Чтение онлайн

Я начал дышать сам, показывая что я хочу от Коржа и задавая ритм.

Вдох-выдох-пауза. Вдох-выдох-пауза.

— Расслабляй плечо. Представь, что ты вдыхаешь ртом, а выдыхаешь, как бы через плечо. Через боль, что у тебя там засела! Давай. Вдох-выдох.

Я видел, как сжались зубы Коржа, как выступили слёзы. Но я не мог двигать его руку дальше. Есть опасность повредить связки, сухожилия, артерию, да много чего… Я мог изуродовать пацана, но у меня не было выбора. С таким вывихом через десять-пятнадцать дней он умрет от сепсиса, скорее всего повредив всё, что можно сам. Мышцы сделают

Вдох-выдох.

Я дышал вместе с Коржом, помогал ему. Он смотрел на меня не отрываясь и дышал.

— Молодец! Ещё немного.

Мышцы чуть расслабились, и я потянул руку дальше. Головка под пальцем скользнула вниз. Никакого звука, как показывают в кино, никакого хруста. Просто опустилась и встала на место!

Я аккуратно вернул руку в исходное положение.

Никто ещё ничего не понял. Кроме Коржа.

Он хлопал глазами и не мог ничего сказать. А потом просто выплюнул валик и расплакался в голос.

Испуганный Бивень подхватил тряпку и попытался сунуть обратно Коржу в рот, но я улыбнулся и придержал его за руку, помотал головой.

Корж ревел, не стесняясь, и это было самое правильное, что случилось за сегодня. Когда больно ребенку, каким бы он сильным не был, можно и поплакать. Так организм сбрасывает стресс и напряжение, так помогает преодолеть боль и страх.

Бивень отошел, уселся за стол и задумчиво смотрел на меня, не говоря ни слова.

Гриша и Куцый стояли поодаль и гордо улыбались. Мелкие смотрели то на меня, то на них с какой-то, толко детям свойственной, белой завистью. Похоже, считали, что эти пацаны везучие, раз я с ними вместе живу.

Таська, во время операции спрятавшаяся под кипу одежды, высунулась наружу и огромными глазами разглядывала Коржа, меня и Бивня. Из её глаз текли слезы, но не боли или страха. Похоже, она просто перенервничала, а сейчас поняла, что всё позади. Эх… хорошо бы, если всё… Но сейчас думать об этом не хотелось.

Да что там… я сам едва не прослезился. Шанс, что у меня получится вправить плечо… я даже не знаю… минимальный. Но у меня получилось! Чёрт возьми, получилось!

Корж наконец успокоился, сказал:

— Чё пялитесь, как на трупа?

Видимо, это шутки у него такие. Отпустило, значит.

— Попробуй положишь правую ладонь на левое плечо. Будет больно, но не так, как раньше.

В глазах Коржа снова мелькнул испуг. Он прекрасно помнил ещё, как это — больно.

— Давай-давай, — подбодрил я его.

Он медленно поднял руку. Я положил ладонь ему на плечо, на всякий случай чуть придерживал. Медики говорили, что сразу после вправки, сустав может легко вскакивать.

Корж потянулся к плечу и… коснулся его.

Удивления в его глазах граничило с восторгом.

Я улыбнулся в ответ.

— Гриша, найди что-нибудь. Замотай ему плечо и сделать такой подвес для руки, чтобы держалась согнутой.

Я показал в каком положении надо оставить руку. Гриша кивнул.

— Отойдём? — предложил Бивень, поднявшись.

Конечно, как же не отойти. Я кивнул.

— Пойдём во двор.

Мы вышли. Постояли несколько секунд. Я

На улице было холодно и медленно падал снег. Серый, острый. Перед глазами на миг встала разлетающаяся во все стороны черная пыль, но я отбросил эти мысли.

— Спасибо, — произнес Бивень и в упор, не мигая, посмотрел на меня. — Это за Коржа. А теперь… — он шагнул ко мне вплотную, — расскажи-ка мне, Огрызок, как стезевик оказался среди беспризорников?

От автора:

Перерождение не задалось. Вокруг бродят жуткие монстры и опасные культисты, а у тебя лишь поганое проклятье, да пара рабов, которые мечтают тебя прирезать.

Приехали.

Я задумался на секунду. Вот так взять и вывалить на Бивня всю историю про тренерскую жизнь, про смерть и перенос в новый мир? А Система?

Я смотрел на Бивня, тот ждал.

Но прежде чем говорить, стоило выяснить, не проверяет ли он меня, не берёт ли на понт?

— Откуда взял такое? — спросил я и уставился на Бивня.

— Чувствую я стезевиков, — отчего-то потупившись, ответил Бивень, — Обычно их чуют уже высокой ступени. Вон, Косой со Ствола, а то и с Кроны чует. Тяжесть там всякая, ё-моё. А я сразу чую.

— Точно? — усмехнулся я. — И про Кость знал?

Бивень ещё больше смутился.

— Знал… молчал только. Пока он не быковал.

— А не думал, что другой кто узнает?

— Кость скрывать умел. Тут я не в курсе, что и как. Он знал, что я знаю.

Интересно как всё складывается. Бивень — этакий стопор, совесть, которая молчит до поры до времени, а если видит, что жесть начинается, сразу свергает тирана.

— А как Кость среди беспризорников оказался?

Я не то что хотел заболтать, сбить Бивня, отвести разговор от себя. Просто хотел понять, чем руководствовался Бивень, что не сдал Кость остальным.

— Кость, он из непростой семьи… был, — Бивень помялся.

На улице начинало подмораживать, и мы стояли, выдыхая облачка пара, кутаясь в куртки.

— Ну, это с его слов. Его с детства в стезевики готовили, способности были. В училище отдали, он там Зерном стал. А потом… потом, он говорит, прана менять его начала. Раньше он был обычным ребёнком… ну, там пухленький, взрослых умилял, а потом… ну, ты же видел его руки?

Да, уж видел. Как плети — жилистые и длинные. И сам такой же. Я кивнул.

— Во-о-от, — протянул Бивень. — Он испугался, что монстром станет, и решил в прорубь головой броситься. Но… но… не вышло, в общем. Выжил. От семьи ушёл, скитаться хотел, но его быстро поймали и хотели в семью вернуть, но он и тут сбежал. Нашёл заброшенную котельную, стал там жить. А потом… кто-то к нему прибился, кого-то он в помощники взял, жить как-то надо, воровать стали… ну, тут как у всех.

Я снова кивнул.

Кажется, я знал, кто такой Кость. По крайней мере, видел, как он выглядел в детстве. И впрямь пухленьким был. Тут всё сходилось. И бабка, и шкатулка, и уровень Зерно. Вопросы оставались, но сейчас я не собирался о них думать.