Чтение онлайн

Но вчера прошёл дождик, и я заметил кое-что, от чего настроение слегка подкисло. Сверху, где прутки торчали из раствора, на месте изгиба проступал рыжеватый песочек. Провёл пальцем и палец окрасился ржавчиной. Деготь впитался в арматуру и дал отличное сцепление с камнем, но от коррозии защитил не полностью. Собственно, система при анализе и не обещала антикоррозийных свойств, хотя в моём мире любой дёготь отталкивал воду и не растворялся в ней. Особые материалы – особые правила, ничего тут не поделать.

Зато внутри раствора арматура осталась вполне себе целой. Ни ржавчины, ни крошения, прутки потемнели от дёгтя, но держатся крепко. Выходит, пока камень защищает арматуру

от влаги снаружи, всё работает как надо. А если ещё и пеком обмазать фундамент по совету Хорга, то влаге вообще некуда будет деваться.

– Неплохо, – процедил Хорг, разглядывая разлом. – Крепко сидит. Но дёгтя мало, хватит ли?

– Хороший вопрос…

– Ладно, дальше давай.

Четвёртый столбик, тот, где я пропитал арматуру Основой, пока Хорг не видел. Зубило зазвенело, и этот образец оказался не менее упорным, чем предыдущий. Раствор отходил тяжело, кусками, и Хорг ворчал сквозь зубы, отбивая корку за коркой. Ещё минут пятнадцать тяжёлой работы, и до арматуры наконец добрались.

Прутки вышли из раствора целыми и гнулись без хруста, что уже неплохо. Хорг взял один, согнул, разогнул, согнул снова. На месте изгиба тоже проступил рыжеватый песочек, но даже чуть меньше, чем на дегтярном образце. Сцепление с раствором отличное, почти как у третьего столбика, и арматура внутри камня чувствует себя прекрасно.

– Чем ты его намазал? – подозрительно прищурился Хорг.

– Ничем, – я пожал плечами, изобразив на лице полнейшую невинность. – Ты же сам оставил его без покрытия.

Хорг покосился на меня, явно не поверив ни единому слову, но углубляться в расспросы не стал. Бывают вещи, которые проще не замечать, и Хорг в этом деле большой мастер.

И что в итоге получается? Пропитка Основой даёт примерно то же, что железный дёготь: хорошее сцепление с раствором, неплохая защита внутри камня, но на открытом воздухе арматура всё же подвержена ржавчине. Результат примерно одинаковый, зато взаимозаменяемый. Дёгтя мало и добывать его непросто, а Основа есть почти всегда, плюс самой основы нужны совсем крохи, единички на столб вполне достаточно. Так что в случае крайней нужды можно обойтись и без дёгтя или наоборот, без Основы.

– Ну и последний, – Хорг подошёл к пятому столбику и по лицу было видно, что долбить ему порядком надоело.

Ударил, и зубило отскочило так, будто Хорг стукнул по наковальне. Ударил ещё раз, сильнее, потом ещё. Потом снял рубаху, сплюнул на ладони, перехватил молоток поудобнее и принялся колотить с такой яростью, что на нас обернулись мужики с дальнего конца площадки.

Прошло десять минут тридцать, не меньше, Хорг обливался потом, зубило затупилось, молоток звенел на всю округу, а столбик стоял как ни в чём не бывало. По поверхности пошли трещины, но неглубокие, в толщу камня они не шли. Раствор не раскалывался, а как будто пружинил, принимая удары и не сдаваясь.

– Да чтоб тебя, – Хорг утёр пот со лба рукавом и с удвоенным остервенением вернулся к работе.

Я не вмешивался и не предлагал помощь, потому что, во-первых, мне нечем помочь, а во-вторых, прерывать Хорга в таком состоянии всё равно что лезть к медведю, который разоряет улей. Сел на землю, скрестил руки на груди и принялся наблюдать.

