Прощенный: КОН
Шрифт:
– Значит, все эти люди, которые работают на Ронана, помогли тебе, потому что...
– Они помогли насколько же из-за тебя, милый, настолько из-за меня. Когда я понял, что тебя похитили, то позвонил братьям. Кингу удалось взломать камеры видеонаблюдения в здании, расположенном рядом с переулком, где тебя похитили. Нам удалось снять номера фургона, который тебя увез, но они оказались фальшивыми. Со временем мы, вероятно, смогли бы получить необходимую информацию, но нам нужна была помощь, и нужна быстро. Вон позвонил, и через несколько часов Ронан и его ребята были здесь. Женщина, которая занимается их техническими вопросами, смогла распознать лицо парня, который схватил тебя. Исходя
Я понимающе кивнул.
– Ты насмехался над ним.
Кон опять кивнул.
– Мне нужно было выиграть время, а потом заставить его потерять самообладание, чтобы его ребята были слишком отвлечены, чтобы заметить, как вокруг затягивается петля. В детстве я научился отличать хулигана от реальной угрозы за милю. Я должен был. Я знал, что если буду настаивать на своем с Уиллисом, если унижу его, он облажается.
– Что это за флэшка, которую Кинг засунул парню в рот?
– Ронан применяет уникальную форму отправления правосудия, - сказал Кон.
– Он и его ребята не могут оставаться здесь и ждать копов, поэтому они записывают весь компромат, который у них есть, на флэшку и оставляют ее там, где копы ее найдут. Даже если преступник проглотит ее, рано или поздно это обнаружится.
Я улыбнулся этим словам и не почувствовал абсолютно никакой вины. На мой взгляд, эти ублюдки заслуживали гораздо худшего.
– И это все?
– спросил я.
– Это все, - сказал Кон. Я услышал нервозность в его голосе.
Я покачал головой и встал. Неудивительно, что Кон напрягся еще больше. Я сократил расстояние между нами, но вместо того, чтобы что-то сказать, оседлал колени Кона и прижался губами к его губам.
Он всхлипнул в ответ, затем его руки обхватили меня, как два стальных обруча.
– Есть вопросы?
– Спросил я, когда мне удалось оторвать свой рот от его.
Губы Кона растянулись в улыбке, прежде чем он покачал головой. Мы целовались несколько мгновений, пока он внезапно не встал, увлекая меня за собой. Я обхватил ногами его бедра, чтобы не упасть на пол, но на самом деле мне не нужно было беспокоиться об этом, так как Кон крепко держал меня.
– Я могу идти, - удалось мне произнести между одурманивающими поцелуями.
– Ммм-хмм.
Мы как раз подошли к лифту, когда он внезапно открылся. Я попытался высвободиться из объятий Кона, когда увидел Кинга, но он не спешил ставить меня на ноги. Я мог только предположить, что другие мужчины, с удивлением наблюдавшие за нами, были его братьями.
– Доброе утро, - нахально поздоровался Кинг.
– Мы чему-то помешали?
– спросил другой мужчина.
– Нет, - выпалил я.
– Да, - ответил Кон одновременно со мной.
– Привет, я Лука, - ответил мужчина и протянул руку.
К моему удивлению, Кон оттащил меня назад, прежде чем я успел пожать мужчине руку.
– Где дети?
– раздраженно спросил он своего брата.
– Они в бассейне с Лексом, Гидеоном и Реми, - сказал Лука, прислонившись к двери лифта. Его улыбка была такой же, как у Кинга, и я быстро понял, что они собираются воспользоваться возможностью подразнить брата.
– Я Вон, - сказал третий мужчина.
– А это Алекс, - добавил он, притягивая молодого человека,
– Привет, - сказал я.
– Разве вам, ребята, не нужно куда-нибудь идти?
– Спросил Кон. Его пальцы обхватили мои. Мне удалось сдержать улыбку, услышав нотки разочарования в его голосе.
– Нет, - сказал Лука.
– Не думаю, - вмешался Вон.
– Нет, спасибо, - добавил Кинг, скрестив руки на груди и прислонившись к дверному косяку.
– Вон отсюда, - рявкнул Кон.
Его братья громко расхохотались, а затем не спеша вышли из лифта. Он практически втащил меня в лифт, а затем его губы снова оказались на моих, когда он нажал пальцем на кнопку, чтобы отправить лифт на следующий этаж.
Кто-то протянул руку, чтобы не дать дверям закрыться. Это был Вон.
– Эй, Мика, скажи, ты любишь овсянку? Потому что я готовлю довольно вкусную кашу из креветок и крупы.
– Я, э-э, что?
– Скажи «нет», - приказал Кон, одновременно отталкивая руку Вона с пути дверей. Все мужчины рассмеялись, когда лифт закрылся и, наконец, начал подниматься.
– Что это было?
Поцелуй Кона заставил меня замолчать. Когда он отпустил меня, то сказал:
– Ответ на этот вопрос всегда отрицательный, ты меня слышишь?
Я рассмеялся, потому что понял, что он был скорее раздражен, чем зол. В этом определенно была какая-то история. Но когда лифт остановился и Кон взял меня за руку, я понял, что у меня будет достаточно времени для этой и многих других историй, которые я хотел бы услышать от Кона о его жизни. На данный момент я был именно там, где хотел.
Там, где я должен был быть с того момента, как Кон вернулся в мою жизнь.
Где я буду до конца своих дней, если у меня будет право голоса в этом вопросе.
И я позабочусь о том, чтобы у меня всегда было право голоса в этом конкретном вопросе.
Эпилог
Кон
ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ
– Не знаю, смогу ли я это сделать, - пробормотал Мика, когда я остановил машину у ворот кладбища.
– В смысле, я знаю, что сказал, что должен это сделать, раз уж мы здесь, собираем вещи в...
– Эй, - сказал я и подождал, пока он посмотрит на меня.
– Мы сделаем это, когда ты будешь готов, а не когда тебе будет удобно.
Мика кивнул и протянул руку. Я машинально взял ее и просто держал в своей. Я потер большим пальцем его палец, пока он переводил взгляд со своих коленей на холм, где располагались надгробия, и обратно.
– Я даже не мог позволить себе похоронить его, - прошептал он. Он потер глаза.
– Городские власти сказали, что, если я не заберу его тело, его похоронят за их счет. Ни похорон, ни надгробия. Просто сосновая коробка и номер, - пробормотал он, его голос немного дрогнул.
Я сжал его руку, а затем отпустил, чтобы выйти из машины. Ни за что на свете я не буду обсуждать это с ним, когда нас разделяет чертова консоль. Я обошел машину и открыл дверь со стороны пассажира. Я помог Мике выйти, затем закрыл дверь и прижал его к ней спиной.
– Где бы ни был Брэйди, он обрел покой. Я никогда не был большим поклонником религии, Бога и всего такого, но мне нравится думать, что есть нечто большее, чем мы. Что есть жизнь и за пределами этой. Это место предназначено для того, чтобы дать живым возможность обрести собственное ощущение покоя. Для одних это место, где можно попрощаться, а для других - почувствовать связь со своими близкими.