Путь к цели
Шрифт:
"Что это за солдаты? Как они здесь оказались? Зачем они здесь? Просто убить? Чушь. Им нужна информация, результаты их исследований. Значит, это спецназ. И эта речь... один из них крикнул вроде по-русски"
В голове все перемешалось, однако подготовка дала свое и его мозг экстренно искал выход из ситуации. Наемник понимал, что в плен его не возьмут, а даже если и так, то жить ему останется ровно столько, сколько останется в нем полезных сведений для них. Сорвав респиратор, наемник достал рацию и поднес ее ко рту. Он мог бы нажать кнопку и, произнести кодовые слова и тогда вся эта станция взлетела бы на воздух, но для этого нужен был еще один человек. Смерть не единожды заглядывала ему в глаза, однако столь отчетливо никогда не ощущалась им как в этот раз. Гонорары за работу
Жизнь оказалась дороже.
Оставались считанные секунды и скоро они доберутся до него и шансов в открытом бою нет, значит... значит нужно тянуть время. Частник положил в карман разгрузки рацию и, сделав глубокий вдох, напряг память, чтобы вспомнить все, что знал по-русски, а затем выразительно крикнул:
– Don't shoot me! Don't shoot! Не стрелять в меня, я нет оружие!
– он положил на пол винтовку и оттолкнул от себя так, чтобы солдаты видели ее и оценили данный жест. Во всяком случае, наемник на это надеялся.
– Нет оружия, нет оружия!
– повторив просьбу не стрелять, американец поднял свои руки над блоками электроники, тем самым показывая отсутствие в нем угрозы.
***
Выстрелы многократным эхом отразились от стен и потолков, дойдя и до Меткого. Они свидетельствовали про возможный выход ситуации из-под контроля. Сталкер понимал, что ему нельзя идти проверять результат зачистки пока ему не сообщат об успешном проведении операции. Тогда нужно будет обследовать каждый сантиметр базы, но выстрелы означали одно - что-то пошло не так. В таком случае, как ему поступить? А вдруг там засада и все бойцы просто погибли или тяжело ранены? Это маловероятно, но все же? Состояние неопределенности приводило в замешательство из-за отсутствия точного понимания обстановки и порождало неуверенность в правильности собственных действий. С каждым мгновением ожидания желание пойти вслед за спецназовцами только усиливалось. Единственное препятствие, не дававшее поддаться ему, состояло в понимании пагубности воздействия на операцию при таком вмешательстве, которое скорее могло привести к провалу, нежели оно принесет хоть какую-то помощь. Но и просто стоять в стороне сталкер не мог, ведь план захвата явно пошел не так, как нужно, рассуждал он. Такие операции проходят тихо, а если раздается шум, значит обстановка изменилась, причем, скорее всего, не в лучшую сторону. Тогда Меткий принял решение ждать еще хотя бы пару минут и если ему ничего не сообщат, то он будет вынужден вмешаться.
***
– Выходи так, чтобы руки были на виду!
– крикнул наймиту Барс по-английски. Сержант видел, как ему на встречу вышел долговязый боец в костюме камуфляжной раскраски под осень.
– Медленно и без резких движений ко мне!
– грушник держал свою цель под контролем, а Араб тем временем его подстраховывал.
– Встать на колени, лицом к стене, руки за голову!
– наемник словно бы неохотно, но подчинился и теперь находился в таком положении, что не смог в случае чего напасть. Его обыск кроме рации, нескольких магазинов и ножа ничего больше не дал. Отключив рацию, Барс ее вместе с остальным имуществом отбросил метра на два в сторону, но частник запомнил это направление. Командир грушников, заметив, что пленный больше не представляет угрозы, подошел к телу Гунна и осмотрел его. Пуля попала в шею и вырвала кусок сзади, еще одна пробила скулу и разворотила противогаз с лицом старшины. В груди застрял ком и майор с трудом подавил в себе злость. Теперь в сознании настала холодная отчужденность, четкое понимание дальнейших действий. Командир закинул за спину автомат и ровным голосом отдал приказ.
– Четвертый, собирай всю аппаратуру.
– Араб немедленно принялся укладывать в специальный мешок ноутбуки, флешки и записи, сделанные предыдущими хозяевами базы. Сам же майор достал нож и подошел к пленному с правой стороны, начав ему задавать заранее продуманные вопросы на его языке. Слева от наймита встал Барс, тем самым контролировал его и одновременно страховал
– Слушай меня внимательно, - без всяких эмоций обратился майор.