Ещё через пятнадцать минут столбик наконец сдался. Хорг расколол его надвое мощным ударом, и обе половинки разлетелись в стороны. Внутри арматура выглядела жалко, прутки превратились в мягкий рыжий пластилин, не держали даже собственного веса и при касании рассыпались в труху. Защиты ноль, влага в бетоне, дождь и воздух съели их без остатка. Но сам раствор – это совсем другая история. Плотный, тяжёлый,

монолитный, с гладким зернистым разломом, в котором не было ни единой поры и ни одной трещинки. Железный дёготь в замесе сделал своё дело, и сделал его превосходно.

– Однако, – Хорг повертел обломок в руках, постучал по нему костяшками пальцев и прислушался к звуку. Звук вышел глухой и плотный, как от каменной плиты. – Нутро сгнило, а камень зверский. Как так-то?

– Дёготь работает на раствор, а не на арматуру, – я подобрал второй обломок и тоже осмотрел. Внутри от прутков осталась только ржавая пыль, рыжеватая мука, которая сыпалась при каждом движении. Зато сам камень выглядел так, будто его залили не пару дней назад, а лет пять, и всё это время он набирал силу где-нибудь под землёй. – Арматуру без защиты нельзя оставлять, это ясно. Но раствор с дёгтем получился такой, что выдержит и без арматуры, было бы куда его залить.

Хорг опустил обломок на землю и задумался, глядя на ряд раскуроченных ямок. Пять экспериментов, пять результатов, и картина складывается вполне однозначная.

Масло и пек для арматуры бесполезны. Сцепление с раствором никакое, защита от ржавчины сомнительная, овчинка выделки не стоит. Дёготь на арматуре работает отлично, даёт и сцепление, и защиту внутри раствора, но снаружи всё равно ржавеет. Основа на арматуре даёт похожий результат, чуть хуже по сцеплению, чуть лучше по сохранности, а дёготь в самом растворе превращает хрупкую известковую смесь во что-то, о чём даже Хоргу нечего сказать кроме «зверский камень».

Вывод напрашивается сам собой. Арматуру пропитываем Основой, это и дешевле, и проще, и дёготь экономим для замеса. В раствор добавляем дёготь, благо хватает пары капель, больше и не нужно. Снаружи фундамент обмазываем пеком, как Хорг и предлагал, и пусть влага ищет себе другую жертву.

– Ну всё, – Хорг упёр руки в бока и расправил плечи. – Начинаем лить фундамент. И ты с кирпичом своим не затягивай, бери людей сколько понадобится.

Откуда-то из-за деревьев послышался стук копыт и скрип колёс. Обернувшись, мы увидели, как сквозь заросли на краю участка продираются три крупные повозки, гружённые известняком. Кони тяжело переступали по вязкой земле, возницы матерились вполголоса, а камень в кузовах подпрыгивал на ухабах и грозился вывалиться при каждом повороте.

– Куда катите? Левее! Ставьте там! – Хорг сорвался с места и побежал навстречу, размахивая руками. – А вы чего встали? Бегом разгружать!

Он убежал указывать, куда чего сгружать, а я так и остался сидеть среди расколотых обломков и ржавой трухи. На моём участке хозяйничают тридцать с лишним человек, катаются повозки, кони пытаются найти на вытоптанной земле хоть одну травинку. Сам участок уже давно не тридцать соток, расползся во все стороны и продолжает расти. Десяток мужиков орудуют мотыгами, кирками и лопатами, копают свежие ямы для обжига, кто-то месит глину, кто-то бросает белые камни в известковые ямы, а кто-то таскает дрова. Ещё недавно тут стоял один навес и пара кривых ямок, а теперь разворачивается настоящее производство.

Ну а я чего? Я этот процесс, можно считать, и запустил. Но Хорг прав, кирпич нужен, и нужен вчера.

Встал, стряхнул землю с коленей и подошёл к кучке из пяти мужиков, которые стояли, прислонившись к телеге, и старательно изображали бурную занятость. При виде убежавшего Хорга они расслабились и переговаривались, посмеиваясь. Один ковырял ногтем занозу, второй рассматривал облака с такой сосредоточенностью, будто искал в них знамения. Они думали, что пока Хорг отвернулся, можно не работать. Ну да, как же. Всем придётся упахаться.