил вначале самый большой, затем свою корягу с укрытием, ну а последний плот, метрах в десяти позади меня. Вода в речушке была очень холодной, но приходилось с этим мириться, так как другой альтернативы у меня не было.

Поднырнув под корягу и уцепившись за неё рукой, я просунул две тростниковые трубки и, продув их, попробовал дышать таким образом. Уже через пару минут я понял, что воздуха мне недостаточно и нужно вынырнуть, чтобы вздохнуть, но тут раздался резкий шум, как будто кто-то бьёт плетью по воде. Понять, что происходит, я сразу не смог, но тут звук повторился ещё несколько раз, и исходил он со стороны первого плота. Тут меня осенило, звук похож на попадание стрелы в воду, значит, дозорный обстрелял первый куст с травой, плывущий по речке, но тогда встаёт вопрос, откуда у него столько стрел, ведь арбалет так быстро не перезарядить, а на вышке он был один.

Тут в воду рядом со мной вонзилась короткая стрела. Другая попала в корень, следующая впилась в воду рядом с моей ногой. Ещё несколько пролетели рядом, и тут одна из них впилась в моё плечо. Хорошо, что к чему-то подобному я был готов и не выскочил от ранения из-под коряги, а, сжав зубы, продолжил цепляться за неё. На этом мои неприятности и закончились, так как шум попаданий сместился выше по течению речки, это означало, что дозорный переключился на следующий пучок травы, плывущий по речке.

Сдерживаясь от боли в плече и от желания вздохнуть больше воздуха, я проплыл таким образом несколько минут до тех пор, пока я не стал терять сознание. Высунув голову из воды, я сделал несколько глубоких вдохов, отчего сознание немного прояснилось, но вот боль от арбалетного болта, торчащего из плеча, только усилилась. Пока я плыл под водой, речка заметно увеличилась в ширину и, скорее всего, влилась в ещё одну. Поток стал более сильным и холодным. Теперь мне приходилось крепче держаться за корягу, чтобы меня ни утащили многочисленные водовороты. Попытка грести к берегу ничего не принесла, меня начало всё больше закручивать вместе с импровизированным плотом. Плыл я так достаточно долго, но тут удача улыбнулась мне, и мой плот прибило к невысокому берегу, на несколько секунд и я сумел ухватиться за торчащие над водой корни. Подтянуться и забраться наверх было очень непростым делом, тем более с одной рукой, но в итоге я справился и, забравшись на берег, рухнул обессиленный. Оказывается, я потратил столько сил на борьбу, что как только оказался в безопасности, сознание покинуло меня, и я отключился.

Дальше я периодически приходил в сознание, но на очень короткое время. Плечо неимоверно жгло, а в теле появился нестерпимый жар. Во рту пересохло, а меня начало колотить мелкой дрожью. Постепенно солнце зашло, а я не мог даже пошевелиться, моё тело оказалось полностью парализовано. Ночью со стороны речки, на берегу которой я лежал, периодически, слышались громкие всплески, а потом в одно из пробуждений послышался дивный женский голос, который пел очень красивую и грустную песню. Мне захотелось пойти на этот голос, но моё тело отказывалось повиноваться, оставаясь полностью парализованным. Даже дыхание мне давалось с неимоверным трудом. Голос звал меня к себе, он накрывал разум волнами слабости и жалости. Не в силах сдвинуться с места, я лежал и ревел от бессилия, но постепенно голос удалялся, а ближе к рассвету полностью исчез, и я смог заснуть.

Разбудил меня всплеск на воде и тихое рычание.

– Арчи, что там ты увидел? Здесь, кроме русалок, никого не должно быть, а они, как ты знаешь, съедают всех, кто окажется в их вотчине ночью, поэтому сюда даже оборотни не рискуют зайти, – произнёс чей-то голос.

– Гаф, гаф, – раздался собачий лай. При этом он был не громким, и, казалось, что собака сдерживает его, чтобы не поднимать шум.

Тут я понял, что это мой единственный шанс спастись. Со стрелой в плече я далеко не уйду, а если здесь обитают русалки, то быть съеденным, мне не хотелось от слова совсем. При этом знания, всплывшие в моей голове, подтверждали сказанное незнакомцем.

– По…ги..е, – прошипел я, пытаясь привлечь к себе внимание.

– По…мо.., – попытался я произнести второй раз и потерял сознание.

После того, как я пытался позвать на помощь, моё состояние только ухудшилось. Жар из плеча разошёлся по всему телу, и в сознание я приходил урывками. То я очнулся лежащим на дне деревянной лодки, а вокруг плескалась вода, и слышался скрип уключин, то меня куда-то тащили волоком, ударяя при этом головой о различные предметы, то пытались влить мне в рот ужасную жидкость, противно воняющую и выворачивающую на изнанку.