– Я задам тебе вопросы и ты ответишь на них, в противном случае ты будешь страдать. Все ясно?
– Ясно, - коротко бросил пленник.
– Твое имя?
– Джеф Паркер.
– Сколько вас в отряде?
– наемник замялся. Было видно, что думает как ему ответить.
– Всего двенадцать.
Егоров, ожидая обмана, несколькими движениями снял с левой ноги Паркера ботинок и одним ударом перерезал ему ахиллово сухожилие чуть выше пятки. Наемник заорал так, что не будь на грушниках шлема, у них бы заложило в ушах. Частник корчился и кричал, а его голос переходил от воя до низкого стона. Секунд десять Егоров наблюдал за тем, как пленник извивался на полу, подобно червю на крючке. Этот прием с перерезанием сухожилия был эффективен еще и тем, что теперь противник не смог бы никуда убежать при всем желании. Выждав, Егоров рывком подтащил к стене Паркера и не обращая внимания на его вопли, продолжил допрос.
– Еще раз соврешь мне и я то же самое сделаю и со второй ногой, понял? Имей ввиду, я повторять не буду.
Шокированный наймит с перекошенным от боли лицом лишь утвердительно затряс головой.
– Н-нас четырнадцать, - с трудом преодолевая боль, ответил Паркер.
– Десять внутри и четверо часовых. Но один... он получил большую дозу и теперь лежит в одном из кабинетов.
– В каком?
– Не помню. Честно! Где-то на этом этаже, это точно.
Командир повернулся к Барсу:
– Проверь этаж, похоже мы кого-то упустили. А если нет, то наш друг заплатит за свою ложь.
– Егоров посмотрел на пленного с прищуром, который ничего хорошего не сулил.
– Есть, - ответил сержант и немедленно вышел. Майор продолжил.
– На какую фирму вы работаете?
– Military Professional Resources Incorporated, - тяжело отозвался Паркер.
– Кто заказчик?
– Нам не говорили. Мне нет смысла врать!
– вскрикнул наемник, подумав про свою вторую ногу.
– Нам лишь предложили контракт на проведение операции в Зоне.
Это не противоречило тому, что было известно Егорову и он уточнил:
– Кто предлагал подписать контракт?
– Я его ни разу не видел. Наш шеф лишь передал, что есть работа, но конкретно ничего не сообщил, только назвал условия и оплату в случае нашего согласия. Мы даже не знали до последнего момента, чем конкретно нам предстоит заняться.
– Вы не могли вслепую дать свое согласие!
– нож в руках Егорова зловеще блеснул перед глазами Паркера.
– Говорю же, информация была скудна, но деньги обещали очень серьезные, а у меня лично с этим как раз имелись проблемы. Когда создали команду, то я знал троих из тех, с кем мне предстояло выполнять миссию. Раньше мы вместе выполняли задания в разных точках мира, но с остальными я контакта не имел, поэтому догадаться о месте, куда мы полетим удалось далеко не сразу.
– Как звали того, кто непосредственно говорил с тобой?
– Эдвард Форсайт, дивизионный генерал в отставке, - наймит застонал, скривившись от боли. В голове грушника всплыли отрывки из досье на сего господина.
"Из "Зеленых беретов". Организация операций в Колумбии, Доминиканской Республике и в странах Ближнего Востока. Подготовка грузинских войск в две тысячи восьмом. Матерый волк"
– Задача?
– продолжил майор, параллельно раздумывая, как перепроверить сказанное наймитом.
– Сбор информации. Должны буром делать углубления и вести контроль уровня пси-излучения. Но я в этом ничего не смыслю и делал только то, что мне говорили. Послушайте, я не хотел стрелять в вашего напарника...
Удар ногой в район поясницы прервал тираду частника, ответившего болезненным стоном. Его оправдания были не нужны и только отвлекали от добывания информации.
– Я задаю вопросы, ты отвечаешь, - холодным тоном произнес Егоров. Паркер кивнул. В этой ситуации он понял, что выбраться теперь отсюда не получится, тогда надо как-то связаться с часовыми и отдать им кодовое сообщение. Надежда была только на Коллинза.