Чтение онлайн

— Ты знаешь, за что мне дали «Ариалу» — первую планету-прародительницу?

— Откуда?

— До Руны думал, за успешную подрывную деятельность на своей варварской планете, Земле. Но девочка смогла вправить мне мозги. Формулировка была: «за мужество и любовь». Там набежало по совокупности. На станцию Дианы высадился десант, оставшаяся же прикрывать отход мечница не справлялась… Вот я и пошёл её спасать, а заодно прикрывать Валери и Ведьму. Девочку не спас, зато десант покрошил основательно, Высшие смогли уйти. Достаточно для награды? Не уверен, если честно. Да, я пошёл умирать за своих женщин. Но до того было ещё одно, кошка. У Ведьмы на Земле ехала крыша. Она там больше четырёх лет одна проработала, в состоянии непреходящего напряжения, а местные ей плохо подходили для разрядки. Тогда-то она меня и нашла. Я помог ей мозги на место поставить. Ни о какой ломке тогда не могло быть и речи, ей нужно было как раз то, что я мог дать: инициатива в любовных играх. Честно говоря, не уверен, что обычный

республиканец смог бы её тогда вывести из состояния психического срыва. Скорее всего, ему бы тоже прилетело. Но мне удалось. Вот за все эти факты вместе и дали высшую награду. Ведь я спас не просто Высшую, я ей ещё и кондиции помог сохранить, что очень ценится. Мне рассказывали, Орден не всегда может помочь в таких ситуациях, а я помог. Потом была Валери. У неё тоже была масса психологических проблем, она была слишком нетерпима к внешникам. Но встретила меня, и — о чудо! — сама же на нашем крейсере готовила мою десантную партию! Набранную из внешников! Участвовала со мной в переговорах, вообще во всей ситуации командования Сопротивлением в Литании участвовала. А ты знаешь, что она притащила туда сразу двух андроидов? Чтобы они в случае её смерти меня прикрыли в Республике. Знала, что здесь найдётся масса таких же самоуверенных, всё знающих девчонок, как ты. И знаешь, что самое поразительное во всей этой ситуации? Андроиды, когда увидели наши с ней отношения, посчитали ломку опасной. Посчитали, что ломка может навредить нашим отношениям. Мы с Ле, кровной Валери, очень долго друг к другу притирались. Секса с кровными не было. Только когда Ле смогла меня убедить в том, что является полноценным членом нашей с Валери семьи, когда доказала, что такая же девчонка, как и прочие республиканки, а не робот в юбке. Только после этого мы с ней переспали. Представляешь, какой такт проявила андроид? А теперь ты ведёшь себя хуже андроида… Согласись, уж кто-кто, а андроид в Республике точно знает, как работать с мужчиной. Или и в этом сомневаешься?

— Да быть такого не может! Чтобы андроид посчитала ломку опасной… Я первый раз подобное слышу! — Мира была реально удивлена. — Хотя… Им же вредны твои поля… Даже опасны для жизни… У тебя же, как оказалось, иногда включается защита, даже без участия сознания… Логично, Кошак. Так что ты мне тут зубы не заговаривай! Логика андроидов никакого отношения к ломке не имела. Что до Высших… Ты же сам сказал, что Ведьма была неадекватна, да ещё и в чужеродной культурной среде. С Валери вообще всё сложно. Она, как свойственно Высшим, смогла переосмыслить собственные ошибки, училась терпимости к внешникам. Ты мог просто быть её психологическим ключом к этому. Тёмная Мать через тебя работала над своими кондициями. Через эмоции — хочу заметить. Не через рассудок. То есть через эмоции она нашла путь совершенствования своих интеллектуальных потенций. Так что с ломкой у вас всё было ещё впереди, или даже в процессе — она запросто могла вести свою игру настолько тонко, что ты просто не замечал. Никто не замечал.

Я тяжело вздохнул и неверяще уставился на ариалу. Похоже, она упряма настолько, что любому факту пытается найти удобное для себя обоснование. Даже не пытается сопоставить всю их совокупность — они же цепляются друг за друга.

