Прыжок в Антарес
Шрифт:
Бетани подошла к тому месту, где от главного коридора ответвлялся другой, узкий и пустынный. Главный коридор сворачивал налево, к частному орбитальному лайнеру, узкий шел вправо. Бетани твердым шагом свернула вправо. Вскоре она оказалась в ярко освещенном туннеле, который вел куда-то вниз. На поверхность он вышел лишь метров через сто, причем у выхода застыли два космических пехотинца в полном вооружении.
– Что вы здесь делаете, мэм?
– Мое имя Бетани Линдквист, я лечу «Александрией» на борт «Дискавери». – С этими словами она достала из кармана листок бумаги. Это было официальное удостоверение на бланке Адмиралтейства. Согласно предписанию Бетани Линдквист
Пехотинец взял у нее удостоверение и, набрав на портативном компьютере код, подождал, пока машина не пропищит ответ. Затем кивнул и протянул бумагу назад Бетани.
– Добро пожаловать на борт, мисс Линдквист. Можете пройти на выход. Посадка начнется через пятнадцать минут.
– Благодарю вас, капрал.
– К вашим услугам, мэм.
Ричард Дрейк сидел в командирском кресле на борту «Дискавери», наблюдая за призрачным изображением на экране. Там, окруженный бездонной чернотой космоса, застыл бело-голубой диск Альты. Валерия слепящим пятном повисла в верхнем правом углу. На фоне космической черноты атмосфера Альты казалась лишь тонкой полоской тумана. И где-то на самом ее краешке, за которым начинался бархат космической бездны и россыпи звезд, подобно миражу возникало нечто, то голубоватое, то черное, но неизменно призрачное и непостоянное.
Невольно на ум приходили старинные предания о загадочных кораблях-странниках, неожиданно выныривающих из искривленного пространства и столь же внезапно и бесследно исчезающих в нем.
Дрейк отвел взгляд и мысленно выругал себя за то, что поддался игре воображения. На самом деле увиденное им на экране имело более чем прозаическое объяснение. «Корабль-призрак» – не что иное, как обман зрения, возникающий из-за того, что их боевой звездолет в данный момент отражает все попадающее на него электромагнитное излучение.
Голос в динамике вел последний отсчет: «Пять... четыре... три... два... один... ноль».
После слова «ноль», космическое видение резко изменило свой облик. Мерцающего облачка как не бывало, а на его месте возник бронированный корпус боевого звездолета, причем корабль этот был точным близнецом «Дискавери». Из кольца обитаемого отсека резко выступал вперед цилиндр его центральной части, соединенный с кольцом двенадцатью спицами. В хвостовой части цилиндра располагались мощные фотонные двигатели, а сам корпус, словно трюм корабля морскими уточками, оброс антеннами, лазерными зондами и генераторами антивещества. Здесь же находились и грузовые отсеки – их местоположение нетрудно было угадать по очертаниям шлюзов, – и ангары, где стояли вспомогательные космические машины.
Подобная конструкция боевых крейсеров использовалась уже более двух столетий. Главное ее достоинство заключалось в скорости космического судна и его маневренности. И хотя с виду звездолеты казались громоздкими и непрочными, в битвах они доказали свою надежность. Еще одно преимущество над чисто цилиндрической конструкцией состояло в том, что в случае серьезных повреждений можно было отбросить обитаемый отсек – полностью или шестью отдельными сегментами.
– «Клинок» докладывает о завершении испытаний антирадиационного экрана, – доложил по радио невидимый голос.
– Отлично. Соедините меня с капитаном Мартсоном.
– Слушаюсь, сэр.
Бэла Мартсон принимал под началом Дрейка участие в первой межзвездной экспедиции. По возвращении ему
доверили командование вторым боевым крейсером в операции «Прыжок в Ад». На рабочем экране Ричарда возникло лицо Бэлы Мартсона.– Значит, все в порядке?
– Да, сэр, я бы сказал, что мы в полной готовности.
– Отлично. Можете готовиться к приему на борт пассажиров.
– Есть, капитан.
– Под вашу ответственность. У нас отставание от графика, и поэтому стоить ускорить темпы. Есть еще что-нибудь?
– Нет, сэр.
– «Флагман» – конец связи.
– «Клинок» – конец связи.
Дрейк повернулся к дежурному офицеру на мостике.
– Каково ваше мнение, Финлей? Вы не заметили у «Клинка» никаких слабых мест?
– Нет, сэр. При переключении с первичных генераторов судно даже не дрогнуло. Я согласен с капитаном Мартсоном – «Клинок» в полной боевой готовности.
Дрейк кивнул и на время выбросил боевой крейсер из головы. До отлета в точку перехода у них еще будет возможность лишний раз обсудить бесчисленные детали, касающиеся операции «Прыжок в Ад».
Перелет на орбиту, как обычно, прошел гладко, без всяких приключений. Бетани сидела рядом с Кальвином Купером, советником Стэна Барретта по политическим вопросам. В новой экспедиции Барретту предстояло выполнять обязанности полномочного представителя Альты. Кстати, ему уже довелось выступать в этой роли во время Первой межзвездной. Куперу поручили отвечать за координацию действий с сандарцами. Ему также вменялось в обязанность в случае установления контактов с остальным человечеством всячески способствовать ведению переговоров.
Не успел Купер ступить на борт шаттла, как по его испуганному взгляду Бетани поняла, что имеет дело с типичным «космическим хлюпиком», которого всю дорогу будет бить нервная дрожь. Сама же она, после того как их шаттл вырулил на взлетную полосу, попыталась отключиться и не думать о предстоящем путешествии.
Но даже после того, как мощные двигатели забросили шаттл в высь синих альтанских небес, Бетани все еще перебирала в голове детали предстоящей миссии. Правда, к тому моменту, когда в иллюминаторах показались гигантские сферические танкеры с криогеном, топливом для экспедиции, – сосед ее заметно расслабился.
– Взгляните сюда, – произнесла Бетани, указывая на ближайший танкер.
– Куда? – Купер вытянул шею и посмотрел в иллюминатор, следуя глазами за указательным пальцем Бетани.
– Вон там, возле голубой звезды в созвездии Пахаря. Видите?
– Что-то такое крошечное?
– Ну, не такое уж крошечное, – заметила Бетани. – Как-никак, там миллион кубических метров криогена. Без него дорога назад была бы закрыта.
– Мне всегда почему-то казалось, что прыжки из системы в систему требуют не так уж много топлива. Зачем нам все эти танкеры?
– А что вы понимаете под «не так уж много»? Согласна, перелет сквозь искривленное пространство съедает около десятой части всех топливных резервов.
– Тогда топлива у нас аж на десять таких перелетов, – отозвался Купер. – То есть более чем достаточно.
Какое-то мгновение Бетани выглядела слегка озадаченной, но затем, поняв, в чем он заблуждается, улыбнулась.
– Да, но не следует забывать маневрирование между точками перехода. Ведь каждая такая точка может возникнуть в системе где угодно, иногда – на противоположной стороне от той, куда вам нужно. Так что прыжки от одной к другой съедают уйму топлива. Ну а поскольку мы не знаем, сколько таких прыжков предстоит совершить, прежде чем мы отыщем Землю, нам придется взять с собой солидный запас криогена.