Расколотый меч
Шрифт:
Бо почесала бровь.
– А ты говорил, что они эталоны мужества? – переспросила она.
У Стэхара хватило сил, чтобы пояснить:
– Она преследует меня своей любовью! Ик! – и его лицо опять скрылось в коленях рыцаря. Тот тут же окаменел.
– Она? – переспросил он опасно тихо. – Далла…
– Нет! – протестующе вытянул руки Эдмус. – Тихо! Или ты напридумываешь себе такого, что сам побежишь рыдать в пальто Веслава, вот зрелище будет! Сделай милость, ты уж перестань всюду видеть тень своей Дамы, или кроме нее во дворце одни мужчины?
Действуя не по-своему четко и последовательно,
– Оставь Йехара и его сапоги в покое, будь добр… Спасибо, Ольга, – он поймал в воздухе мой носовой платок и прижал его к лицу Стэхара с такой силой, будто хотел задушить наследничка. – Веслав, успокоительное!
Алхимик явственно заколебался, поглядывая то на Стэхара под носовым платком, то на странника, который с неподражаемым выражением на лице созерцал свои штаны, хранившие четкий мокрый отпечаток лица недруга.
– Обоим! – разрешила я сомнения Веслава.
Странник свою дозу проглотил как автомат. В Стэхара успокоительное вливал шут, который эту процедуру проделал с акробатической ловкостью. Вскоре всхлипывания стали на порядок реже, а еще через полминуты наследник смог говорить.
– Тилкида, – выдохнул он для начала. – Это всё она…
Мы переглянулись. Та самая веселая подружка принцессы? Ну… а что в ней такого? Кроме, конечно, плохого вкуса, раз уж она выбрала своим суженным Стэхара.
– Недавно она заявила мне, что влюблена, – опасливо косясь на дверь, докладывал тем временем наследный домин, – и собирается стать моей женой…
И он уставился на нас, как бы приглашая разделить с ним ужас. Но мы опять-таки не видели здесь ничего страшного. Может быть, кроме излишне завышенных амбиций. Но ведь Стэхар даже не первый наследник…
– Ну… – с натугой и как бы через силу выдавил Йехар. – Она ведь знатного рода…
– Рода?! – взвизгнул домиций и попытался подскочить, но его удержала нежная рука блондинки. – Я… я женился бы на последней крестьянке, но это… это не женщина, это бешеная самка дракона!!
При всем моем воображении, мне показалось, что такое сравнение несколько притянуто за уши.
– Стоит мне взглянуть при ней на другую девушку, – домиций опять начал заикаться, – как она уже тут как тут, катается по полу, визжит, ломает себе руки и кричит, что сейчас пойдет к Зелхесу за ядом…
– Для себя? – с профессиональным интересом вставил вопрос алхимик.
– И для меня, и для любой девушки… – размазывая по лицу слезы (и не только), сообщил местный сердцеед. – Но не это страшнее всего! Она не дает мне ни мига побыть одному, все время где-то поблизости, а недавно… – тут голос его начал опять становиться невнятным, – недавно я узнал, что она уговорила отца на наш брак! И придворные согласились с его решением, и теперь… теперь она преследует меня, говоря, что пора назначить день помолвки, а все с этим согласны, и все мои друзья… Йехар, умоляю, помоги…
Тут он сделал попытку сползти опять на пол и еще немного полобызать сапоги рыцаря, но тот с завидным проворством отпрыгнул.
– Нервные они тут какие-то, – отметил алхимик, задумчиво глядя на домиция.
Уж кто бы говорил, честное слово…
Стэхар опять принялся рыдать, твердя, что больше ему пойти не к кому, и вообще,
он просит прощения за все и сделает что угодно тоже, и будет хорошим, только бы его не подвергали этой мучительной пытке – женитьбе. Йехар опять разрывался надвое. Как у рыцаря Йехара, который по здешним меркам всего два года назад упал с проткнутой грудью, у него ответ уже был готов соскочить с губ. Как светлый странник, он не имел права отказывать тому, кто напрямик просил его помощи.К тому же Стэхар, каким бы интриганом он не был, все еще оставался братом Даллары, которого она любила по непонятным для нас причинам.
За Йехара, к счастью, решила Бо. Видно, поняла, что рыцарь намеревается молчать мучительно долго. А блондинка по понятным причинам не любила долгие размышления.
– Мы тебе помогаем, а ты больше не гоняешься за этой… короной, – безжалостно предложила она.
Домиций с выражением крайнего удивления на лице вполз опять на стул.
– Короной?
– Медальон домина, – расшифровал Йехар, справившись с голосовыми связками.
Стэхар с сомнением потрогал свой собственный медальон – тот был гораздо меньше, чем у его папы.
– Мертвому мне не нужен будет его медальон, – признался он наконец и хлюпнул носом. – А как вы мне поможете? Я предлагал Зелхесу переворожить ее на кого-нибудь, но он отказался…
– В таком случае и с такой девахой сгодился бы разве что «Маниум», сильнейший из приворотных, – пробормотал в сторону Веслав. – Интересно, откуда его набраться Зелхесу?
Йехар тем временем уже почти раздумал помогать врагу своему, но тут Эдмус предложил:
– «Антиамур», и посчитаем, что Веслав с самого начала был прав.
Разве что с выбором жертвы малость ошибся.
– Зелхес ничего не говорил о таком снадобье, - удивился домиций, загораясь некоторой надеждой. – Ох, это она… спрячьте меня куда-нибудь!
Никто из нас не успел открыть рот или предпринять еще что-нибудь, а сын местного правителя уже сноровисто схоронился под шкурой медведя неподалеку от камина. Почти в ту же секунду в комнату без стука заглянула Тилкида, которую он безошибочно опознал по звуку шагов.
– Вы здесь? – удивилась она, и от ее голоса по всему помещению сразу пошли флюиды энергии. – А все ищут вас за пределами замка… доминесса хотела пригласить вас на конную прогулку по окрестностям!
Йехар рядом со мной встрепенулся с надеждой. Веслав, которому не дали лишний раз подчеркнуть свое превосходство над дворцовым алхимиком, помрачнел и уставился на девушку, как ветеринар – на потенциально больную овчарку.
– А домиций Стэхар не заходил? – осведомилась Тилкида. – Мне говорили, он шел куда-то в этом направлении…
Шкура, мелко дрожа, медленно поползла подальше от голоса. Эдмус, непринужденно улыбаясь во все клыки, наступил ей на хвост.
– Заходил, конечно, но ушел пять минут назад, – с невинными глазами отовралась Бо. – М-м… прогулка? Охота? Может, вот на таких?
И она как следует пнула шкуру – это было предупреждение в ее стиле. Слабое «ох!», которое донеслось в ответ, удачно заглушил мой зевок.
– А-а, ну это кто попадется. Ксахар будет тоже, - добавила она и состроила гримаску. – И кое-кто из малого двора… А что говорил Стэхар?