Путь к Дому
Шрифт:
— Да она крута! Великая женщина! Ё..
— Спасибо, Фо. Да, семья папы обладала «нашим» «семейным» даром, а семья мамы хоть и была «молода», но дар был схожим — понимание сути. Или истины, без разницы, как его называть, но в его основе — верное понимание изначальных причин какого-либо события и "знание правильного" конечного результата, но не способа его достижения. Моя мама считала, хоть ей и было чуть больше Наи, что при в общих с папой детях дары будут дополнять друг друга, а может приведут к появлению нового. Пока оправдался первый вариант и это очень хорошо. Почему? Потому — что один разумный будет знать «причину и итог», а благодаря грамотному анализу и управлению процессами достижение
— Да пи….ц как хорошо, я тебе скажу!
— Ро! Ная тебя слышит!.. Короче, мои предки пошли наперекор родичам и вступили в чужой дом сначала для защиты. Дом Амастекуло организовали уже после нашего рождения и замужества сестер не для ведения бизнеса, а ради свободы самим нам определять, кем и с кем будут наши дети. Не нужно объяснять, что в иных случаях им не дали бы такого права?
— Да мы не тупые, понимаем. Верно?
— Ага.
— Да.
— Согласна.
— Уверена.
— Эм, Лаэль, а вас и не спрашивали, но спасибо за понимание и поддержку.
— Пожалуйста. Я знакома с такой ситуацией и она пересекается с моей. Как-нибудь расскажу… Ну если вы меня не убьете.
— Ладно… Корче, моя семья не может заседать в Семейном Комитете, так как юридически не являются великой семьей. Но представители семей родителей да, там заседают. Вот ради меня они и пошли на просьбу к «родственникам», чтобы от лица комитета инициировать расследование попытки покушения на «жизнь, здоровье или дар» наследника великих семей. Чего им это стоило, лучше и не спрашивать. Мне известно только то, что они десять лет почти бесплатно обслуживали интересы Торгового Дома Прозз, который был образован Домом Прозз и их Домом, одной великой и одной старой семьи. В итоге они заполучили «Право Крови» к той, кто виновен в моих проблемах.
После последней фразы все присутствующие в комнате устремили взгляд на Лаэль. Она в первые за вечер всерьез задумалась над тем, что уже не раз декларируемая смерть может быть и не шуткой. Почему? Потому, что ни один взгляд не предполагал ничего хорошего. А Право Крови — это просто пи…ц. Да и пи…ц не так плохо. А все из-за того, что это чертово право лишало разумного всех его личных прав и превращало в «живую вещь» «хозяина»! И сделать с этим ничего нельзя — это право уходило к временам, когда вопрос выживания колонистов и их потомков стоял очень остро, более острее он никогда еще и не стоял! Вот Тьма! И что ей делать? Это право может отменить только ЕЦОУАС, но последний еще ни разу(!) этого не делал!
— Протестую! На тот момент я находилась на государственной службе!
Да б…. Давно она не паниковала! Да и что еще за жалкая попытка себя спасти! Даже так понятно, раз Амастекуло получили Право Крови, то ее «слили» еще тогда! А она, дура(!), еще не понимала, почему ей предложили тогда затеряться в «Терре» или у «горняков». Вот идиотка! ко всему умудрилась замуж выйти, думала наконец повезло в налаживании нормальной жизни — что для ее «коллег» сродни сказке! Правда и развелась так же стремительно — вдруг как то быстро выяснилось, что «принц» превратился в обычного нудноватого корса.
— Это вряд ли. По решению Коллегии Представителей, разумный, имеющий схожее с твоим энергополе, виновный в покушении на мою жизнь, здоровье или дар, не состоял на службе государственных служб. Это заверено и подтверждено всеми представителями служб под печать. Тогда мои родители и запросили Право Крови в случае нахождения виновной. Так что смирись, Лаэль.
Момент, когда перешли
на "ты", как то ускользнул от сознания окружающих. Теперь беседа шла не младших со старшим, а между равными… или жертвой и палачом.— …..
— Теперь перед нами стоит дилемма — как правильно применить Право Крови к гражданину, который является не самым простым госслужащим. Смерть такого человека нам могут не простить.
В этот момент Лаэль вздрогнула и поняла, что про смерть было не шуткой. А то, что никто не кричал о невозможности убийства руководителя одного из отделов не самой простой службы или незаконности данного действия, но просто обдумывали, как это сделать с минимальными последствиями — пугало! Ни один из разумных в комнате не поставил под сомнение право Кирроко убить ее! Они согласились с его доводами и готовы были ему помочь! Даа, как она сильно просчиталась, когда узнала в источнике информации того «милого мальчика» и подумала, что подмять всю группу будет просто. Тем более, что членом заинтересовавшей ее команды была подчиненная, доказавшая свою лояльность БОБ.
— После совещания с родителями и с учетом сложившейся ситуации для принятия окончательного решения я хотел бы прояснить некоторые моменты. Фо, вложи в руку госпожи Лаэль этот камень.
Камень одновременно отдавал теплом и колол искорками холода. Все взрослые уже догадались, что это. А «гостья» вся подобралась — артефакт не позволял владеющему врать.
— Как понимаю, уважаемая гостья, уже догадалась что это?
— Да. Только откуда у вас это? Это очень подотчетная и весьма редкая вещь.
— О. Все просто — семейная реликвия по линии отца. Дедушка моего отца был старшим ревизором в ССН, если понимаешь, о чем я.
— Мда. Какие же все таки идиоты…
— Простите кто?
— Да мои начальники, которые «тогда» посчитали, что вы «допустимая жертва» в той операции.
— Как занимательно. Как раз об этом я хотел бы поговорить. Что тогда произошло и почему сотрудник отдела статистики работал на «своей земле» и допустил попытку убийства разумного, особенно из такой семьи, без решения ЕЦОУАС и КП?
Все в комнате вздрогнули, особенно Ная!
«Да как, тьма тебя пожри, этот выросший «милый мальчишка» все просчитал? Какой же он способный и с ним нужно быть максимально серьезной и честной, насколько последнее вообще допустимо» — такие мысли блуждали в голове бывшего оперативника бюро по особым поручениям, официально не существующем и действующем в интересах только Союза Городов и за его пределами. Это «бюро» занималось тем, что решало те вопросы, которые не всегда можно было решить законными путями и по решению только Коллегии Представителей (КП) или ЕЦОУАС. И первая же «самостоятельная» операция ретивых и амбициозных руководителей в БОБ, ССН и Службе Внешних Связей (СВС) привела к той заднице, в которой пострадал Амастекуло и перепало ей.
— Эта секретная информация и разглашать ее не могу. Мне интересно — откуда у вас эти сведенья? — и покосилась на свою подчиненную.
— О. Не стоит в чем-то подозревать коллегу. Я даже больше скажу — она наотрез отказалась с этим помочь. Вопросы чести и служебных правил для нее очень важны. Хоть тебе может казаться по-иному. А так все просто — часть информации узнали в результате расследования. Да, там было много воды и попытки скрыть неприглядные вещи в исполнении служб. Но, я и мои родители всегда умели думать, задавать вопросы и по полученным ответам делать верные выводы. Так что тут все законно — если заниматься уточнениями медленно в течении нескольких лет задавая вопросы не на прямую — можно понять очень многое. А у нас было и желание и возможности и терпение. Так что поясни, что можешь — ты в этом должна быть максимально заинтересована.