Чтение онлайн

Продолжение ночи было гораздо тяжелее, Зорф больше не сдерживал себя. Через контакт шла сильная потеря накопленных ресурсов. Правда, он пытался под конец вернуть их мне, но наши не скалиброванные системы еще плохо взаимодействовали. К тому же, от оболочки передавалось утомление и физическая боль. Еще менее оптимистичным оказался разговор. Зорф не хотел портить отношения с Патроном, потому он рассчитывал отказаться от права на меня в пользу моего бывшего Куратора, но было опасение, что древние не одобрят подобного хода. По-крайней мере в ближайшее время. Ко всему прочему, Патрон был направлен на долгосрочное задание, а значит, необходимо было дождаться его возвращения.

Тем не менее, нужно было выполнить задание. Покинув апартаменты господина Лока, я отправляюсь к ближайшему переходу. От выхода до штабной квартиры примерно час. Контраст между двумя мирами очень сильный. Здесь меня снова окружают серые бараки, грязь, ничтожность.

Зато всесильный деманон здесь я, Куратор, судья и палач. Это территория под моим контролем.

Работу нужно завершить с опережением, чтобы успеть навести порядок. Марку и Небу придется подстраиваться под мой темп, если не хотят быть аннигилированными. Пора расставить приоритеты. Они еще не знают, как им не повезло с Куратором.

В квартире меня встречает тишина. Не работают даже системные блоки. Включаю систему. Запуск инициирую как Куратор группы — выводятся результаты работы: матрица Созидателя, система тоннелей, наложенные пометки о высотах, опасных участках, завалах. Наложенная матрица в некоторых местах не совпадает с системой ходов — возможно беглец пользовался моделяцией пространства — переходом, а возможно есть и скрытые ходы. Что ж, информация хорошо проработана, надо отдать должное комиссарам.

Случайно замечаю вкладку в системе подбора матриц — Алурифангарот. Не веря глазам, открываю вкладку. Допуск ограниченный, но, тем не менее, здесь представлена моя матрица за последние три столетия: сильнейший из энгахов, помощник Высшего Исполнителя, специализация на аннигиляции. Характеристики ауры — жестокость, строгая подчиненность правилам. Не раз подвергнут экзекуции за преднамеренную ликвидацию функционалов. И, тем не менее, длинный послужной список заданий не меньше девяти баллов сложности. Из последних обновлений — передача новому Исполнителю.

Видимо скоро мое дело пополнят записью о ликвидации комиссии. Я буду иметь на это полное право. Но только кода мы закончим дело. А пока снимаю резервную копию текущего состояния системы — мне не нужна новая экзекуция, это послужит доказательством их вины. Несанкционированный Куратором вход в систему карается очень строго, особенно в заданиях выше 3-го уровня. А у меня хватает данных, чтобы уровень сложности задания вырос минимум до пяти. Не знание комиссии здесь учитывать не станут. Дожидаюсь обреченных с выключенной системой. Принимаю их отчет по проделанной работе и оставляю задание на уточнение спорных точек и характера святилищ, на уничтожение которого был отправлен Созидатель. Мне предстоит обследовать катакомбы. Им на работу выделяю 3 цикла, потом два свободных. Они ничего не подозревают.

Катакомбы раскинулись почти под всем старым городом, а это десятки километров путей, свернутых в тесный узел лабиринта. Где-то там прячется тварь, перешедшая свой порог, сотворившая себе армию чтобы поработить вверенное мне племя смертных. И пусть они не наедятся на пощаду. Ко мне снова вернулись ярость и возбуждение от предстоящей охоты. Я, самый жестокий из карателей, уже иду по их следу.

Аксима — пентаграмма, искаженная по четырем из пяти лучей. Сильный знак дисбаланса. Основным назначением является переход и видоизменение энергии, диффузия нескольких реликтовых вместилищ, а следовательно, создание химер и низших деманонов. Когда-то подобный артефакт отдал меня в распоряжение уровней, вместе с тысячами других. Зорф прав, смертные, подобные мне были идеальны для обращения — их души еще слишком слабы, чтобы отделиться от телесной оболочки и избежать страданий.

Однако, Созидатель не Высший и потому не мог сотворить подобных мне. И, тем не менее, следовало подготовиться к непростой схватке — думаю, множество из пропавших уже стоит на страже святилищ в своем новом облике. Настраиваю восприятие на поиск ауры низших и химер. Пока следов нет. Если теория не подтвердится, времени на проработку новой может не хватить.

Ближайший вход в катакомбы в лесистой местности. На вершине небольшого холма видны пять труб — воздуховодов, предположительно от больших коллекторов или залов-развилок. Через них попасть не возможно, но под крутым склоном холма земля осыпалась, обнажив глубокий провал. Место тщательно укрыто ветками, мхом и камнями. Значит, здесь бывают местные смертные. Спускаюсь через осыпающийся провал. Ноги тут же касаются наклонной поверхности — обвалившаяся колонна, по ней и можно спуститься вниз. Расширяю спектр различения ауры, но снова ничего. Нет даже следов. Здесь давно никого не было.

Под холмом действительно оказался коллектор, освещенный пятью лучами, прочертивших мутное пространство зала. Стены исписаны и разрисованы, везде мусор, остатки веселья смертных. Им надо успеть порадоваться за свою короткую жизнь, чтобы снова пройти перераспределение энергии и воплотиться уже в другой форме. Мы же уйдем безвозвратно.

