Чтение онлайн

Лю Цзин ощутил совершенно чуждое ему желание. Он всегда был равнодушен к женщинам, но сейчас ему так захотелось прижаться губами к этим красноватым так заманчиво приоткрытым губам. Он едва сдержался и продолжил говорить.

– Когда ты расскажешь все отцу, – он сжал ее руку, – постарайся защитить хотя бы детей из моего клана. Ты знаешь ведь, они ни в чем не виноваты. И… Как именно казнят меня – значения не имеет. Но если в твоих силах, пусть Вэйвэй не мучается перед смертью.

Ее глаза расширились еще сильнее. Девушка наконец поняла, что значат его слова. Хун Хуа резко встала, отнимая горячую руку от

его сердца и отвернулась. Лю Цзин успел заметить, что по ее щекам снова текут слезы. Все же она совсем не владела своими эмоциями.

Когда она нарочито холодно заговорила, голос ее подрагивал.

– Я не расскажу отцу прямо сейчас. Я хочу, чтобы вы закончили расследование и наказали виновных в смерти Лю Тянь.

Она не видела, как за ее спиной Лю Цзин слегка улыбнулся. Хун Хуа хотела было уйти в спасительную прохладу ночи, но услышала, как закричал во сне Вэйвэй. Она украдкой вытерла слезы и обернулась – ребенок беспокойно мотал головой.

Лю Цзин протянул к нему руки, но тот начал отбиваться, повторяя одну фразу:

– Не отдавайте меня, не отдавайте меня ему!

Учитель Лю мягко встряхнул его за плечи, чтобы разбудить.

– Кому? – спросил он. – Кому не отдавать?

Ребенок открыл глаза и, уставившись в глаза своему дяде четко проговорил:

– Повелителю Демонов Лю Мейлуну.

При звуках этого имени Хун Хуа почувствовала, как сильно заболела рана-перо на руке, в голове сгустился туман и ноги сами собой подкосились. Она бы упала, но Лю Цзин заметил ее слабость и вовремя подхватил ее за талию, усаживая на табурет.

– Ты чего, Хун Хуа? Тебе знакомо это имя?

Когда Хун Хуа вышла их хижины Лю Цзина, она чувствовала себя очень странно. Слишком многое навалилось на нее в этот вечер.

Она неожиданно стала ответственной за жизнь целого клана, демонического малыша Вэйвэя и самого Лю Цзиня. А волна чувств, которая накрыла ее, когда он приложил ее руку к своей груди, не поддавалась никакому объяснению. Она чуть не оглохла от грохота своего сердца. В какой-то момент ей, глупой, даже показалось, что Лю Цзин ее сейчас поцелует. Невообразимо.

А потом еще и это имя – Лю Мейлун. Нет, она никогда его не слышала. Но почему-то все ее существо живо отреагировало на звучание этого имени, как и на ту богиню-феникса в книге, будто это было что-то невероятно важное.

Женский голос совсем рядом отвлек ее от мыслей.

– Что вы делаете здесь так поздно, госпожа Хуа? – это была старшая ученица Лю Цзина – Сунь Яо.

Фраза прозвучала так холодно, что Хун Хуа удивленно приподняла брови.

– А ваше, простите, какое дело? – хмыкнула она и собиралась уйти.

– Ваш клан и так совершил кучу злодеяний, – недовольно и непочтительно продолжала эта девчонка, – и вы зашли настолько далеко, что преследуете благородного Мастера Цзиня даже в такой тяжелый период его жизни. Не оставляете его ни на минуту! Врываетесь к нему посреди ночи!

Глаза девушки светились праведным гневом. Хун Хуа нахмурилась.

– Ты не в том положении, чтобы меня отчитывать, – жестко проговорила она, – и разве ты сама не собираешься ворваться к нему посреди ночи? Иначе что ты здесь делаешь?

Красивое лицо Сунь Яо покраснело от злости. Она крепко

сжала ручку корзины, что держала в руке и собиралась выдать какую-то ядовитую тираду, но тут Хун Хуа осенила и она с удивлением и насмешкой произнесла:

– Ты что же, ревнуешь?

По расширенным глазам и красным пятнам на лице Сунь Яо Хун Хуа поняла, что попала в точку.

– Разве все в вашем клане не дают обет целомудрия? – продолжила она. – Или это условие только для вашего Учителя?

Потом она подошла ближе к Сунь Яо и нарочито доверительным тоном сообщила ей:

– Хотя знаешь, по тому, как он ведет себя со мной, мне он не кажется настолько непорочным…

– Ты врешь! Он ненавидит тебя! – злобно прошипела Сунь Яо ей в лицо.

Да, Хун Хуа врала. Но ей было так приятно поставить на место эту глупую девчонку с ее нападками. Как она может быть старшей ученицей Лю Цзина, если настолько не способна контролировать свои чувства?

Мило улыбнувшись этой неудачнице, Хун Хуа преспокойно пошла в сторону своих покоев.

А Сунь Яо как раз судорожно начитывала про себя сутры, чтобы хоть как-то унять свою ярость и ревность. Ей и самой было уже стыдно, что она не сдержалась в присутствии врага. Она уже некоторое время назад подошла к хижине Учителя, и случайно увидела, как эта мерзкая лицемерная дрянь изображает, что ей плохо. И Лю Цзин вынужден был подхватить ее за талию и усадить на стул. А ее, Сунь Яо, он никогда так не касался…

Она выдохнула еще несколько раз и постучалась к Лю Цзину. От его мягкого “войдите” по всему ее телу побежали мурашки.

– Вы не ужинали, Учитель, – сказала она встревоженно, – при ваших нынешних потерях Силы и крови нельзя пренебрегать этим.

Он посмотрел на нее с благодарностью, и девушка начала выкладывать приготовленную для него еду из корзины.

–Ученица Сунь, когда же ты занимаешься медитациями и тренировками, – шутливо произнес он, – если то и делаешь, что готовишь мне еду?

Всмотревшись в её глаза, он добавил:

– Я вижу, что ты встревожена?

Конечно, он заметил. И дело не только в этой наглой дряни, которую она встретила только что. Сунь Яо пришла сюда с определенной целью. И она очень надеялась, что все получится.

– Я тревожусь за Учителя, – сказала она грустно, – я вижу, как вы становитесь все слабее с каждым днем.

Она знала его тайну. Эта паршивка – его сестра – спуталась с демоном. И теперь Учителю приходится кормить их отродье своей чистой священной кровью.

– Не переживай, Яо, – улыбнулся он, – я сделаю все, чтобы светлая энергия победила, и Вэйвэй стал бы одним из нас.

– Вам сейчас нужно много сил, – продолжила Сунь Яо, и сердце ее забилось сильнее от страха, – эта ученица всей душой хочет вам помочь.

– Ты и так помогаешь, – улыбнулся Учитель, садясь за стол, – вот, принесла мне рис.

Он не догадывается, что именно она хочет предложить. Да и сама Сунь Яо никогда не решилась бы раньше, но Учитель сильно изменился в последнее время. Он уже не был настолько невозмутимым. И что-то еще неуловимо поменялось. Между ним и женским полом всегда была незримая стена из льда. А сейчас, может под напором трудностей, он стал излучать такую сильную мужскую энергию. Сунь Яо, и, видимо, не только она, сразу это почувствовала. И у нее появилась надежда.