Чтение онлайн

— Можешь не объяснять. — Шпоры его звякнули — он подошел ближе, и она почувствовала запах пастбищ и честной работы. — Не выезжай с ранчо без меня или бери с собой кого-нибудь из работников.

— Мы снова возвращаемся к этой теме? Если мне понадобится, я оседлаю Шалфейку и снова уеду, вот и все.

— Ты все еще новичок на ранчо. С тобой может случиться что угодно. Ты можешь заблудиться. Или заехать так далеко, что не успеешь вернуться до темноты, а ночью выходят охотиться койоты. Или бодливый бык нападет на тебя. Или лошадь твоя испугается гремучей змеи и сбросит тебя.

— Или появится Элвис Пресли и похитит меня средь

бела дня.

— Черт возьми, Энни, я не шучу!

— Какие уж тут шутки! Когда взрослому человеку указывают, что он может и чего не может делать в случае крайней необходимости или в свое свободное время, это совсем не смешно. — Она посмотрела на его упрямо выпяченный подбородок и добавила: — Послушайте, Джейк. Я знаю, вы смотрите на меня и думаете: «Она городская». Но вы не знаете одной важной вещи: я сама заботилась о себе и о своей сестре Габби с восьмилетнего возраста. Наша мать постоянно переезжала из города в город, стараясь найти работу. Где мы только не жили: бывало, в жалких гостиницах на два-три номера типа «удобства в конце коридора», но был однажды и маленький домик с самым настоящим садом! — Энни улыбнулась этому воспоминанию. — Лучше всего был, конечно, домик. Рядом с нами жил отставной инженер-железнодорожник, он-то и научил меня копаться в саду.

Джейк посмотрел на нее сквозь каштановые ресницы.

— Я все понял. Ты у нас железная женщина. — И он протянул ей небольшую плетеную корзинку. — Это я для тебя привез.

— Ой, сюрприз! Обожаю сюрпризы! Оно не кусается?

Джейк негромко засмеялся, и трепет объял ее до самых кончиков пальцев.

— Это зависит от того, какой смысл ты вкладываешь в слово «кусаться».

Заинтригованная, она открыла корзинку. Внутри на влажной травяной подстилке лежало маленькое растение с нераскрывшимся еще бутоном, корешки которого были выкопаны вместе с комом земли.

— Ах, Джейк! — Она отодвинула листик, и стали видны шипы на темно-зеленом стебле. — Это же роза. Где ты ее нашел?

— В каньоне Диких Роз. Элспет и Джош Стоун сначала поселились там. Прапрабабушка посадила розы возле хижины. Дедушка называл эти розы «шиповником ржавчинным». У них даже листья пахнут приятно.

Энни наклонилась и принюхалась:

— Действительно. По-моему, похоже на запах яблок.

И, повинуясь неожиданному порыву, встала вдруг на цыпочки и поцеловала его в щеку:

— Спасибо, босс.

Схватив ее за плечи, он стал медленно склоняться к ней.

Ее словно толкнуло к нему, и, вглядываясь в его потемневшие глаза, она замерла в предчувствии горячей волны, которая нахлынет, едва только его губы коснутся ее.

И вдруг он резко отшатнулся. Джейк смотрел на Энни, и рот его кривила мрачная усмешка. Он развернулся, зашагал к двери и вышел, ни разу не оглянувшись. Только шпоры тренькали в коридоре в такт его размашистым шагам.

Три часа спустя, когда ужин был закончен и Энни домывала посуду, в кухню вошел Трэвис.

— Я принес твою почту.

— Спасибо. — Она вытерла руки и взяла письма.

Трэвис ухмыльнулся, взял еще горячий пирожок с яблоками и подмигнул:

— Растущий организм потребляет много сахара.

Обратный адрес на одном из конвертов показался ей странным. «Ридженси энтерпрайзиз». Что им может быть от нее нужно?

Утро было солнечным и обещало жаркий день. Джейк размашисто шагал по тропинке к дому. По пути он сделал крюк

и заглянул в садик с южной стороны крыльца, где Энни посадила шиповник. Неужели через четыре месяца ему останется от Энни только вот этот колючий кустик?

Он понимал, что ему будет страшно недоставать этой кудрявой веселой девушки, и не хотелось даже думать о ее отъезде.

Он принюхался, уловил аромат свежевыпеченного хлеба и сам не заметил, как оказался на кухне, где Энни сидела и читала какое-то письмо.

— У тебя перерыв?

Она оторвалась от письма и улыбнулась — как-то очень уж весело.

— Так, маленький перерывчик. Хлеб испечен. Кухня вымыта.

Он сделал еще шаг к ней.

— Проблемы?

— Нет. Просто кое-что, о чем надо как следует подумать.

Ее скованность исчезла. Она вскочила на ноги.

— Пойдемте-ка. Мне нужен крепкий чернорабочий, чтобы передвинуть сундук на чердаке.

В коровнике было полным-полно работы, но он послушно последовал за ней по лестнице, с восхищением поглядывая на длинные стройные ноги и крутые бедра.

— Я залезла сюда вчера, надеялась подыскать картину, чтобы повесить над камином в вашей гостиной.

— Бери здесь что хочешь и вешай, как тебе угодно. — Джейк вошел вслед за Энни в маленькое помещение со скошенным потолком, которое для него было связано с множеством воспоминаний.

— Вот сундук, его надо бы сдвинуть, — сообщила Энни.

Он подумал, что она сейчас очень похожа на ребенка, который увлекся игрой в «спрятанные сокровища».

— Отойди-ка в сторонку, — сказал он. — Эта штука весит столько же, сколько ты сама.

— Ага, вот так. — Энни шмыгнула в образовавшуюся щель и ткнула пальцем в столик. — А это отнесите, пожалуйста, на крыльцо.

Он выпрямился и засунул руки в задние карманы брюк.

— Так мне и надо. Впредь поостерегусь заглядывать к тебе в кухню!

Он смотрел, как она не спеша поворачивается туда-сюда, рассматривая груды коробок, старую мебель.

— Некоторые вещи лежат здесь очень давно. — Он положил ладонь на сундук. — Этот сундук мой прадедушка привез из Бостона, так же как и молодую невесту. Сначала она возненавидела это место. Но осталась с мужем. Выдержала. Не сбежала.

Ладонь Энни легла на его рукав. Он почувствовал такое желание привлечь ее к себе, что мышцы его руки задергались.

— Джейк, — говорила между тем Энни, и голос у нее был какой-то тоскливый, — я так тебе завидую. Ты знаешь историю своей семьи. У тебя есть вещи, до которых ты можешь дотронуться и сказать: «Вот это принадлежало моей бабушке, моему прадедушке». — Ее пальцы крепче сжались на его руке. — А мы так много переезжали, что все, что мне осталось от моей бабушки, — одна выцветшая фотография.

Он заглянул в ее глаза. Взгляд ее был затуманен воспоминаниями.

Послышалось тарахтение автомобильного мотора, и непрочные чары были разрушены. Джейк медленно выдохнул.

— Бак вернулся. Привез муфту для насоса.

И он подхватил столик. Вслед ему раздалось:

— Столик надо поставить на крыльце, возле кресла, в котором Трэвис обыкновенно устраивается курить!

Джейк приостановился перед входной дверью. Может, она положила глаз на Трэвиса? Он пожал плечами и сказал себе, что, положила Энни глаз на кого-то или нет, не имеет значения, покуда она выполняет свою работу хорошо. Просто еще один аргумент в пользу того, что не стоит с ней связываться.