Чтение онлайн

Граница с обеих сторон охранялась жёстко – у немцев постоянно проходил патруль с двумя овчарками, а поляки сидели в одном схроне и, тихо переговариваясь, перекрывая сектор в сто восемьдесят градусов. Спустился вниз по течению около километра, чтобы дальность прямого выстрела в случае чего, меня

не достала. Обе погранзаставы были вооружены одинаково – советскими калашами. Я разделся и всю одежду завязал в пластиковый мешок и, прежде чем зайти в воду, отхлебнул водки, а потом засунул в рот трубку из тростника, поплыл через Одер. Меня слегка сносило вниз по течению, и проплыв уже три четверти ширины реки, когда с немецкой стороны надрывно завыла собака. Немцы мгновенно включили прожектора и стали шарить ими по водной глади. Через несколько минут, обнаружив мой целлофановый пакет, пограничники открыли ураганный огонь. Противное жужжание мигающих трассеров и шлёпанье их в районе моего мешка энтузиазма не прибавляло, но я грёб не останавливаясь. С трудом плыл и плыл по течению и направлял своё тело к берегу. Несколько пуль упали рядом с головой, которую я прятал за мешком, одна из пуль словно лепёшка, очевидно на излёте, ударила мне в шею и обожгла. Я прокусил губу от боли, но звука не издал. По своему опыту знал, что наряд состоит из трёх человек, у каждого по два магазина, а каждый магазин полностью выходит при непрерывной стрельбе ровно за четыре секунды, это чётко усвоил еще в Афгане, на духовских засадах. Поэтому у немцев оставалось очень мало шансов меня достать, помощь им придёт минимум через тридцать минут, а для меня это целая вечность – то есть вагон и маленькая тележка запасного времени! Добравшись до берега, я на ходу быстро оделся и двинулся в сторону, противоположную от погони. Совсем близко светили огни железнодорожной станции. Я преодолел мусорную городскую свалку и запрыгнул в крайний вагон.

Электричка через несколько минут тронулась. На следующей остановке вышел, потому что знал, что будет облава. Пешком стал углубляться в сторону, противоположную от реки. И вошёл в какие-то садовые кооперативы, похожие на наши советские дачи. Это была просто находка, хотя на моей карте этого и не было обозначено. Оглядев подходящее сооружение – уютный домик с небольшим огородиком и садом, вскрыл дверь отмычкой и тихо вошёл в помещение, которое слегка пахло плесенью. Часто проморгав и привыкнув к темноте, осмотрелся и понял, что здесь можно жить! Дом был уютным и чистым. По-немецки всё аккуратно расставлено и разложено, в углу небольшой кухоньки стоял приличного размера холодильник. Дрожащей рукой, в предвкушении чего-то съестного, приоткрыл дверь и ручка холодильника, в знак благодарности и гостеприимства, отдала мне своё тепло, вернее холод. Но зато прикосновение к ней было офигительно приятным. Холодильник наполовину был забит едой, которую я видел только на картинках или в кино западного производства. В нижней секции двери стояла початая бутылка шнапса и большая бутылка белого вина.

– Дорогой, ты в порядке! – пронеслось у меня в голове и тут же навалилась дикая усталость за прошедшие, недружелюбные сутки в моей беглой жизни!

Впереди оставалось чуть более двух суток, которые себе отмерил для того, чтобы остаться в живых, в надежде добраться до цели. А пока нужно отдохнуть и я повалился спать.

Конец ознакомительного фрагмента.