В коллекторе шесть ответвлений.

Согласно карте, не тупиковыми являются восточное, и северо-восточное. Выбираю первое, оно идет по направлению к первой подозрительной локации, остальные можно было найти через ответвления. На пути все так же попадаются бутылки, обертки, прочие вещи людей. Но в какой-то момент начал явственно ощущается запах. Не просто гниющий мусор, а крепкий запах разлагающейся органики, сильный даже через чувства оболочки. Спектральный анализ, наконец-то дает результаты — искаженный, полу стертый след, не определить чей. Но другой зацепки нет, иду по нему. Идти пришлось долго, след то слабел, то становился ярче. Запах же только усиливался.

Скоро проход закончился стеной.

Вдруг, резкой волной накрывает волна мощного выброса энергии, и тут же пропадает. Нужно быстрее найти источник. Сканирую пространство во всех направлениях, вероятным оказывается то, что направленно вниз — слабый светоч, но это уже хорошо, нужно опуститься вниз. Моделяцией перехода не воспользоваться, просмотреть не удается. Не тратя больше времени бегу до места обвала до второго уровня, продолжая отслеживать отблеск. Бежать трудно из-за множественных завалов. Но скоро подбираюсь к обвалившейся части тоннеля — он слишком узкий, но времени нет. Проламываю гнилые перегородки кирпичей, падаю на нижний уровень — не очень глубоко, но удар от падения ощутимый. Нижний тоннель намного шире, и ведет по направлению светоча — бегу, по пути восстанавливая сломанное плечо. Стены из монолита камня, это место старее катакомб.

Резко меня отбрасывает в сторону, что-то наваливается сверху, дробит кости. С трудом удерживаю в оболочке, отбрасываю напавшего. Ни следа ауры или энергии, для меня оно невидимо. Регенерация нужна серьезная. Сбрасываю оболочку, оставляя слабую изоляцию от тепла, чтобы не разрушились стены туннеля. На секунду свечение плазмы выхватывает искаженную фигуру. Атакую первым и она тут же рассыпается в пепел, даже не успев быть осмотренной мной, только от моего приближения. Путь дальше завален горой тел, разной степени разложения. Их склизкая зеленоватая масса масляно блестит в моем отсвете, множество исковерканных теней копошатся в трупах, все они реагируют на меня. Большинство сразу сгорает, другие успевают завалить и опрокинуть меня. Но не надолго.

Пепел развеивается легким дымом. Гниющая плоть горит медленно, с запозданием из ее массы вырываются еще тени, но не уходят. Проплавляю себе путь, не спеша продвигаюсь дальше. Всюду раздувшиеся тела, при моем приближении они лопаются, кипят, чернеют, медленно обращаются в прах. Камень стен крошится и стонет. Закрываю изоляцию. Напротив, в конце коридора постамент, алтарь. Иду туда, но на пол пути что-то сковывает все движения, Сильное давление приходится на правое плечо — замечаю, что из него торчит заостренное жало. Оно не горит и не плавится, но плазма вокруг раны начинает резко бледнеть, а поверхность металла крошится. Повреждение начинает распространяться. Меня поднимает к сводчатому потолку и резко ударяет о пол. Камень трескается. Рывком освобождаюсь от хватки, поднимаюсь на ноги. Жало остается в плече, контроль за рукой утерян. Вижу нанесшего удар — тварь сплетенная из тканей трупов, прошитая яркими линиями зеленого свечения, кость и металл соединились в одно, мертвая плоть пропитана токсичной слизью. Перерожденный во плоти. Мое оружие во мне — выдираю из груди короткую пику — Пробиваю переднюю часть монстра, как раз рядом с отломанным жалом. Его туша медленно проплавляется, делаю рывок и верхняя часть раздваивается, выпуская заметно удлинившееся оружие, с обеих сторон теперь оно снабжено лезвиями. Перерожденный заваливается в сторону и падает. Но за ним следует второй, теперь уже больше похожий на человека — стоит он на двух колоннах ног, руки увенчаны мощными клешнями. Головы нет. Зато на месте живота отверстие, напоминающее пасть, окруженное острыми пиками ребер. Я бегу в противоположную сторону, к алтарю. Из его основания бьет поток энергии, сношу простой квадратный престол, грубо вытесанный из камня и поражаю то, что лежит внутри. Крохотный сверток, существо, бывшее когда-то человеком, теперь зародыш, которому уже не стать деманоном. Он медленно распадается, как и перерожденный, обращаясь в прах.

Одной локации больше нет. Но Аксима не так проста. Значит остальные точки получат весь потенциал этой. А сил мне хватит только чтобы выбраться. Как можно быстрее прорываюсь через верхний свод, бегу к выходу, без помех. На самом подходе к коллектору накидываю изоляцию. Но дальше я продвигаюсь через мутную тяжесть и судорожные стоны тела. Жало так и осталось внутри, и теперь прорывало еще и человеческую оболочку. Регенерация работала на полную, но остановить действие яда не могла. Вырвать его не получалось. Судорога сковала меня окончательно. Хаос заполнил чистые прежде мысли, путая то, что было и что быть уже не могло, одно только осталось четким — Патрон. Его образ явственно осветился в сознании. К нему был последний зов.