Раб моего мужа
Шрифт:
Квимбо, прикованный к столбу, едва стоял на ногах. По его жилистому темно-коричневому телу то и дело пробегала судорога.
— Для начала, — продолжил Джеймс, — паршивую овцу нужно клеймить, дабы каждый знал, что перед ним — неблагодарная тварь, посмевшая сбежать от своего господина.
Элизабет застыла от ужаса. Возле столба горела жаровня, а рядом с ней топтался Билл Браун, и только сейчас она заметила, что он держит железный прут, одним концом погрузив его в пламя.
— Ну что там? — нетерпеливо окликнул Джеймс.
— Все готово. — Надзиратель
— Джеймс, ты же не собираешься в самом деле… — пролепетала Элизабет, чувствуя, как между лопаток стекает холодный пот.
Он подошел к ней с мерзкой ухмылочкой на лице.
— Разумеется, собираюсь, моя дорогая. Я выжгу на его обезьяньей морде букву Б — «беглец». Вот здесь.
Он протянул руку и пальцем начертил у Элизабет на щеке воображаемую букву. Она отшатнулась. Муж хмыкнул и повернулся к Биллу Брауну.
— Ну что ты там возишься? Давай скорее!
— Да, мистер Фаулер.
С раскаленным прутом в руках управляющий приблизился к рабу. Тот в ужасе покосился на пылающее клеймо и чуть слышно пробормотал:
— Не надо, масса Джеймс! Прошу вас!
— Раньше надо было думать, — безразлично бросил тот.
— Пожалуйста, пощади его! — взмолилась Элизабет. — Он больше не будет сбегать!
— Угомонись! — отмахнулся муж. — Пусть радуется, что я не приказал отрубить ему ногу.
Томас схватил Квимбо за волосы и заставил поднять голову. Билл Браун ткнул его в щеку клеймом. Шкворчание горящей плоти утонуло в пронзительном вое раба. Пошел дым, запахло жареным мясом. Элизабет зажмурилась. К горлу подкатила тошнота, и она затаила дыхание, с трудом сдерживая рвоту.
Через несколько бесконечно долгих секунд вопль затих. Осмелившись открыть глаза, Элизабет увидела, что Браун отнял клеймо от щеки. На блестящем от слез лице Квимбо дымилась багровая «Б» с обугленными краями.
— Теперь порка бичом, — сообщил Джеймс. — Пятьдесят ударов.
По толпе прокатился изумленный вздох.
— Мистер Фаулер, может, лучше плетью, а не бичом? — осторожно спросил Билл Браун. — Пятьдесят ударов бичом — это верная смерть.
— Сдохнет так сдохнет, туда ему и дорога, — равнодушно бросил Джеймс.
— Нет, пожалуйста! — Элизабет вцепилась мужу в ладонь.
Он с раздражением выдернул руку и повернулся к рабам.
— Тот, кто отведет взгляд, займет его место, — отчеканил он, и негры нехотя подняли глаза.
Элизабет посмотрела на Самсона. Его широкие ноздри раздувались от гнева, кулаки были крепко сжаты.
Джеймс кивнул Брауну.
— Приступай!
Глава 10
Билл Браун отступил на шаг, поигрывая бичом. Длинный сыромятный конец с шуршанием вился по земле словно змея.
Управляющий размахнулся. Элизабет невольно зажмурилась. Свист, хлесткий удар, пронзительный вскрик. Распахнув глаза, она увидела, что Квимбо с воем вжимается в столб, а его спину наискось пересекает кровавая борозда.
Элизабет в панике взглянула
на свекровь. Неужели ее не возмущает такая жестокость? Но миссис Фаулер взирала на происходящее с напускным равнодушием, и только дерганые взмахи веера выдавали ее интерес. Нет, похоже, поддержки от старухи не будет.Управляющий немного полюбовался результатами своего труда, затем примерился для следующего удара.
— Погоди! — Джеймс вскинул руку, приказывая остановиться.
Он вальяжно прошелся вдоль толпы рабов, пристально вглядываясь каждому в лицо. Негры понурили головы и при приближении господина сжимались как потревоженные улитки. Лишь Самсон стоял, расправив плечи и не опуская глаз.
— Эй, ты! Иди-ка сюда! — велел ему Джеймс.
Негры расступились, и Самсон вышел вперед.
— Скажи, как твой прежний хозяин наказывал сбежавших рабов? — вкрадчиво поинтересовался Джеймс.
— У нас не было сбежавших рабов, сэр, — хмуро ответил Самсон.
— Неужели? Тогда мистеру Бэйли крупно повезло, что ему не достались такие неблагодарные твари, как этот пес. — Джеймс кивком указал на Квимбо, который с окровавленной спиной корчился у столба. — Скажи, как, по-твоему, я должен его наказать?
— Не знаю, сэр.
Несколько секунд Джеймс молча разглядывал Самсона, склонив голову набок, а потом вдруг приказал:
— Высеки его!
Элизабет подумала, что ослышалась, но муж повернулся к управляющему и велел:
— Дай ему бич!
— Э-э-э… — растерялся Браун. — Вы уверены, сэр?
— Уверен. Посмотрим, насколько ревностно этот ниггер выполняет приказы.
— Что ж, как скажете.
Браун протянул бич Самсону, но тот даже не шелохнулся.
— Самсон! — Джеймс повысил тон. — Сейчас же возьми бич и высеки этого ниггера!
Элизабет так стиснула веер, что несколько перьев хрустнуло в ее руках.
Самсон заложил руки за спину и отступил назад.
— Нет, мистер Фаулер. — Он помотал головой. — Я не стану этого делать.
— «Мистер Фаулер», — перекривил его Джеймс. — Вот умора! Ниггер разговаривает как школьный учитель. Не выделывайся, черномазый, говори как все! Для тебя я «масса Джеймс», понял?
— Да, масса Джеймс.
— Хорошо. А теперь возьми бич и высеки этого раба.
— Нет, масса Джеймс.
Чуть заметный ропот пробежал по толпе рабов. Джеймс подскочил к Брауну, выхватил у него бич и яростно хлестнул им землю под ногами Самсона.
— Делай, что тебе велено, мразь, или окажешься на его месте! — рявкнул он.
— Не буду! — буркнул Самсон, исподлобья глядя на него.
— Ну хорошо, тварь, ты сам напросился! — злобно выплюнул Джеймс. — Чак, Томас, живо привяжите этого ниггера к столбу!
Надзиратели схватили Самсона под руки.
— Последний раз спрашиваю, ты или он? — процедил Джеймс.
Ответом ему было молчание. Тогда он взмахнул рукой, приказывая продолжать.
Браун освободил Квимбо из кандалов. Ноги раба подкосились, и он свалился на землю.
— Уберите его, — велел управляющий.