Чтение онлайн

— Лучше — к Западным островам. Достаточно далеко от империи и Драконьей Пустоши, возможно до них еще не дошли вести, что мы нарушили древний договор. И там есть селения наших.

— Наши-то везде есть. Однако все верно — глухомань нам самое то.

Западных островов «достигли» за полдня, даже проскочили на сотню тысяч шагов. Но возвращаться не стали — Леск не была уверена, что долгота-широта меряются точно, если выходить в родной мир близко к суше, можно прямо на сушу и угодить. Или на мель какую-нибудь, или на виду у людей из ничего появиться. Спустив паруса, посмотрели через зеркало то место в океане, где «Эйка» выйдет из промежутка — море там было, синее. На всякий

случай посмотрели и вход в промежуток на Колдунье — что бы ни чуяла Леск, осторожность не повредит, вдруг все равно выйдут там же, где вошли. Засады не увидели, по реке плыли два фоликса, но Леск уже изготовила оберег, уверяла, что подействует не хуже, чем у Шелтака. На всякий случай подготовили оружие — зарядили самострелы, натянули лук, припрятали под рукой меч, тесаки и ножи.

И Леск прочитала заклинание.

Выход из промежутка был как удар — обрушилась синева неба и океана, ослепило, едва не обожгло солнце, опьянил запах морской воды. Рес — так даже растерялся немного, а Леск вообще испугалась, защитные заклинания принялась читать. Хотя радоваться надо, что не на Колдунье оказались.

Недолго думая, повели «Эйку» на восток, к людям. Ветер неподходящий, но спешить некуда — кто его знает, как встретят на Западных островах. Может быть, беглецы лишний день проживут потому, что не торопятся.

Ближайшими были острова Серая Птица и Лисичка.

— Маленькие островки-то, — пожал плечами Рес, глядя на карту.

— Да, но на Лисичке есть большое селение. И живут там не только люди островов, но и наши из рода режущей травы. Еще моряне из рода касаток.

Рес нахмурился, припоминая:

— Род режущей травы… среди них должны быть люди высокой дороги — это твоя дорога, нет?

— Моя! Нам повезло, что мы попали на Лисичку.

— И все-таки, будем осторожны. Через зеркало глянем?

Селение действительно было немаленькое, тысяч на пять человек. Окруженное огородами и садами, Леск объяснила, что это обычай народа островов — сады вдалеке от жилья, потому что жилье у островян — большие дома, в каждом живет по два-три десятка семей, а сад у каждой семьи свой. Даже здешние моряне и побережники частично восприняли обычай — строят по два, а то и по четыре дома с отдельными дворами, но с общими внутренними стенами.

Обсудили, что будут рассказывать соплеменникам.

— Может, скажешь, что ищешь родственников? — предложил Рес. — Что сначала мы с тобой сбежали на Закатные острова, там тебе рассказали, что кто-то из родных здесь, ты и направилась.

— А ты?

— Из моей дороги все равно вряд ли кто есть на запад от империи. Допустим, я тебя сопровождал, вместе бежали. Ну и до сих пор сопровождаю.

— Тогда мне придется назваться собственным именем, а вдруг имперская разведка как-то узнала наши имена и дороги?

— Ты боишься, что здесь есть люди из разведки?

— Может быть, их нет. Но могут появиться. Кроме того, вдруг на Закатных островах есть мои родные? Тогда здешние про них знают, иначе что они за побережники. Странно будет выглядеть, что я отправилась сюда. Лучше сказать, что мы из твоей дороги.

— Да, моих на Закатных островах точно никого нет. Соврем, что прослышали, будто здесь есть кто-то стальной дороги. Только бы не запутаться.

— Это верно, лжецам нужна крепкая память. А еще до Лисички могла дойти весть про нарушителей древнего договора… И не только весть, но и наши приметы. Причем такие, каких мы и сами у себя не замечали — иначе Иэй Туомос не был бы советником по разведке.

