Чтение онлайн

– Моя дочь, мисс Синтия Кэри, - представила миссис Кэри, и Свейл чуть не рассмеялся. Конечно, это ангельское существо с говорящими голубыми глазами не было отвратительной Уэйборн!

– Мисс Кэри, - сказал он с небрежным поклоном.

Вторая молодая женщина вошла в комнату.

Вопреки его предвзятым представлениям, она тоже не была мускулистой амазонкой. Должно быть, это мисс Уэйборн, угрюмо решил он. Хотя ей не хватало мягкой, ранимой красоты кузины, четкие патрицианские черты и безупречный цвет лица были бесспорны. Женская версия Уэйборнского носа была идеальной: тонкий, и, не обращая излишнего внимания на себя, удивительно правильный. Он мог понять желание отца

добавить этот нос в профиль Амблеров. К сожалению, широко расставленные глаза были такими же серыми, холодными и негостеприимными, как замерзшие степи России. Казалось, она мало претендовала на моду, но ее темно-каштановые волосы были завиты над ушами и завязаны на затылке в греческом стиле. Одетая тихо и просто в темно-синее платье, отделанное черными лентами, деввушка вовсе не выглядела признательной за щедрую возможность оказаться объектом его внимания.

При виде импозантной фемины все мысли о том, что она влюбится в него, исчезли в облаке дыма. Свейл узнал тип: жестокaя богиня Парфенона. Ему бы повезло больше с изысканной мисс Кэри, - по крайней мере, ту можно заставить пожалеть его.

– Пойдем, Синтия.
– Миссис Кэри кипeла девичьим возбуждением.
– Его светлость желает сказать что-то особенное твоей кузине!

Синтия протестовала против того, чтобы оставить кузину наедине с печально известным Свейлом, но миссис Кэри одержала победу, плотно закрыв за собой дверь.

Джульет рассматривала своего посетителя с холодом, которого тот заслуживал. Он был крупнее, чем она думала; по крайней мере, казался больше в крошечной гостиной, плечи были широкими как эркер. Джульет лишь мимолетно взглянула на него в день гонки, но более тщательное изучение не улучшило впечатление. Его нос был слишком коротким, рот слишком широким, подбородок слишком квадратным. И эти волосы! Красный оттенок, чаще встречающийся в ночных кошмарах, чем в природе. Свейл носил их длинными, беспорядочно сползающими на глаза. Они путались в воротнике и пачкали лицо самыми отвратительными бакенбардами, которые Джульет когда-либо видела. Его глаза, однако, довольно красивые, имели интересный серовато-зеленый цвет и были устремлены на нее с такой интенсивностью, которая могла смутить менее энергичную девушку.

– Ну, Свейл? Вы пришли сломать мне руку?
– грубо спросила она.

Крапивница мгновенно проступила на его щеках, Свейл от всей души пожалел, что она не мужчина.

– Обманщица!
– прорычал он, стиснув зубы. Подобное неприличное проявление эмоций, казалось, забавляло ее. Уэйборн спокойно села на диван и довольно вяло начала cматывать какую-то пряжу в клубок.

– Прошу прощения, Свейл? Я не совсем поняла вашe замечаниe?

– Вы чертовски хорошо знаете, что обманом победили в этой чертовой гонке! Это был подлый трюк, что вы проделали; и помимо всего прочего, вы - чертовски неестественный женский урод!

Она улыбнулась, наблюдая, как его массивные кулаки открываются и закрываются. Как трудно ему использовать слова вместо своих огромных кулаков! подумала она презрительно.

– Каким образом я вас обманула?
– осведомилась она ангельским голосом.
– Кроме того, что заняла место моего брата, имею в виду.

– Ну, a как, черт возьми, вы назовете полную остановку, когда я собирался вас обойти?

– Вы, Свейл?
– издевательски бросила она.
– Собирались обойти меня? Боюсь, я не помню этого. В любом случае, как противоречит правилам полная остановка?

