Путь в зону
Шрифт:
Глава Седьмая
— Как прошло? — Спросил меня Сидорович, дав пройти и скинуть ношу с плеч.
— Тихо, — выдохнул в ответ, усаживаясь на стул и вытягивая ноги. — Майор Василенко мёртв и больше не сможет отравлять нам жизнь.
— Следы? — Сидорович строго взглянул на меня.
— Есть шанс, что всё спишут на его шуры-муры с бандитами, — невозмутимо ответил ему. — У них имелись определённые тёрки и вряд ли можно назвать их отношения совсем уж безоблачными. И да, судя по тому, что мне довелось услышать — это именно он под тебя копал. Либо ты на него работаешь, либо выметаешься отсюда.
— Он был слишком 'умён', чтобы до такого самостоятельно додуматься, — хохотнул заметно повеселевший торговец. — Я догадываюсь, кто его мог надоумить и пообещать прикрытие, но прямых доказательств нет. Да и связываться с тем человеком… как-то не хочется, — он задумчиво почесал небритый подбородок, явно обдумывая возможные последствия. — Ладно, без майора Василенко здесь многое должно сильно измениться. Слишком
Мы быстро собрались, благо там мало чего было брать, в основном приличный запас еды и питья на всякий случай, немного патронов для двустволки Юрки, да кое-что в презент руководителю 'Чистого неба' от Сидоровича. Я тащил свою добычу с блокпоста, даже не разобравшись с ней, хотя, по идее, стоило скинуть большую часть торговцу. Впрочем, такое решение способствовало запутыванию следов, вдруг кто-то из вояк обладает большими аналитическими талантами. Верится слабо, но всё же.
— Вот тут можно свободно пройти, видишь тот столбик? — Вытянул указующий перст Юрка.
Он сильно беспокоился на счёт моего аномального зрения, предлагая и мне нацепить прибор ночного видения. И это после всех прежних демонстраций возможностей.
— Угу, — коротко ответил ему.
— Иди за мной след в след, — Юрка наискось пересёк заминированную железнодорожную насыпь, оказавшись на другой стороне, я последовал за ним. — Дальше спускаемся вниз и ищем старую заросшую тропу, — продолжал вести меня молодой сталкер, давно работавший на Сидоровича курьером и хорошо знавший все ближайшие окрестности Зоны.
Тропу мы благополучно отыскали, а затем по ней спустились в пологий распадок, под заливистый лай сопровождавшей нас собачьей стаи. Нападать собаки не решались, было их явно маловато, но держали, суки, в постоянном напряжении. Да и других хищников могли привлечь. Благо хвостатые преследователи вскоре заметили другую потенциальную добычу — то ли олень, то ли ещё кто-то достаточно мелкий, я плохо разглядел в зарослях кустов, и увязались за ним. Дальше мы шли в почти полной тишине, нарушаемой лишь звуками наших шагов и долетающими далёкими голосами охотящихся хищников. Кто-то кого-то догонял и потом шумно пожирал добычу, отбиваясь от подваливших к пиру конкурентов. Издалека долетел едва различимый треск длинных пулемётных очередей. Стреляли где-то у самого внешнего периметра, выпустив по паре полных коробов на ствол. В кого, куда — загадка. Через час с чем-то безостановочного пути мы подошли к самой границе 'Прибрежных болот'. Я хорошо видел одиночные аномалии, потому мы сильно экономили время на проверке безопасности тропы камешками. И вообще ночью в Зоне слишком опасно ходить. Те же 'душегубки' и днём-то хрен заметишь, а ночью вообще без шансов. Да и детектор запросто может подвести. А ведь есть и другие практически невидимые аномалии, но они живут ближе к центру Зоны. Один раз я на полном ходу влетел в подло перекрывший тропу 'разряд', помог активный 'изолятор' на моём поясе. 'Разряд' лишь слабо заискрился на своих концах, повысившееся диэлектрическое сопротивление воздуха вокруг меня не дало ему нормально сработать, и накопленный заряд растёкся по сырой земле. Юрка недовольно покачал головой, осторожно обошел потенциально опасную зону и пошагал за мной дальше. Если бы кто-то сейчас преследовал нас по пятам — ему бы вряд ли удалось держать столь высокий темп.
— Их там до дюжины, — тихо поделился наблюдениями с напарником, пристально осмотрев развалины хутора, стоявшего на нашем пути.
Хутор располагался за деревянным мостом через достаточно глубокую и относительно широкую речушку, втекающую в болота из глубины Зоны. Её легко перейти вброд, глубина мне примерно по шейку, но лезть в холодную осеннюю воду сильно не хочется. Да и берега топкие, можно хорошо завязнуть. А за мостом сразу прикрытые ворота хутора, где моё зрение выделяет присутствие живых людей. Вокруг разросшиеся кусты ивняка и обширные заросли сухого камыша. Сунешься в них — поднимешь много шума. При ветре они сами хорошо шумят, и тогда имел бы смысл идти вброд и дальше через камыши, но сейчас штиль и полная тишина. Любой звук, любой шорох воспринимается как сигнал тревоги. Другого моста поблизости точно нет, здесь единственный удобный проход со 'Старого кордона' к 'Прибрежным болотам' и дальше до деревни Грязево через болота.
— Ладно, делаем так, тихо проползаем на ту сторону, ты
на цыпочках проходишь вперёд и обходишь жилой дом с правой стороны, там вроде никого, я тебя прикрываю сзади. Кто дёрнется — сразу падай на землю и просто не отсвечивай, сам разберусь, — просчитав в уме возможные варианты, я принял решение рискнуть.— Да ты крут, Бёрш! — Тихо хохотнул Юрка. — Вот так, один, да на целую толпу бандюков, пусть и сонных.
