Чтение онлайн

Не дожидаясь ответа, он приказал чудовищу двигаться. Скорость устанавливал Рой. Он решил, что двадцать километров в час вполне допустимо. "Что ж, - согласился Ян, - такое движение как раз в стиле двунога. Только, паук, в отличие от него, ещё и по скалам лазит. До вечера мы больше сотни проедем…".

Рой так и не доверился пауку полностью. Он внимательно следил за дорогой (видимо, искал ловушки, о которых говорил Ян), крепко держался и пытался определить направление. Последнее оказалось труднее всего: чёрные монолиты давно скрылись за горизонтом, а никаких других ориентиров вокруг не было. Ничего, кроме серых уродливых скал.

Когда паук взлетал на очередную возвышенность,

очень хотелось верить, что впереди покажется что-нибудь новое. Но глазу открывался всё тот же унылый пейзаж. Исковерканная горная порода, скалистые вершины, изрезанные трещинами камни. Никаких признаков цивилизации, - без разницы, людской или древней. Да и Мёртвые горы не спешили показываться на глаза.

Чтобы хоть как-то развеять скуку, Ян спросил:

– Кстати, а кто такая Ши Зюо?

– Ты имеешь в виду Ши Зюио?
– поправил Рой.
– Из моего "послания в будущее"? Это коллега по работе… бывшая. После солнечной звезды я её видел только один раз. Бедолага! На ней лица не было. Хотела уехать из города, вместе с родителями, это они настояли…

– Она твоя девушка?

Рой отмахнулся:

– Бывшая. Мы поссорились именно в тот день. Я сказал, что если она будет слушать чьё-то чужое мнение, то никогда не станет счастливой. Ши не верила всем этим сказкам о проклятии, но её родители… Она не смогла их переубедить. Она даже не пыталась!

– Может, она просто их любила?

– Конечно, любила!
– фыркнул Рой.
– Но ещё она любила меня! Знаешь, в двадцать лет человек должен иметь собственное мнение. Не подчиняться и не тупо спорить, как какой-нибудь подросток, а быть сам по себе. И не думай, что уезжать из города - её детская мечта. Нет, она хотела остаться со мной. Я видел это в её глазах. Хотела… а ведь я мог бы всё устроить - снять ей комнату, найти работу получше…

Ян не знал, что ответить. Некоторое время он просто молчал и не отрывал глаз от дороги. Потом взглянул на друга и сказал:

– Не беспокойся, Рой, с твоими способностями ты легко найдёшь девушку получше.

– Знаю, - с тоской ответил юрист.
– Я красив, молод, у меня хорошее образование и прекрасная работа. К тому же, я наследник здоровенного поместья. Но всё равно, Ян, я тебе завидую.

– Это почему же?

– Из-за Лио. Не будь она моей сестрой, я непременно предложил бы ей руку и сердце. Крошка Ли - так я дразнил её в детстве - не похожа на всех прочих девушек. Что-то в ней есть непостижимое. Что-то загадочное и, в то же время, не нуждающееся в объяснении. Ши даже рядом не стояла.

При упоминании любимой, Ян загрустил. Нет, депрессия не вернулась. Она исчезла и, как надеялся собиратель, навсегда. Бывают моменты, когда смертельная усталость не может действовать напрямую. В такие мгновения человек преисполнен энергией и словно бы влюблён в жизнь. Угрюмая тоска отступает в тень, а её место занимает светлая грусть. Романтическая печаль путешественника, детские мечты и манящая даль горизонта.

Именно так воспринимал Ян недавнее сновидение. Проблемы, мучившие его раньше, теперь казались пустыми и нелепыми. Ну и что с того, что кто-то научился входить в чужие сны? Пусть Лио мертва, пусть она никогда не любила Яна и ни за какие сокровища мира они не смогут быть вместе. Что с того? Неужели собиратель потеряет свободу воли и будет слепо верить неизвестно кому? Рой прав: взрослый человек должен сам шагать по жизни, иначе жизнь (в лице родителей, начальников или дурацких снов) будет крутить им, как захочет.

