Путеводные осколки
Шрифт:
– Я буду медсестрой! – гордо заявила Даша.
– Я тоже, – неожиданно сказала Валя.
Тюха решила, что будет разведчиком, но не стала об этом сообщать. Зато внесла предложение:
– Я покажу вам двор. Честно, все закоулки. Только давайте не будем прятать клад у той стены, где голубятня.
– Это ещё почему? – спросил Комар.
– Потому что дядя Лёша, – сурово отрезал Антон. – Если увидит тебя возле голубятни, накостыляет по шее.
– И выйдет нечестно, – добавила Тюха, – потому что тебе накостыляет, а мне – нет. Да там ничего сейчас и не спрячешь.
– Осталось
– Я уже принесла, – сказала Тюха. – Вот, посмотрите. Может, подойдёт?
Тюха вынула из кармана мешочек, развязала верёвку и показала всем горсть разноцветных кристаллов. Нинка высыпала часть осколков себе на ладонь, и они вспыхнули под солнцем, как настоящие драгоценности.
– Ух ты! – выдохнул один из «садовых» ребят.
– Что это? – спросила Даша. – Они настоящие?
– У моей бабушки в деревне большущий дом… – вдруг сказал Комар, заворожённо глядя в Нинкину ладонь.
– Петюня, помолчи, – привычно оборвала его Нинка и ссыпала стекляшки обратно в мешок. – Подумаешь, в деревне! Вот мы в прошлом году жили на море, под Евпаторией…
Тюха с Антоном удивлённо переглянулись. Но Нинка не стала рассказывать про море. Аккуратно завязала мешочек, вернула его Тюхе и сказала:
– Годится. Только учти: кто выиграет окончательно, тот забирает клад.
Тюха кивнула. Ей совсем не жалко было стекляшек. Она и собрала их для какой-нибудь игры.
Потом обе команды медленным шагом обошли двор, высматривая укромные места. Тюха шла молча, как и все: никто не хотел выдавать соперникам присмотренные тайники. И так же, как и все, она увидела свой родной двор как будто в первый раз. Увидела – и с грустью поняла, какой же он запущенный, почти трущобный.
Сараи, больше всего интересовавшие ребят, почти все были старыми, кривыми, покрытыми снизу осклизлой зеленоватой плесенью. Ближе к лету – Тюха прекрасно это знала – такая же плесень проступит на земле, и появится острый прелый запах с примесью крапивы и паслёнов. У Тюхи даже рот свело, когда она припомнила этот запах, одновременно резкий и гнилой, острый и вяжущий.
Куча каких-то досок у стены одного из сараев в давние времена была прикрыта куском толя – шершавым чёрно-серым материалом с вкраплениями не то слюды, не то песка. Кто, когда и зачем укладывал их в штабель и укрывал от непогоды, не помнила уже и тётя Катя. Толь обтрепался и порвался, доски от долгого лежания состарились и стали серыми. Из-под них росли разные сорняки, от которых сейчас торчали только высохшие стебли. А снег ещё лежал возле сараев грязными кучами.
На крышах снег уже растаял, зато там вышли на поверхность пласты опавших листьев, чёрные и мокрые. Со старых, полуразвалившихся сараев их никто не счищал. И замки с них давно исчезли, а двери стояли полуоткрытыми. Но проникнуть туда незаметно было не так-то просто. Перекошенные и разбухшие двери кое-где вмёрзли в лёд. Петли у них наверняка скрипели, а в снегу возле входа могли отпечататься следы.
Тюха отвернулась от сараев и вывела ребят к домам. На том краю, где стоял флигель дяди Лёши, Тоси, а теперь и Вали,
двор выглядел чуть получше. И флигель, и соседний с ним кирпичный трёхэтажный дом стояли крепко и прямо. Земля перед ними была засыпана угольным шлаком. Он скрипел под ногами, зато на нём не было ни луж, ни скользкой грязи. В песочнице на том конце двора даже и снега уже не осталось. Правда, песок был ещё мокрым, а лавочки – сырыми. А то бы на них уже сидели вечные старушки.Но стоило Тюхе перевести взгляд на свой дом, как она чуть не охнула вслух. Дом оказался совершенно кособоким. Одну из стен подпирало толстое бревно, наклонно врытое в землю. Тюха всю жизнь ходила мимо этого бревна-подпорки и лишь сейчас заметила, какое оно старое и чёрное, потрескавшееся от времени и непогоды. И крыльцо дома, которое она назначила трапом корабля, оказалось странным сооружением. На двух кирпичных, кое-как построенных столбах лежал какой-то щит – наполовину дощатый, наполовину фанерный. И кстати, спрятать под крыльцом мешок с сокровищем – не худшая идея.
Возле крыльца экскурсия закончилась. Осторожно ступая по доскам, проложенным через большую лужу, все выбрались сначала на пригорок, а потом – к пожарному бревну.
– У кого есть крепкий полиэтиленовый пакет? – спросила Нинка.
Это прозвучало так неожиданно, что даже хозяйственная Валя не смогла с ходу сообразить, о чём речь. Зато Петюня отозвался сразу:
– У меня есть. Мы все пакеты собираем, моем и сушим.
– Завтра принесёшь один, – отдала приказ Нинка. – Положим в него мешок с кладом. А то везде грязища. – Никто спорить не стал: идея была правильная.
– Встречаемся здесь в десять, – продолжала командовать Нинка.
– Лучше в одиннадцать, – сказал Антон. – Меня с утра могут отправить за картошкой.
– Ладно, в одиннадцать, – согласилась Нинка. – Ну всё. Пока. Мы пошли к себе на военный совет.
«Уличные» ушли в свой двор. Команда Антона осталась у бревна. Прежде чем проводить совет, им нужно было для начала познакомиться друг с другом. Выяснилось, что все мальчишки, как и Тюха с Валей, учились в 4-м классе. Двое уличных тоже были их ровесниками.
– Вы из какого класса – «А» или «Б»? – спросил Антон девочек.
– Я из «А», а Валя из «В», – сказала Тюха.
– Значит, в среднем из «Б», – сказал Антон с удовлетворением. – Мы с Колей и Китой тоже «бэшки», а «уличные» Мишка с Лёшкой – «ашки». У нас с ними классовая вражда.
– Какая вражда? – удивилась Тюха.
– Классовая. Ну, между классами. «А» против «Б». А у вас что, не так?
Тюха с Валей переглянулись.
– Нет, – сказала Валя. – У нас вообще не два класса, а три.
– А, ну тогда понятно, – кивнул Антон. – Ладно, давайте думать, куда будем прятать клад.
Первыми высказались Коля с Китой (по-настоящему – Никитой).
– Засунуть между досок, – сказал Кита.
– Положить на крышу под ветки, – предложил Коля. – Если залезть на эти доски, то я как раз достану.
В их команде он был самым высоким. Антон взглянул на Тюху с Валей.
– Это первое, что приходит в голову, – сказала Тюха.
– Наверно, они тоже будут прятать клад в этих местах, – поддержала её Валя.