— Ты непробиваема, девочка. Настолько закостенела в своём упрямстве… Воистину, Ле была куда критичней и человечней…

— Сейчас договоришься, Кошак! — рыкнула Мира, недовольно поблескивая на меня глазками. — Если нет аргументов, так и скажи!

— Ладно, давай дальше. Тина А`Гийн. Она жива только потому, что я проявил инициативу и не подчинился приказу уничтожить разведбот внешников, на котором её перевозили. Вместо этого обманул капитана, выманил его из корабля, и мы с Валери зачистили команду. Но её к тому времени уже подвергли пытке с помощью секс-технологий. Валери упросила меня попытаться помочь, попытаться вправить мозги и ей. Я попытался. Получилось. Но для этого пришлось не просто выполнять роль республиканского болванчика. Пришлось проявлять инициативу в постели, вовсю использовать поля, буквально заставлять Высшую подчиняться, когда считал это нужным для лечения её психики. Как результат — сохранённые кондиции Высшей. Да, получился интересный побочный эффект: она не может со мной спать, предварительно не подрав когтями. Жёстко дерёт, как умеет только она. А потом… потом у нас всё просто замечательно. Да вы и сами убедитесь, когда она в гости ко мне наведается. Поэтому у меня вопрос, Мира: если бы на моём месте был обычный республиканец, что стало бы с Высшей валькирией?

— Ну, здесь твоя наглость и отсутствие дрессировки сыграли в плюс. Но это скорее исключение.

— Исключение?! — зашипела Сайна. — Ты что, не помнишь, как они с Валери работали на планетах? Да будь он обычным республиканцем — их бы давно в оборот взяли! Вся его операция в Литании оказалась возможна только потому, что он не был сломан по-республикански! Может поэтому Ведьма так над ним трясётся? А Львица признаёт её в своём праве? Потому что не доверяет своим орденкам, которые походя могут его сломать?

— Что-то ты в такие дебри полезла, сестра, — поморщилась Мира. — Предположение на предположении. Бред всё это. Андроиды навели меня на самый важный вывод: твоей

дрессировке мешает пелена. Её нужно нивелировать, и всё, можно с тобой нормально работать. Я подумаю, что тут можно сделать, а пока давай, ложись, буду тебя трахать. Тебя ведь вся стая приняла? Приняла. Я — часть стаи. А что это значит? Будь добр, ложись исполнять свои прямые обязанности, кот!

— Ты неправа, Мира, — с серьёзной миной на лице вступила в разговор Рита. — Ты знаешь, как работает моя голова. Так вот: из его слов чётко следует вывод о недопустимости ломки.

— Да ну тебя, Рита! Ограничил тебе своими словесами свободу манёвра, вот ты и делаешь неверные выводы из нагромождения отрывочных фактов. Да и как это связано с потрахаться? Кот, почему ты ещё не лежишь?!

— Потому что сказал: не притронусь к тебе до тех пор, пока за голову не возьмёшься.

— Как видишь, уже взялась. Даже твои аргументы выслушала. Так, Сай, а ты чего ерепенишься? Обещаю черту не переходить. Да ты всегда можешь сама за имплант взяться — разрешаю.

— Стану я у тебя спрашивать! — фыркнула рыжая, но с меня слезла.

Я тут же попытался ретироваться, но не тут-то было! Брюнетка была быстрей и техничней. Всё просчитала, чертовка! Завалила, в несколько ударов и бросков перевернула на спину, и тут же деловито оседлала. Вытянулась на мне, так и постанывая в предвкушении, зашептала в самое ушко:

— Я вообще-то не тупая военщина, Кошак. Ты явно валькирий с внешниками путаешь. У меня по истории аттестат, социология, так вообще — любимая наука. Статейки регулярно пишу всякие. Так что ты мне не заливай про высшие интересы. Республике самостоятельные мальчики без надобности — если только как Сай, чтобы разнообразие в сексе создавать. Но я тебя совсем уж сильно зажимать не буду: обещаю. Ты и меня, и эту рыжую ублажишь, ещё и другим останется.