Ян уже наверняка потерял девушку, но терять самого себя он не хотел. Ни при каких обстоятельствах.

– Ты чего это приуныл?
– толкнул

его Рой.
– Не бойся, скоро уже Мёртвые горы покажутся. А если мозги паука действительно в нашей власти, то он и Лио сам найдёт. И на нём же домой вернёмся. Конечно, я с большей радостью пошёл бы пешком, но, боюсь, сестрёнке это будет не по силам. Сколько она уже без еды?…

– Четверо суток, - ответил Ян, поглядев на часы. Было без пятнадцати два.
– Только вряд ли Лио жива.

Сказал он это таким тоном, словно речь шла о погоде или о подгоревшей яичнице. На лице Роя возникла непередаваемая гримаса удивления:

– Ты это чего, Ян? Не ожидал от тебя такого! Ты ведь поехал ради неё, да и меня своим примером вдохновил. Неужели, в полушаге от финиша ты захочешь сдаться?
– немного помолчав, он добавил.
– По-моему, это ты должен был меня отчитывать, а не наоборот. У меня храбрости куда меньше, особенно по пустынным делам.

– А я и не собираюсь сдаваться. Мы доберёмся до Мёртвых гор и найдём Лио. Живую или мёртвую - но всё равно найдём. Просто…

Яну пришлось рассказать о снах. Начал он с того злосчастного сновидения, о котором узнал от любимой. Потом поведал о своих. А в завершение практически дословно передал содержание последнего. Того самого, где Лио признавалась, что умерла и что она влюблена в другого.

– Конечно, я этому не верю, - признался Ян, - но нервы они мне потрепали изрядно.

Рой с минуту напряжённо думал. Затем он хлопнул друга по плечу и сказал:

– Не беспокойся, всё объясняется психологией. Наши предки видели солнце, это просто генетическая память. Все видят во снах либо солнце, либо горящее небо, либо ещё всякую чертовщину. "Смерч наоборот"… м-м-м, это тоже объясняется довольно просто - спроси у любого психоаналитика. Всё остальное - просто результат твоего беспокойства. Ты боишься за Лио, вот тебе и снится, что она мертва и что больше тебя не любит.

– Возможно. Но ей снилось то же самое!

– Откуда ты знаешь? Ты разве можешь влезать в чужую голову? Сестрёнка рассказала тебе о смерче и о солнце, и этот образ впечатался в твоё сознание. Ты же не можешь ручаться, что вы видели одинаковую картинку? Нет, просто твоё воображение неплохо потрудилось. Естественно, оно рисовало со слов Лио.

Ян пожал плечами:

– Надеюсь, ты прав. Я и сам в это не верю.

– Вот и не верь. И почитай что-нибудь по психологи, когда вернёмся. Полезная вещь, между прочим.

"Если бы тебе такое приснилось, ты бы тоже поверил" - хотел ответить Ян. Но он промолчал, решив, что тема себя исчерпала. О снах и о девушках можно говорить бесконечно, однако собирателю совсем не хотелось этого делать. Пускай лёгкая грусть так и останется лёгкой грустью, а депрессия стоит в тени.

– Кстати, ты чем займёшься, когда всё кончится и мы вернёмся?
– поинтересовался Рой.
– Я вот, например, потрачу кое-какие сбережения и съезжу на озеро. Сейчас оно, конечно, пересохло, но там такая грязь! Говорят, целебная.

– А я думал, ты оккупируешь парк аттракционов, - улыбнулся Ян.

– Какие тут аттракционы! Да после нашего путешествия мне адреналина до конца жизни хватит. Причём, с излишком. Хоть продавай на внешнем рынке. Ну а ты-то чем займёшься?

– Не знаю, - рассеяно ответил Ян.

Он и в самом деле не знал. У собирателей есть правило: не говорить о доме, пока ты шастаешь по пустыне. Естественно, оно относится к коллективным вылазкам, а Ян чаще путешествовал в одиночку. "Не люблю собирателей, - говорил он, - хоть и сам принадлежу к их числу. Они сходят с ума от пустыни. И эти их ритуалы, и идиотская привычка обожествлять всё вокруг…".