Чтение онлайн

— Ей нельзя много. Сейчас повторится. Держись, пташка.

Руки сжали сильнее. Я начала чувствовать приход боли. Она была не такой сильной, надо держаться. Я едва слышно стонала от боли. Все знали, как плохо, но никто не мог что — либо сделать. Боль все нарастала. Огненная вспышка прокатилась по организму. Я старалась считать про себя, но постоянно сбивалась. Приходилось начинать по новой. Я не обращала внимание на внешний мир, сосредоточившись на внутреннем.

Боль отступила. Я была полностью вымотана, как собака. Дыхание сбилось окончательно. Но я заставляла вновь и вновь сделать

вдох.

— Молодец, красавица. Пей. — Ко рту снова поднесли стаканчик с живительным напитком. Я начала пить, преодолевая усталость.

— Скоро будет третий. Он же по идее последний. Мария, тебе надо держаться. Отдохнешь потом, когда эта гонка закончится.

— Я поняла, Даниэль. Постараюсь.

— Молодец. А теперь держись.

Я откинула голову на подушку. Резкая острая боль ворвалась в голову. Я её ждала и морально подготовилась, как лошадь перед скачками. Но вот ворота распахнулась, пуская её на новое соревнование. Я не могла ни стонать, ни шипеть, ни кричать. Просто лежала и терпела. Боль уже стала чем-то привычным и даже родным.

После боль прекратилась, и наступила темнота и тишина.

Я была где-то между небом и землёй. Ни там ни здесь. Я понимала, что нахожусь на грани. Как мне вернуться обратно не знаю. Какие-то невнятные голоса сквозь темноту. О чем там спорят? Надо проверить. Любопытно.

— Она не выдержала. Это слишком тяжело для столь молодого организма.

— Пока есть время и надежда. Иначе бы она давно остыла.

— Ты прав, Дмитрий. Но скорее всего, она уже не очнется. Организм сопротивлялся слишком яростно.

— Надо ещё подождать.

Чья-то рука прикоснулась моего лба. Я насторожилась. Они что, не чувствуют? Р-рр. Кому-то сейчас не повезёт с их невнимательностью. Моя мстя уже готова к воплощению. Осталось только ждать.

— Мы пойдем на охоту. Даниэль, останешься с ней?

— Конечно, идите. — Идите, идите. Оставьте друга на растерзание.

Дверь закрылась. Звуки прекратились. Даниэль тоже куда-то пошёл. Теперь мой выход.

Я скользнула с кровати, сделала муляж меня любимой и тихо побежала в укрытие. Теперь осталось только ждать. Предвкушающая улыбка сама возникла на лице. Давай, хороший, сейчас посмотрим, какой ты внимательный.

Даниэль вошел в комнату. С привычным видом он сел на стул рядом с кроватью.

— Ну что же ты? Я же просил бороться. Очнись, красавица. — Аж слезу пробивает. Даниэль привычно провел по «мне» рукой и замер. Я насторожились. — Не может этого быть. Как же так? Она же была только-то лько тёплой! Неужели не вернулась? — В голосе вселенская печаль. Я бы тоже почувствовала себя так же, наверное. Но ничего не вернуть. Пора продолжать. — Надо найти остальных. Они должны узнать об этом. Как же так?

Даниэль вылетел из комнаты. А свет включить не пробовал? Ну это его проблемы. Моя взяла. Только хотела лечь обратно, как опять дверь открылась, и вбежал Даниэль. За ним несся Ниран. Блин. За что? Я опять спряталась.

— Видишь? Она комнатной температуры.

— Дмитрий должен сам увидеть. Он не поверит.

— Ты прав. Пойдем.

Я перевела дух. Теперь надо вновь попытаться лечь. Как? Не знаю. Я опять попытались пройти. Ну что за…? Теперь Дмитрий

с Лероном. Как мне это надоело! Ни один не догадался включить свет! Все трогает подушки, удивляюсь чему-то . Сами такие выбирали. Долго наверное старались. Для меня.

— Дмитрий, я соболезную. Всегда тяжело потерять птенца, причем такого сильного. Эх, я к ней уже привык. Подожду за дверью. Дам попрощаться и проводить в последний путь.

— Ступай, Лерон. Спасибо, что помогал. — Дмитрий тяжело вздохнул.

Дверь за Лероном закрылась. Дмитрий молчал.

— Почему все так случилось? Надо было тебя тогда оставить с Алексом. Тогда ты бы была с нами.

Дмитрий достал коробок спичек и зажёг одну. Затем он бросил на кровать. Не глядя на то, что там лежит. Я понимала, медленно так, что это надо прекратить. Только как?

Я непринуждённо подошла к Дмитрию сзади и встала.

— Кого в путь последний проводил?

— Марию, моего птенца. — Дмитрий смотрел на пылающую кровать. Даже жалко меня стало. Зачем заживо сжигать? Эх, не понимаю. Красивая кроватка, удобная. Была.

— Она какой была? — Надо пособолезновать немного и узнать о себе.

— Такой юной и робкой. Одним словом, котенок. Спасибо, что поддерживаешь меня. — Дмитрий обернулся и застыл. — Ты же должна… быть… там…

— Ты за кого меня держись? Я не самоубийца, чтобы живьём сгорать. Если хочешь, то ляг туда сам. Мне что-то не хочется.

— Мария. — Прорычал вампир.

— Не я же не смотрела, что сжигают или кого. Почему ни один из вас не додумался это проверить? Нет, ну я не понимаю.

— Ну все.

Дмитрий набросился на меня, но я отпрянула в сторону. Вампир врезался в стул, и они вдвоем хорошо полетели, правда низенько — низенько. Я рванула к выходу, где стоял Лерон. Тот не успел отпрыгнуть в сторону, но машинально удержал от падения.

— Там… Дмитрий… беги.

Я мысленно посочувствовала шокированному Лерону и побежала дальше. Что ещё делать? Правильно, ничего. Позади раздался звук. Что-то увесистое упало на пол. Судя по ругательствам, Дмитрий с Лероном вместе.

— За ней! — Чего так орать? Все и так знают. Наверно.

Я пролетела ещё несколько развилок. Теперь окончательно заблудилась. Ау, лю — ди? Где вы все? Зато Дмитрия нет, и Лерона тоже. А я маленькая лошадка… на нелегальном положении. Я спустилась вниз и понуро пошла в поисках заветного выхода.

— Все хорошо, все хорошо. Ты справишься, Маруся.

Я все шла и шла. Множество дверей и ни одной заветной. Может броситься через окно? Вряд ли. Я полностью ушла в себя. Сзади послышались легкие шаги.

— Привет, птенец. Где Дмитрий? — Я от испуга резко развернулась, встретившись с изумрудными глазами вампира. Их обладатель был весьма удивлен такой реакцией.

— Д… Дмитрий? З… зачем он тебе?

— Проведать хочу. А что-то случилось? — Спросил Даниэль, наблюдающий, как я медленно отхожу назад.

— Да нет, ничего… страшного.

— Мария! — Не нравится его требовательность.

— Он просто… очень зол… на меня…. Лерон, кажется, тоже.

— Что ты натворила?

— Ты не сильно будешь злиться на меня? — Я сделала самый несчастный взгляд, на какой вообще способна.