— Ты… можешь… Тине позвонить… — кошка не по-детски впилась в мой имплант. Сознание начало уплывать, подёргиваясь дымкой влечения. Возбуждение рвало восприятие на куски, и сопровождайся оно удовольствием, сознание бы давно уплыло окончательно. Кошка же… словно специально не дожимала до конца, оставляя мне маленькую лазейку, позволяя сохранять относительную ясность мышления.

— Если каждая валькирия из-за разногласий в стае начнёт дёргать Высшую, та свои кондиции утратит — не то, что компетенции! Сами у себя всё решим, Кошак. Ты лучше не лежи бревном, покажи свою хвалёную инициативу… Глядишь, я и передумаю тебя доламывать… Или чуть отложу этот увлекательный процесс…

— Иди ты!..

— И не подумаю! Да ты и не хочешь, чтобы я с тебя вставала. Ведь не хочешь, а?

— Отпусти имплант… и тогда… узнаешь…

— Э, нет! Ты вот сейчас скажи!

— Хочу, но не тебя… Толку… от… тебя… как… от… бревна… сверху…

Валькирия звонко рассмеялось, но смех быстро перешёл в стон.

— А с тобой весело! Повезло нам с котом, тут Сай права. Ты лучше побыстрей кончай дурака валять, и сразу в полной мере ощутишь, какой с меня толк. Всего-то и нужно, что начать исполнять команды и чётко усваивать алгоритмы действий в той или иной ситуации. Ты ведь умный мальчик, должен всё чётко усвоить. На полигоне ты себя отлично показал! И тактика, и стратегия, а уж дури твоих полей на троих мечниц хватит! Нет, мне льстит, что тебя нам отдали. Настоящую валькирию из тебя сделаем! С поправкой на пол, разумеется…

Разложила меня чертовка знатно. Самое поганое, я никак не мог совладать с ней физически — некоторые республиканки порой демонстрировали просто чудовищный уровень подготовки, заоблачное личное мастерство, как рукопашников. Эта бестия была как раз из числа подобных уникумов. У нас в стае таких было аж трое — Викера, Триша и она. Ещё Милена была хороша, но с ней хотя бы можно было попытаться что-то сделать, с этими же… Не мой уровень, и всё, да ещё и физической силы им было не занимать. Даже эта ариала выделялась, хотя и не метиллия ни разу. Видно, отличная наследственность вкупе с серьёзной примесью крови метиллиев. Но даже если бы и совладал… Против импланта могла помочь лишь пелена, но её из этических соображений использовать против сестёр было не принято. Не поймут. Даже если прав, всё равно огребу, да ещё и авторитета лишусь, а это для меня в подобном змеюшнике смерти подобно. И пока не настала по-настоящему критическая ситуация, лучше не усугублять. Придётся терпеть. Тем более, девчонки по-любому потом приведут в порядок, та же Миска обещала, да и Сай вряд ли будет стоять в сторонке. Вон, небось уже прикидывает, как будет использовать моё состояние. Меня, можно сказать, для неё добрых полчаса обрабатывали! Как по заказу! Грех этим не воспользоваться. И точно — вон как глазки у девочки блестят.

А приходилось мне несладко. На этот раз я вообще не понимал, что именно происходит с телом. Какие-то серии уколов… Или вообще непрерывное воздействие… Корёжило так, что я орал и рычал, пытался прижать развалившуюся на мне брюнетку сильней, вжать её всю в себя, чтобы, наконец, ощутить хотя бы толику удовольствия. Но она не давала ни грамма. Зато себя явно не обижала — то и дело слышались глубокие стоны, над ухом раздавалось частое-частое дыхание. Это ещё больше сносило крышу — почище всякой сексуальной техники. Но вот моим мукам пришёл конец, Мира наконец насытилась. Только, уже вставая, сверкнула напоследок глазками и бросила: