Чтение онлайн

Лаури

«И в конце концов, мы все просто люди, пьяные от идеи, что только любовь, только любовь может исцелить наши раны.»

~Кристофер Поиндекстер

Роуэн и я занимались сексом. Нет, это звучит ужасно неправильно. Мы занимались любовью, и это было невероятно. Да, я так сказала, то есть, земля перевернулась, это было здорово. И каждый раз после этого было так же прекрасно. Мы не можем насытиться друг другом. Я никогда не знала, что чувства могут быть такими, я не знала, что могу не только получать удовольствие

от секса, но и любить его. Я так сильно его люблю, что это причиняет боль. Я знаю, что больше никогда не буду той сломанной развалиной, которую он убил несколько месяцев назад. Возможно, я не совсем целая, но я гораздо ближе к этому, чем когда-либо прежде. Я любима, и думаю, что это лучше, чем быть «исправленной». Ты не можешь спасти людей, ты можешь только любить их.

Роуэн был таким нежным со мной, показывая мне, что он никогда не причинит мне боль, никогда. Он разбудил меня ночью, бормоча что-то о презервативе, но я не слушала, и мне действительно не нужны презервативы, когда я с ним. У нас есть гораздо больше этого. Я перестала беременеть три года назад, полагаю, повторяющиеся аборты и изнасилования что-то во мне сломали. Так что я не слишком обеспокоена этим. Он, кажется, отпустил эту тему после этого и больше не спрашивал или упоминал об этом. Я знаю, что он чист, потому что я занимаюсь картотеками, и его ежемесячные анализы крови были среди его огромной кучи не отданных бумаг размером с Эверест.

Однако сегодня утром нежный Роуэн ушел гулять, а Роуэн, который соблазнил меня в душе, был грубым, жестким и чертовски сексуальным. То, как он двигался и командовал моим телом, было невероятно. Он был первобытным, и мне это понравилось. Мне нравятся медленные нежные занятия любовью, но сегодняшний грубый секс показал мне, что я могу отдаться первобытному желанию, которое горит между нами, и наслаждаться тем, как он берет. Я боялась быть взятой, потому что именно это делал Ренцо — он брал то, что хотел. Разница в том, что я хочу, чтобы Роуэн брал меня и владел мной, потому что знаю, что он никогда не причинит мне боль. Мне нравится, когда этот монстр занимается со мной любовью.

Сегодня открытие моего ресторана, и я нервничаю. Я нахожусь на кухне с раннего утра, готовлю, убираюсь и вообще паникую по поводу предстоящего обслуживания обеда, которое начнется с минуты на минуту. Я знаю, что первые клиенты уже находятся в комнате для дегустации вина и скоро будут здесь. Все сотрудники обучены и готовы к работе, Эмия помогает в зале, пока я готовлю и управляю персоналом на кухне. У меня не было возможности поговорить с ней лично, но ее подмигивание, когда я пришла сюда сегодня утром, говорит, что она все знает. Скорее всего, это написано у меня на лице. Интересно, рассказал ли Роуэн Робу или Каллуму. О, Боже, надеюсь, нет, я бы просто умерла от стыда, если бы они знали, насколько я новичок во всем этом. Должна признаться, мне очень нравится изучать искусство занятий любовью с Роуэном. Это довольно забавный класс, когда ты любишь и доверяешь своему учителю, а когда твой учитель чертовски сексуален, ты научишься чему угодно.

Эмия вбегает в кухню с визгом:

— Они здесь! Пришли первые клиенты. — Кажется, она сейчас более взволнована, чем я. Я глубоко вдыхаю, чтобы успокоить свои нервы и напоминаю себе, что это то, для чего я родилась. По крайней мере, так я говорю себе, но в последнее время задаюсь вопросом, была ли я вообще рождена для чего-то. Я отличный шеф-повар, и моя мечта воплощается прямо здесь. Прежде чем успеваю ответить, она уже убежала обратно в обеденный зал. Роуэн заходит на кухню, когда поступают первые заказы, кладет руку мне на живот и целует в щеку.

— Ты справишься, дорогая, — бормочет он мне в шею. Я прогоняю его, чтобы сосредоточиться на готовке. Его вера в меня заставляет улыбаться, и я погружаюсь в наш первый обеденный сервис. Простое, но вкусное меню — мое лучшее творение, и кажется, что блюда так улетают из кухни, а комплименты сыплются после каждой поданной трапезы, и мое сердце наполняется гордостью за то, чего я достигла с момента начала своей новой жизни. Я оформляю каждое блюдо как свое произведение искусства, кафе пахнет хорошей едой, и гул разговоров заполняет воздух в большом амбаре.