— Будем надеяться, что побережники своих не выдадут. Да и не ждет

никто, что мы вернемся из Драконьей Пустоши, вспомни, чего про драконов рассказывают.

И все же беспокойно было.

Кроме того, Леск проверила, какое здесь действует колдовство, и была здорово озадачена:

— Здесь что-то не так. Во-первых, волшебные потоки усилились — это понятно, волшебство возвращается в мир. Но они слишком усилились.

— Возвращается волшебство? — удивился Рес. — Ты не говорила…

Леск хихикнула:

— А сам не заметил? Много ты волшебства раньше видел?

— Да пока тебя не встретил — вообще не видел. Но я-то думал, что вот, наконец-то настоящего колдуна встретил… колдунью. А чего это оно туда-сюда — то ушло, то пришло?

— В записях шаманов Пятого племени объясняется просто: в нашем мире накапливаются волшебные силы, перетекают потоками. Колдуны их тратят, когда-то, на войне с драконами, растратили почти все. Колдовать стало невозможно, колдовские умения стали не нужны и забылись. Сейчас запас волшебных сил постепенно накопился, а знания растеряны и рассеяны. Но что-то не так…

— Да уж, просто. Так, говоришь, потоки слишком сильные стали?

— Да, и еще… читала я один свиток в Первых Порогах — потоки, усиливаясь, должны расширяться, а они ускоряются.

— Может, это только здесь такое? Какой-то местный колдун мудрит — всю силу выкачивает?

Леск лишь вздохнула и покачала головой.

Когда появились морские птицы, беглецы не обрадовались, а насторожились. Потом увидели издалека точки на воде — рыбацкие лодки. Приближаться не стали — Леск сказала, что здешние рыбаки гораздо суевернее, чем даже люди потока. Очень боятся, что чужаки нарушат какое-то правило и рыба уйдет.

На горизонте, почти по носу стал заметен остров, Рес, помня виденное в зеркале, догадался, что это Серая Птица. Потом еще один, левее — Лисичка, к нему и направили «Эйку».

Вошли в бухту мимо бревенчатой башни маяка. Хорошо обустроено — множество ладных, правильно расположенных причалов. И дома на набережной добротные, обсаженные деревьями. У причалов не только лодки, но и суда побольше, есть и быстроходные парусники не хуже «Эйки».

Людей немного, в основном старики с удочками. Должно быть, взрослые на промыслах или в мастерских, дети в школах.

Причалили к первому же свободному месту возле большой лодки, в которой ладил снасть на морского рака парень с волосами намазанными маслом, как у островян принято. Здороваться не стали — за нож схватится, если отвлечь. Верят островяне, что разговоры перед промыслом могут отпугнуть рыбацкую удачу, но почему — непонятно.

И все же на «Эйку» поглядывали с любопытством. Рес и Леск, пришвартовав суденышко, ступили на доски причала. Вооруженные — Леск несла упрятанный в парусину самострел, Рес ограничился мечом и тесаком — решил оставить второй самострел и лук на «Эйке», мало ли, как там сложится.

Старик, рыбачивший с береговых камней, оставил удочку, ловко, молодые позавидуют, взобрался на причал и пошел навстречу. А ведь побережник, свой! Наконец-то… На голове у старика была кожаная шапочка, в руках — резная палка с костяным набалдашником. Шапочка и палка означали, что побережник не кто-нибудь, а клинный — один из местных предводителей. Рес вспомнил, почему клинные носят шапочки — от морян пришло. А к тем от людей дельты, у которых плешь считалась признаком солидности, глава рода или селения просто обязан быть плешивым, а лучше — лысым. Но люди моря не лысеют, и все тут. Бритые же головы вообще глупо смотрятся с точки зрения людей дельты — как если дети будут усы пририсовывать. Пришлось морянам шапочки придумывать.