Простая История
Шрифт:
– Это модно, – она перехватила мою руку и поцеловала в открытую ладонь.
– Мне не нравится, – я глупо хихикнула. Ласка была неожиданной, но приятной.
А Лешка осталась. Это было так странно. Она была, и в то же время ее как будто не было. Никаких лишних вещей, никакой одежды… В чем пришла, в том и осталась. Я уже заметила, что одежду она меняла крайне редко. То, что ее гардероб так мал, меня вполне устраивало.
Это было так странно и ново – жить с себе подобной. Масса плюсов и минимум минусов. Я опять торопилась домой после работы, меня встречали неизменно горячим поцелуем, и нередко секс начинался прямо в коридоре. Я никак не могла понять, что в ней такого,
Однажды, Лешка встретила меня озорной улыбкой:
– Я приготовила на ужин волосатые сосиски.
Оказалось, что в ней просто кипит жажда что-то придумывать. Сюрпризы и сюрпризики ждали меня дома, сопровождали меня на работе, а иногда и по дороге домой. Утром меня встретило признание в любви пастой на зеркале, а вечером волосатые сосиски, не особо романтично, но жутко любопытно. Особенно легко было то, что от меня взамен ничего не требовалось. Даже мыть зеркала и собирать 101 маленькую бумажку, которые она однажды распихала по всей комнате. На каждой бумажке было объяснение, за что и почему меня любят и дальнейшее указания к поиску продолжения, а завершением стала маленькая коробочка с серебряным ободком на палец. Она была рада, если улыбалась я. И я давала волю чувствам и восторгу от ее маленьких романтичных поступков и подарков. Я сама была удивлена себе – оказалось, что я люблю, когда мне дарят подарки. И вообще люблю все, что связано с Лешкой. Я узнала, что очень сложно высидеть на работе весь день, после того как нашел небольшое письмо в кармашке шубы.
Так что с легкой улыбкой, я разулась, гадая, как могут выглядеть волосатые сосиски, прошла в комнату.
Сегодня я тоже кое-что приготовила для нас. Во время работы я полазила по интернету, надеясь найти какую-нибудь видео новинку к ужину. Совершенно непреднамеренно я попала на сайт особенного видео. Почитав отзывы, я выбрала один фильм, и после работы зайдя в фирменный отдел МуZоны приобрела сей шедевр. Раньше я никогда не смотрела подобных фильмов. Под пристальным взглядом продавца, подающего мне коробку, я разволновалась и даже, по-моему, покраснела. Мне показалось, что он глазами, как сканером прочитал, кто меня ждет дома, и чем мы будем заниматься после ужина. Такое видео лучше приобретать через интернет. По крайней мере, тогда не придется краснеть и смущаться.
– Ты будешь меня кормить или как? – громко спросила я, переодеваясь в домашние брюки.
– Буду или как!
– Мне суждено умереть от любопытства или от голода? – я вошла на кухню, с удовольствием скользя глазами по стройной фигурке у плиты. Лешка не умела готовить изысканных блюд, но то, что она готовила, было очень просто и как-то по-особенному вкусно. Волосатые сосиски оказались обыкновенными сосисками, до варки проткнутые длинными спагеттинами. Но выглядели они довольно устрашающе, что, в общем-то, не помешало мне их съесть. Мы поужинали, она убрала посуду в раковину.
– Ну, теперь фильм?
– А посуда… – возмутилась я.
– Давай на диван! – скомандовала она, обеими руками подталкивая меня к выходу.
– Что у нас на сегодня? – спросила Лешка, устраиваясь поудобнее на расправленном диване. Предусмотрительно. Мы редко досматривали фильм до конца за один вечер… Лешка умудрялась делать так, что даже самый интересный триллер переставал меня
волновать где-то через полчаса просмотра.– Мелодрама! – сказала я, загружая диск в проигрыватель.
– Эм? С чего бы это?