Когда мы закрываем кухню в четыре часа дня, я вымотана, но полна положительной энергии. Роуэн и я празднуем с сотрудниками и нашими близкими друзьями после того, как все мои гости ушли. Каллум сегодня в мрачном настроении и не веселится, но я оставляю его в покое, потому что слишком счастлива, чтобы беспокоиться

об этом прямо сейчас. Роуэн и я возвращаемся домой незадолго до шести; я устала и пахну кухней и едой, мне нужен душ и кровать. Мне также нужен Роуэн, и это все потому, что он так отчаянно хотел, чтобы я жила, что вернулась к жизни, и это действительно потрясающе. Как только мы оказываемся внутри, Роуэн зарывается в мою шею, затем корчит гримасу, сморщив нос.

— Иди, примешь душ, дорогая, от тебя пахнет едой, — подшучивает он надо мной и отправляет меня приводить себя в порядок. Я начинаю снимать свою поварскую одежду пока иду по коридору, и чувствую, как его взгляд прожигает мою спину. О, я умею подразнить.

Горячая вода обжигает мою кожу, и я чувствую, как оживаю под ней. У меня была лучшая неделя в моей жизни, я наконец-то счастлива. Вот что такое счастье, это чертовски приятно. Я слышу, как Роуэн заходит в нашу комнату, пока я вытираюсь, он на телефоне, и не проходит много времени, прежде чем я слышу, как он рявкает на Каллума из-за его сегодняшнего мрачного настроения. Я жду в ванной, пока он закончит, я не хочу вставать между тем, что разъедает их двоих, но между ними появилась дистанция, которой раньше не было, и она становится все больше с каждым днем. Каллум мрачен и угрюм, и капризнее женщины с ПМС в последнее время, и мне не хочется, чтобы он лопнул мой счастливый пузырь своим дерьмом.

Мне нужно хорошенько выспаться, потому что завтра я снова встану и начну все сначала. Мы открываемся только по субботам и воскресеньям для туристов, которые приезжают на винодельни. Так что в понедельник я смогу отдохнуть.

Нежный и сексуальный Роуэн возвращается, когда я захожу в комнату, и он уводит меня в постель, мягко целуя и оживляя бабочек своими руками, скользящими по моему еще влажному телу. Он мягкий и нежный, и именно это мне нужно после сегодняшнего дня. Роуэн трогает и целует меня до тех пор, пока я не умоляю его продолжить, но вместо этого просто наслаждаюсь его прикосновениями. Жар, который нарастает, между нами, ошеломителен, и я схожу с ума от желания к тому моменту, когда он, наконец, входит в меня. Я долго не протяну и рассыплюсь, даже не осознавая этого, но так же происходит и с Роуэном. Не знаю, как сдержать это или остановить, когда оно начнется. Он притягивает меня к своей груди, и я больше не могу бороться со сном, это был изматывающий день с идеальным завершением.

Роуэн каким-то образом сумел взять ту сломанную женщину, которую должен был убить, и навсегда изменить меня, сделав чем-то сильным, возможно, не исправным или целым, но определенно лучшим. Под всей этой тьмой и всеми этими числами у него действительно есть сердце, которое любит меня. Вы спросите, как я могу любить убийцу. Легко, я просто люблю. Он не просто убийца, как я не просто шеф-повар. Такова наша работа, но под этим всем мы обычные люди. Мы родились в этом темном маленьком мире, и мы не выбирали его. Мы не можем изменить то, кем были рождены, иногда плохая кровь в наших венах сильнее всего, чего мы хотим. Я не могу отрицать, что чувствую новую тьму внутри с тех пор, как позволила себе полюбить этого мужчину. Тьмы, которой я ни капельки не боюсь.

Роуэн

«Иногда я в ужасе от своего сердца; от его постоянного голода к тому, чего бы оно ни желало. От того, как оно то останавливается, то снова начинает биться».

~Эдгар Аллан По

Я провел две недели, посвятив все свое свободное время Лаури; это были лучшие две недели в моей жизни. Я чувствую себя живым, когда я с ней, но знаю, что мне нужно вернуться к работе. На самом деле, я хочу вернуться; потребность в выполнении своей работы начинает превращаться в раздражающий зуд, который я больше не могу игнорировать. Я решил, что теперь буду делать все по-другому. Моя последняя работа не принесла удовлетворения, что для меня означает, что я больше не вникаю с головой, а именно тогда совершаются глупые ошибки. Теперь мое удовлетворение гораздо ближе; я испытываю его каждую минуту, проведенную с ней. Кафе пользуется бешеным успехом и в выходные дни, когда оно было открыто, было много посетителей. Лаури оживает на кухне, ее душа вкладывается в каждую тарелку еды. Мне нравится наблюдать за тем, как она работает, живет и, наконец, становится счастливой.