— Повезло добыть кусочек 'бус' сам знаешь где, потому могу чуточку пофорсить, — поведал ему о своих возможностях выжить в возможной перестрелке.
— Как скажешь, — более опытный напарник легко отдал мне лидерство в нашей маленькой команде.
Мы тихо прокрались через весь хутор, так и не потревожив спящих, выбравшись на хорошо протоптанную тропу, ведущую в самый центр болот от островка к островку по мосткам из тонких жердей. Само болото практически непроходимо, так как представляет собой сильно заиленный речной затон. В этом иле легко утонуть. Аномалий тут нет, это ведь практически самый край Зоны, зверьё хорошенько повыбили бандиты, а монстры если и забредают, то живут очень недолго. Судя по карте, нам нужно искать ответвление тропы, идущее в сторону реки к большому возвышающемуся над окрестностями заросшему лесом острову, где и устроило базу 'Чистое небо'. Вот только бандиты могли разобрать мостки, и нам придётся лезть через грязь, другого пути к базе нет. На поиск ответвления ушли остатки ночи и хмурого утра. В конечном итоге нужный островок, с которого должно начинаться ответвление мы опознали, только вот самого ответвления больше не существовало. Бандиты действительно разобрали все мостки и вдобавок постарались скрыть следы работ, воткнув срезанные ветки с кустов в землю. Мы получили готовый материал для лыж-болотоходов. Пара часов возни и готово. Наступило утро, поднялся ветер, шум сухого камыша надёжно заглушал нашу возню и тихую ругань. Когда же мы уже были почти готовы двигать дальше, пришлось пересидеть в камышах, дожидаясь, когда мимо нас пройдёт большой отряд бандитов. То ли пересмена на хутор то ли группа охотников-заготовителей. Я насчитал восемнадцать человек, одетых в спортивные штаны и куртки, как мне позже рассказал Юрка, которому я поведал о своём удивлении чужой глупостью — это 'форменная одежда' бандитов в Зоне. У бандитов здесь сложилась чёткая иерархия, и одеваться в 'спортивном стиле' разрешается только блатным. Всем прочим за несоблюдение дресс-кода может крепко перепасть, сталкера в бандитских шмотках запросто убьют как свои, так и чужие. Авторитеты же ходят в исключительно дорогих кожаных плащах, подручные главарей ходят в коричневых, а сами главари в чёрных. Таким образом, их легко отличить друг от друга. Вольные сталкеры же одеваются, как и мы сейчас — в туристические костюмы, одежду для охотников и рыболовов, а также специальные защитные комбинезоны 'Заря', 'Сева' и некоторые другие. У сталкерских группировок же имеется своя хорошо отличимая от других форма одежды и варианты защитных комбинезонов. Всё это суровая необходимость, о которой мне стоит хорошо знать, чтобы не попасть в крутую переделку. Ибо в чужаков сначала стреляют и лишь после разбираются — попали или нет.
Доделав болотные лыжи, мы благополучно перебрались на другой островок, а затем и на следующий, с которого уже шли мостки в нужном нам направлении, и ещё через полчаса перед нами показался берег большого острова. Но взойти на него помешала пространственная аномалия, закрывавшая остров со всех сторон. Вскоре на наши КПК одновременно пришли запросы-сообщения, мы ответили, где сейчас находимся и вскоре к нам вышел проводник. Неразговорчивый парень в весенне-осеннем рыбацком камуфляже с помповым ружьём в руках. Внимательно осмотрев нас с ног до головы, видимо сверяясь с переданными ему приметами, он явно удовлетворился, и, махнув нам рукой, предложил следовать за ним. Причём, именно в том месте, где нас раньше не пропустила аномалия. Теперь же мы даже не заметили прохода через неё. Мы углубились в густой лес, а затем вышли к расчищенному от растительности пространству с достаточно свежими постройками из брёвен и досок. Два длинных барака, аляповатое двухэтажное строение с дополнительными пристройками, несколько щитовых садовых летних домиков. В окнах нормальные стёкла, на крышах гудрон, всё выглядит вполне обжитым, хотя людей и не видно.
— Проходите-проходите, гости дорогие, — раздалось приглашение из пристройки к двухэтажному строению явно адресованное нам.
Наш проводник уверенно повернул туда, мы последовали за ним.
— Позвольте представиться, профессор естественных наук Белов Виталий Юрьевич, — поднялся из-за обеденного стола с большим медным самоваром к нам навстречу подтянутый мужчина лет сорока пяти или чуть старше.
Чуть ниже меня ростом, короткая стрижка седеющих волос, аккуратная бородка с серебряными полосками седины. Одет в шерстяной пиджак, под ним серый свитер. На дворе-то уже поздняя осень, прохладно.
Мы по очереди представились ему своими именами в Зоне, и, получив приглашение, уселись за стол, отведать ароматного чаю и поговорить. Хотя я бы предпочёл сейчас крепко вздремнуть, вторые сутки на ногах.
— Я хорошенько задолжал Сидоровичу, потому выполню его просьбу, временно укрыв вас у себя, но знайте — ваше присутствие нас не сильно радует, — профессор сразу же выложил карты на стол, дав нам сделать лишь по паре глотков чая. — Мы и так шестой месяц сидим в полной блокаде, а припасы, знаете ли, совсем не безграничны. Да и мне бы хотелось, чтобы о моих исследованиях знало как можно меньше людей.