Чтение онлайн

— Эл, успокойся и сядь. Мы тебя поняли, — остановил я лучника, — Тиана свою ошибку осознала. Остальные тоже прониклись. Кстати, Тин, ты все же постарайся усвоить, что драгоценности здесь можно просто купить. Дорого, конечно, но вполне реально.

— Кстати о деньгах, — перевел я взгляд на командира.

— Пятнадцать золотых, — кошелек с глухим звоном упал на стол, — давайте делить.

— А чего там делить-то? — удивился Мэт. И так понятно, что каждому по три.

— Ничего подобного, — возразил Элеандор, — одна десятая идет гильдии.

— Полтора золотых, — сосчитала Софья.

— Итого, каждому остается… —

Элеандор почиркал что-то на листе бумаги, — по два золотых и тридцать пять серебрушек.

Перед каждым лежало теперь по горстке монет. Элеандор записал результат в блокнот. Солидный такой блокнотик, в кожаной обложке с тиснением.

— Мы еще мэтру часть должны отдать, — вспомнила Софья, — четверть.

Элеандор снова зачиркал на бумажке. Я попытался тоже вычислить причитающуюся мне долю, но запутался с переводом в медные и серебряные монеты, так что Эл сосчитал первым:

— От каждого по 33 серебряных, 37 эри и одной менке.

— Предлагаю остановиться на 33 серебрушках, — внес предложение Матеуш, — чтобы с медью не возиться.

— Не возражаю, — кивнул я. Сумма-то не изменится, а деньги мне не к спеху.

— Завтра идем на рынок, — повеселела Софья, пряча монеты в кошелек. Лэнг славится своими кружевами, так что без парочки шалей я отсюда не уеду, так и знайте!

До полудня гуляли с Софьей по торговым рядам и лавкам. Она же помогла выбрать изящную кружевную шаль для Ниа. На самом деле, шаль я купил практически сразу, но делать было все равно нечего, так что я составил девушке компанию. В пятнадцатой, наверное, по счету лавке нас и нашли Элеандор с Мэтом.

— Дарри, мы нашли лошадь для Тин, — тон у лучника какой-то смущенный.

— И? — осторожно спрашиваю я.

— Нужны деньги, — вздыхает Эл.

— Это понятно. Сколько?

— Сто пятьдесят золотых.

— Сколько?! — Возмутился я — Ты издеваешься?

Элеандор только руками развел.

— Тин вцепилась в гриву лошадки и отказывается уходить, так что ты нам в любом случае нужен. Либо платить, либо Тиану оттаскивать. Предупреждаю: оттаскивать придется в бессознательном состоянии; уговоры на нее не действуют. Да и сам понимаешь, то, что мы вообще такого коня нашли — уже чудо.

— А поторговаться?

— Изначально цена была двести.

— Это что же за лошадь-то такая? — удивилась Софья.

— Дарри, так у тебя есть такие деньги? — уточнил лучник.

— Деньги-то я найду, — неохотно кивнул я, — вопрос, как вы их будете отдавать? Сумма-то делится на всех. По тридцать золотых с носа. Так что вы решайте — берем или нет.

— Берем, — тут же высказался Элеандор.

— Обойдется, — отрезал Мэт.

— А объясняться с Тин, видимо, будешь ты? — посмотрел на него лучник.

— Мэтр, а это не последние ваши деньги? — решила прояснить обстановку Софья,

— Кажется, еще нет. Дойдем до банка — узнаем.

— Тогда я за покупку, хотя такая сумма у меня в голове не укладывается, — вздохнула девушка.

— Да уж, — поддержал ее брат, — теперь нам придется брать только самые дорогие заказы.

На счету, конечно же, деньги еще остались, но расставание с такой суммой все равно испортило настроение, так что на рынок я с остальными не пошел. Оценить покупку я смог только когда сияющая Тиана ввела ее во двор таверны. То, что кобыла не шарахалась

от Тин уже чудо, но и сама лошадка весьма примечательна. Невысокая, абсолютно черная. Фиолетовые глаза лукаво поблескивают из под очень густой и длинной, ярко-рыжей гривы. Столь же примечателен и хвост и даже «чулки» на бабках. Такая красавица стоит и двести золотых.

— Кошмар все равно лучше, — сообщил я демонессе, — как ты назвала эту красавицу?

— Пламя! Правда, красивая?

— На тебя похожа, — подколол Тиану лучник, — только волосы длиннее.

— У лошади, — уточнил Мэт.

Тиана не реагировала. Она счастливо сюсюкала со своей новой игрушкой. Которая попыталась меня цапнуть, как только я оказался в зоне досягаемости. Действительно похожи.

По возвращении в «Гуся» меня ждало письмо. Всего два слова: «ТЫ ГДЕ». Почерк, а также отсутствие знаков препинания не оставляли сомнений в авторстве. Прах и пепел! Сегодня же уже 2 июня, в смысле бранча! У Ниа начались каникулы. Нужно срочно идти забирать! Так, сначала помыться и переодеться. Тиана устроила на обратном пути гонки, хвастаясь лошадкой. В результате пылью-то все равно дышала она, но и я тоже грязный.

В пансионате меня встретила сеньорита Шаби и проводила к комнате, где жила Ниа. С интересом осматриваю помещения — здесь я еще ни разу не был. Неплохо, так. Чисто, уютно.

— Привет, ребенок! Я вернулся, — заявляю я прямо с порога.

Ниаминаи демонстративно поворачивается ко мне спиной и продолжает возиться с куклами. Вот как? Стою на пороге и молчу.

— Ты пропустил праздник окончания учебного года, — выдвигает претензию девочка, не оборачиваясь.

Молчу.

— А меня там хвалили! — заявляет Ниа обиженно.

Перевожу взгляд на стоящую рядом наставницу. Та кивает.

— Весьма рад за тебя, — сухо произношу я, — домой-то пойдешь?

— Я на тебя обижена, — бурчит девочка.

Ну да, я пропустил праздник исключительно из вредности!

— Что ж, я пока побеседую с госпожой Шаби, а ты посиди и подумай, где тебе интереснее провести каникулы — со мной или здесь.

— Прошу меня простить, сеньорита, я, конечно же, должен был встретиться с вами гораздо раньше, — извинился я.

— Конечно, я понимаю, — кивнула девушка, — у вас, наверное, много дел. Вы не возражаете, если мы сядем в учебной комнате? Здесь удобнее.

Смущенным жестом девушка поправила выбившийся из прически локон.

— Я видела ту таблицу, что вы нарисовали для Ниа. Ей пользуются уже все ученицы. Это действительно удобно. Возможно, вы сможете поделиться еще какими-нибудь знаниями?

Немного подумав, нарисовал на доске прямоугольный треугольник. Хм, а как здесь записываются степени? И спрашивать-то неудобно — считается, что именно я тут великий математик.

— Простите, сеньорита, а как у вас записывается число, умноженное само на себя? — все же уточнил я, — видите ли, я привык к совершенно другой записи и во время обучения выучил только написание ваших цифр.

Девушка, кажется, поняла суть моих затруднений. Оказывается, степень тут обозначается горизонтальной линией сверху. Две линии — вторая, три — третья. Вопрос о записи, скажем, десятой степени встречается искренним недоумением. Действительно, зачем?

В результате все же воспроизвожу теорему Пифагора.