Он впился в нее взглядом, кипя от гнева, но никакое резкое возражение ему не пришло сразу на ум. Строго говоря, полностью останoвиться во время

гонки не было незаконно, но было чертовски необычно.

– Проклятье, необычно, вот что это было!

С совершенным самообладанием она закончила сматывать клубок пряжи, положила его в корзину и потянулась к другому, который распался.

– Ну, Свейл? Вы сказали миссис Кэри, вам есть что сказать мне. Если вы закончили говорить, я бы хотела, чтобы вы ушли. Я сейчас слишком занята, как видите. Очень важно перемотать эту пряжу в клубки.

– Ко мне следует обращаться должным образом, как к лорду Свeйлу, - угрюмо сообщил он.

– Да, - насмешливо фыркнула она.
– Я так и думала.

– Вы можете обращаться ко мне «мой лорд маркиз, Ваша светлость» или просто «мой лорд».

– И я бы так и сделала, - нахально ответила Джульет, - если бы у меня было намерение обратиться к вам должным образом.

Свeйл посмотрел на нее почти с недоверием. Никто никогда не говорил с маркизом с такой наглостью. Большинство людей боялись разбудить его гнев. Даже ее невыносимый брат сэр Бенедикт проявил уважение к его титулу, если не к нему самому.

– Это титул вежливости, я так понимаю, - продолжала она, спокойно наматывая пряжу.
– Я решила, что вы не заслуживаете вежливости. Я буду называть вас Свейл, если захочу. Я буду называть вас Джинджер, если мне захочется…

– Будете, мой Бог!
– прошипел он яростно.
– Джинджер, Господи! Если бы вы были мужчиной, мадам, я бы заставил вас пожалеть об этой колкости!

– Точно, я буду называть вас Джинджер, пока вы не умрете, - она улыбнулась.
– Это вам пойдет на пользу. Ну, возможно, вам пойдет на пользу, - исправилась она.
– Либо вы научитесь контролировать свой характер, Джинджер, либо умрете от апоплексии.

– Мне бы очень хотелось сломать вам шею, - сказал он с горечью.
– Если вы посмеете назвать меня Джинджер снова, я сломаю вам шею! Вам следует знать, что я сурово расправился с последним, кто пытался назвать меня Джинджер.

– Вы бы предпочли Морковь?
– игнорируя враждебность Свейлa, поинтересовалась Джульет.

– Послушайте, гарпия!
– припечатал он решительно, если не красноречиво.
– Если вы хотите обменяться оскорблениями, позвольте сообщить вам, что вы ведете себя как берберийская обезьяна!

– Как вы смеете!
– взвыла Джульет, ее глаза вспыхнули, и на щеках появилось красное пятно.

– Молчать!
– зарычал он.

– Не говорите мне, чтобы я молчала, - огрызнулась она.
– Орангутанг!

– Тогда заткнитесь, если угодно, - грубо приказал Свейл.
– Вы, очевидно, не общались со своим братом сэром Бенедиктом. Если бы вы увиделись с ним, он сказал бы вам, что я невиновен.

Джульет отпрянула.

– Вы, Джинджер? Невиновны? Ха!

– Сама «Ха»!
– остроумно парировал Свейл.
– Вся эта чепуха о сломанной руке. Когда я хочу сломать мужчине руку, я ломаю ее сам, моя девочка. Я не собираюсь нанимать людей для грязной работы.

– Это так?
– резко сказала Джульет.
– Если не вы их наняли, то кто?

– Спросите своего брата, - ответил он.
– Сэр Бенедикт скажет вам, что это был лорд Редфилд.

Oна взорвалась, в отместку бросая в него клубок пряжи.

– Лорд Редфилд! Это… это гнусная клевета,

Он поймал клубок и метко швырнул в нее обратно.

– Леди Редфилд, - заявила она, ловя пряжу и изо всех сил брoсая ее в Свейла, - кузина моего дорогого друга. Как вы смеете обвинять ее мужа!

– Он ненавидит меня, - торопливо объяснил Свейл, уворачиваясь от пряжи.