– Ну-у-у-у-у-у, просто так… Для разнообразия.
Я выключила телевизор. Фильм произвел необычное впечатление. Против обыкновения, мы обе увлеклись сюжетом настолько, что забыли друг про друга. Лешка встала и пошла на кухню попить воды. А я перевернулась на спину и в неверном свете фонарей принялась чертить глазами потолок. Какой банальный и немного напыщенный сюжет… Как можно, любя человека, оставить его в аду? Как можно, любя человека, отвернуться от него? Или это и есть тот самый пресловутый самоконтроль? Но человек, он существо до смешного эгоистичное… Даже в малости… Даже казалось бы в том, где эгоизма быть не может…
– О чем задумалась? – Лешкина тень скользнула под одеяло и прохладные ладошки тут же скользнули по моей талии.
– О фильме…
– Глупый фильм. – категорично отрезала Лешка. – И думать о нем нечего.
– Глупый? – во мне немедленно проснулось чувство противоречия. – А что бы сделала ты, окажись на месте Полли?
– Я бы убила эту суку, а не себя.
– Как резко. – хмыкнула я.
– Виктория ее не любила, это ежу понятно. Пользовалась ей, и всё. А эта идиотка сопли распустила, унижаться начала, стишки-дуэли. В общем: они обе не лучшие представительницы нашей половины. Одна дура, вторая дура в квадрате… Обе получили то, что заслужили.
– А мне вот интересно… Думала ли Виктория о Полли потом? Ну, спустя какое-то время… Я даже не представляю, что было бы со мной, если бы кто-то покончил с жизнью из-за меня. Это же ад…
– Это месть. Глупая, но месть. Месть хороша тогда, когда ты можешь ей насладиться. А эта дура сиганула с крыши… В надежде на что? Виктория ее если и будет вспоминать, то лишь как забавное приключение из юности, когда какая-то идиотка прыгнула с крыши.
– Месть… А может, она без нее жить не могла…
– Это ты сейчас говоришь? – Лешка подняла голову и посмотрела на меня. – Ты же не веришь ни во что подобное.
– Ну, то что я в это не верю, не значит, что этого нет в принципе… А вдруг? Ну, вот скажи мне… Что бы ты сделала, если бы девушка, которую ты очень любила, вдруг отвернулась от тебя. Оставила тебя один на один с обществом, которое бы отрицало тебя. Начала бы трахаться с парнями, и не обращала бы на тебя внимания… Что бы сделала ты?
– Честно?
Я молчала в ожидании ответа.
– Я бы убила. – Лешкины глаза вдруг странно потемнели.
От ее слов вдруг повеяло таким холодом и опасностью, что я невольно вздрогнула. Немного помолчав, она добавила:
– Нельзя так поступать. Просто нельзя. Если ты вступила в игру, то ты будешь в ней до конца. Иначе нельзя.
– Ну… – нерешительно начала я, – а если разлюбила?
– Не разлюбливай.
– Чушь какая. По-твоему, так единожды полюбив, больше полюбить нельзя?
– Можно… Но не полюбить, а найти такую же…
У меня сразу возник вопрос:
– А у тебя была любовь?
– Была. – Лешкины ответы становились все более короткими и отрывистыми. Я кожей чувствовала ее напряжение, но какой-то бес не давал мне заткнуться, а лишь подталкивал к следующим вопросам.
– И? Где она теперь?
Лешка скрипнула зубами, плотно сжимая челюсти. Видимо не очень ей приятно вспоминать о прошлом… А мне, как назло, очень любопытно.
– Мы расстались. – раздраженно ответила она.
– И? Ты ее разлюбила или ты ее убила? – в шутку спросила я.
Лешка помолчала, потом усмехнувшись ответила:
– А если я скажу, что убила… Поверишь?
Теперь пришла моя очередь помолчать.
Какое-то странно тревожное ощущение. Нереальность. Лешка-убийца? Какая глупость! Такое только в кино бывает.