Прыжок самурая
Шрифт:
– В самую точку попал, Глеб, – живо поддержал аптекаря Дервиш» и продолжил: – Мы потеряли Федорова, Бандура и Козлов в руках жандармов! Не исключено, такое может случиться с каждым из нас. Японцы и головорезы Дулепова идут по следу, и вчерашняя облава в «Погребке» лишнее тому подтверждение.
– Да, в случайность с трудом верится. Сначала провал Федорова, затем арест Бандуры с Козловым, а теперь и это, – сказал Павел.
– Все же я пришел к выводу, что в нашей среде завелся «крот», – заключил Дервиш.
Действительно, последние события красноречиво свидетельствовали о том, что контрразведка сумела
– Кто этот мерзавец, мы пока не знаем, но работу прекращать не имеем права! Под Москвой каждый день гибнут тысячи людей, наших соотечественников, враг подобрался к самому сердцу России, поэтому наша информация нужна Центру как воздух. Нам надо во что бы то ни стало продержаться. Продержаться хотя бы месяц, какую цену ни пришлось бы заплатить. Мы с вами солдаты, а значит, должны исполнить свой долг до конца!
На эти горячо прозвучавшие слова каждый отреагировал по-своему. Свидерский нервно затеребил бороду, в его глазах, обращенных к дочери, разлилась боль; Павел нахмурился, Дмитрий, сам того не замечая, сжал кулаки, казалось, он уже сейчас рвется в бой.
В руках Аннушки жалобно тренькнули чашки, возвращая присутствующих под своды уютной гостиной. Свидерский вздрогнул и с любовью сказал:
– Подавай-ка нам чай, дочка.
– У меня все готово, – откликнулась она, – только самовар нужно принести.
Молодые люди одновременно вскочили, чтобы помочь ей. К чаю Аннушка приготовила ватрушки с творогом, которые мгновенно были сметены расточающими похвалы гостями.
После завтрака Дервиш попросил молодых людей пройти с ним в кабинет. Свидерский остался в столовой, а Аннушка убежала на кухню мыть посуду.
В кабинете, уже без эмоций, они повели подробный разговор о том, как без потерь и в срок выполнить задачи, поставленные Центром. Люшков казался недосягаемым. Тяжело было добыть и информацию о планах командования Квантунской армии. Ситуацию осложняло наличие «крота». Провал радиста Федорова также не вызывал энтузиазма. Павел склонялся к тому, что Федоров, застигнутый врасплох, не успел уничтожить все шифры, и контрразведка подобрала к ним ключ (кстати, это могло бы объяснить и налет на «Погребок»), но Дервиш подверг его предположение сомнению, и его поддержал Дмитрий. В последней шифровке Центра сообщалось только о том, что в город будет направлен курьер, но ничего не говорилось о времени и месте встречи с ним.
– Что ж, остается две версии, – сказал Павел. – Первая – «крот». А вторая… – он задержал взгляд на своем ровеснике, – вы, Дима, могли где-то засветиться!
– Я? Но где? Слежки я за собой не заметил! – пожал Дмитрий плечами.
– Маловероятно, – отмел второе предположение Дервиш. – В этом случае налет на «Погребок» был бы лишним, во всяком случае,
мне так кажется. И второе, если жандармы вели Дмитрия, то почему не устроили засаду здесь, в аптеке? Нет, на эту версию всерьез пока не стоит отвлекаться, надо искать предателя.– Только где? Ни одной зацепки! – воскликнул Павел.
– Ну почему, а время?
– Время? – удивились молодые люди.
– Да, время! – подтвердил Дервиш и прошел к столу.
Карандаш в его руке стремительно прочертил на листе жирную линию. В ее начале появилась цифра одиннадцать, в конце – девятнадцать. После этого справа появились фамилии: «Свидерский» и «Ольшевский», а слева имена: «Владимир» и «Захар», здесь же был проставлен «Х».
– Куда вы клоните? – первым поинтересовался Дмитрий.
Дервиш пояснил:
– В одиннадцать Свидерский узнал от меня о месте и времени встречи. Где-то около часа к операции подключился Павел.
– Да, – подтвердил тот и дополнил: – Через два часа я отыскал Владимира с Захаром, но…
– Плюс два, получается три часа дня, – перебил его Дервиш и проставил над чертой еще одну цифру. – Хотим мы того или нет, – сказал он, – но предатель находится среди тех, кто знал о явке. Пока набралось…
– Извините, но я еще не договорил, – снова заговорил Павел. – Косвенно о явке в «Погребке» знали еще Сергей и Андрей, правда… Лично я доверяю им.
– Сергей и Андрей? Ну-ка поподробнее…
– Я же сказал, что на поиски прикрытия у меня ушло два часа. Легче всего было добраться до Сергея, но у него на это время было назначено совещание в управлении полиции, а у Андрея – ночной рейс.
– Что ты им сказал? – допытывался Дервиш.
– Ничего особенного. Что в девятнадцать надо прикрыть мероприятие.
– А про «Погребок», про курьера?
– Вы меня за дурака держите? – вспыхнул Павел.
– Ладно, не кипятись, – остудил его Дервиш. – Мы должны все очень точно восстановить. Ведь информация о встрече откуда-то просочилась.
– А может, есть человечек, который не попал в схему? – предположил Дмитрий.
– Но я больше никого не информировал! – заверил Павел.
– Паша, успокойся, тебя никто и не подозревает. Мог кто-нибудь из твоих ребят лишнее сболтнуть?
– Не мог, – продолжал настаивать Павел.
– Ну хорошо, предателем займусь я сам, – сказал Дервиш, – а тебе, Дмитрий, надо срочно менять квартиру. Как говорится, береженого Бог бережет. Квартира уже подобрана, Павел проводит тебя до места!
– Есть, – подчинился Дмитрий.
– Вот и договорились. А ты, Паша, прерви на время всякие контакты с этой четверкой. Хотим мы того или нет, но угроза исходит от них.
– Согласен, – подумав, сказал Павел, – но как это сделать так, чтобы не оскорбить и не насторожить их?
– Сошлись на облаву в «Погребке», мол, всем надо залечь на дно… А потом посмотри, кто из них станет искать контакта с тобой, – продолжил Дмитрий. – Возможно, так и зацепим предателя.
– Молодец, Дима, в этом направлении и будем работать, – похвалил его Дервиш и продолжил: – Еще раз повторю, сегодня тебе придется перебраться на новую квартиру. Это недалеко, в районе депо. Народ там надежный, пролетарский, полицейские с жандармами лишний раз туда и сунуться боятся. Связь со мной поддерживай через Павла. Резервный канал через Свидерского. Вопросы есть?