Рассказы
Шрифт:
— Смотри как красиво, Юль…
Огни ночного города манили своей таинственностью, сюрреалистичной картиной ложились отблески разноцветных фонарей на воду в бухте, вился лентой жёлтых огней мост. Чернота моря сливалась с небом, падая в бездну и мне казалось, что за границей огней провал бескрайней черноты. Только звёзды Млечного Пути рассыпались по небу.
— Сегодня безлунная ночь, — негромко сказала Рысь. — Самая чёрная.
— И самая красивая…
— Это точно.
— Небо, я влюблён в этот город! — я закружил Рысь в танце, напевая что-то счастливо-безумное. — Хочешь летать?
— Ага, — кивнула
Я рассмеялся и через минуту почувствовал рядом Ветер. Он не желал мчаться, но легко подхватил меня в полёте, задавая направление.
Когда мы опустились на крышу, было уже достаточно светло.
— Знаешь, воробей, — мечтательно улыбнулась Рысь, — ты ведь мою детскую мечту исполнил. Всегда мечтала уметь летать.
— Это был не последний раз, — пообещал я. — Тебя ведь тоже тянет небо.
— Тянет, — согласилась она, повернулась ко мне, притянула к себе, поцеловала в висок. — Ты самый замечательный младший брат, которого только можно представить.
— Скажи это моему старшему брату, — я весело улыбнулся. — Он с тобой поспорит!
— Скажу, как ты меня с ним познакомишь.
Рысь села на край крыши, болтая ногами в воздухе. Крылья почему-то убирать не хотелось. Сев рядом, я достал сумку и, покопавшись, выудил оттуда все ещё свеженькие кремовые пирожные — я их предварительно запаковал в кокон безвременья, чтобы они оставались как только что приготовленные. И бутылку газировки. Юля оценила мою заботу по достоинству и умяла две штуки из пяти.
— Ой, а куда это папа в такую рань… — пробормотала Юля, провожая глазами зелёный «уазик» и машину для перевозки заключённых.
Быстро дожевав своё пирожное, убрал сумку и протянул Юльке руку:
— Полетели посмотрим?
— Давай.
Мы взмыли воздух и направились вслед за машиной. Придерживая Рысь, я ловил крыльями восходящие потоки. Машины направлялись за черту города.
— В Аэропорт, что ли? — вслух удивилась навигатор.
Кажется, я догадываюсь, кого везут в машине с решётками. Эх, зря я взял с собой Юльку!
— Киса, мне тебя лучше оставить, — с мрачной решимостью, я остановился и начал снижаться.
— Даже и не думай! — повысила голос девушка. — Не смей, понял?!
— Там будет опасно, Юля! Уж тебе не следует даже близко находиться от того, кого они перевозят!
— Тем более! Там же мой отец!
Скрипнув зубами, снова поднялся в воздух и прибавил скорость, нагоняя скрывшиеся из виду автомобили. А нагнав, резко остановился и спикировал на ближайшую крышу. Машины сопровождения стояли полукольцом, та, где перевозили демона, была перевёрнута, а сам демон держал самого молодого из охранников за горло, в окружении целящихся в него омоновцев!
— Юля, жди здесь!
О, проклятье, он уже убил охранника! Если я успею до его трансформации…
Думать было некогда и я на максимальной скорости швырнул себя в полёт, начиная менять Ипостась. Пушечным ядром влетев в живот твари, я надеялся сбить его с ног, но лишь заставил отступить на несколько шагов. Он изменялся быстрее меня. Демон попытался отбросить меня в сторону, но я вцепился в его руку, оскалившись и низко рыча. Слишком медленно происходит обращение, я слишком долго не спал!..
— Наглый малец, — прорычал демон, впервые подав голос. — Я вырву твоё сердце.
Слишком длинные
жёлтые когти вошли в мою грудь немного выше сердца, пробивая не успевшее обрасти чешуёй тело насквозь. Взвыв от дикой боли, я укрепил рёбра, между которыми прошли когти и снова яростно зарычал.— Убью! Гррррааах!
Попытки завершить хотя бы начальную стадию трансформации заканчивались вспышками дикой боли и нулевыми результатами. Я пытался вырвать руку демона из своей плоти, но тот лишь скалился и слегка сжимал когти, наслаждаясь моей мукой. Кто-то несколько раз безрезультатно выстрелил по демону. Я выхватил из личного пространства свой тяжёлый Фламберг, но демон поймал волнистое лезвие в полёте, а у меня не хватало сил справиться с тварью.
Подавшись вперёд, я зарычал в рожу демона и резко отклонился назад, падая на землю, чтобы вырвать из себя мерзость, пробившую мою плоть. Мне это удалось и я в бешенном темпе, расплачиваясь лютой болью, завершил трансформацию. Ударив хвостом по ногам твари, я бросился в драку со всей яростью, на какую был способен. Пока демон не завершил Обращение, он уязвим и его ещё можно убить. Не обращая внимания на удары и раны, наносимые когтями пробивающими даже мою бронированную чешую, я рвался к горлу демонической твари. А вцепившись, уже не отпустил и раздирал жёсткую плоть, пока не отделил полутрансформированную уродливую башку от тела. Оглушённые люди, не выдержавшие некоторых особенностей битвы с демоном медленно приходили в себя.
Встав на ноги, я отошёл от конвульсивно подёргивающегося в агонии тела и с криком упал на колени, когда тело слишком резко и без перехода поменяло Ипостась. Боль пронизывала каждую клеточку, каждый нерв. О, небо, это невыносимо!.. По лицу текли то ли капли пота, то ли не сдержанные слёзы.
— Воробей!.. — сквозь красный туман проступило бледное Юлькино лицо.
Как она здесь оказалась? Добежала, что ли?..
— Любимую рубашку порвал мне, гад, — невнятно побормотал я, слабо сознавая, что происходит. — Ох, мамочка, как же больно…
— Малыш, тебя в больницу отвезти? — ко мне склонился капитан Тартынский.
Надо же, как он быстро очнулся.
— Мне домой… — выдавил я. — Там Шон…
Он убежал пытаться завести машину, одновременно куда-то названивая.
С трудом поднявшись на ноги, я попробовал выпрямиться и зажать рукой пробившие тело насквозь раны. Мне ненадолго полегчало после обращения — слишком резкая смена Ипостаси вызывает болевой шок и смерть, но на такие случаи у любого тёмного есть свой 'предохранитель', выбрасывающий в кровь лошадиную дозу анальгетиков. Но я знал, что это временно. Более того, с такими ранами недолго осталось жить. От них, к тому же, начинало расползаться чёрное пятно, указывая на иномирное отравление.
— Ирдес, тебе надо в больницу, — Рысь обняла меня за пояс, поддерживая.
— В больнице мне не помогут, кис. Здесь нет тёмных специалистов.
В чудом уцелевшем на изодранной рубашке кармане запел сотовый. «Что ожидает нас, друг, на пороге ада — вечная жизнь или вечный покой?!».
— Привет, Ван, — ответил я, кое-как выудив телефон из кармана скользкой окровавленной рукой. — Прости уж, я не смогу тебя сегодня встретить.
— Что случилось? — сразу насторожился чуткий к моим интонациям друг. — Ирдес, где ты?