Прощай, Солнечный мир!
Шрифт:
Убрав револьвер во внутренний карман, Ян выпрямился. Теперь свет стал ближе, но дотянуться до него он так и не мог.
– Надо подождать, пока пыль уляжется, - ответил собиратель, протягивая руку вверх и пытаясь коснуться лампы. Похоже, высота тут больше, чем два метра.
– Опусти руку, я попробую за неё ухватиться.
Рой кашлянул, и в его голосе послышались нотки сомнения:
– Не получится. Я и так фонарь спустил, насколько это возможно. Он высоко от тебя?
– Ещё где-то метр… или полметра. В этой пыли я ни черта не вижу, - пробормотал Ян, потирая слезящиеся глаза.
Несколько секунд Рой молчал. Затем фонарь
– Может, попробовать с помощью верёвки?
– спрашивал он себя.
– Точно - не зря ведь я её купил. Слышишь, Ян, - крикнул он громче, хотя и с более выраженным беспокойством, чем прежде, - ты подожди пока здесь, я к лагерю сбегаю. Хорошо? Только ради святого Прожектора постарайся больше не падать, ладно?
Ян так и не успел внятно ответить. Красный свет померк, а пыхтение удаляющегося друга потонуло в мерном гудении лавы. Убедившись, что вслушиваться бесполезно, Ян сел на землю и вздохнул:
– Ну вот, теперь я остался один.
Глава четырнадцатая
Время текло очень медленно. Когда пыль немного рассеялась, а глаза привыкли к темноте, Ян Ютото попытался оглядеться. Бледно-красный свет далёкой лавы не сильно-то помогал.
Несмотря на это, парню удалось выяснить, что уступ, на который он свалился, не такой и большой. Расстояние от стены до обрыва не превышало полутора метров, а протяжённость выступа едва ли могла сравниться с размерами средней комнаты.
Осторожно подобравшись к самому краю, Ян заглянул вниз. Змееобразный ручеёк лавы всё так же спокойно гудел. На нём лишь появился крошечный островок - тот самый кусок скалы, который вырвался из-под ног собирателя и едва не лишил его жизни.
– Сколько же прошло времени?
– вслух спросил Ян, удивляясь необыкновенной чистоте воздуха.
Действительно, пыль осела фантастически быстро. Или это только кажется, что быстро? Тишина и одиночество любят поиграть с психикой. Парень взглянул на часы, но идущего снизу света было недостаточно, чтобы различить стрелки. Тогда он опять подполз к обрыву и вытянул руку над пропастью. Прямые лучи раскалённой лавы светили ярче, и Ян увидел время. Стрелки показывали двадцать пять минут третьего.
Попытавшись вспомнить, когда же он в последний раз смотрел на часы, собиратель пришёл в затруднение. Должно быть, он не интересовался временем с того момента, как проснулся. А это было полвторого, то есть почти час назад.
"Не верю!
– усомнился Ян.
– Это либо с часами сбой, либо у меня со зрением проблемы". Слегка повернув запястье, чтобы взглянуть на стрелки под другим углом (и убедиться, что это не какая-нибудь игра света и теней), он увидел отражённую в стекле лаву. Она ничуть не изменилась, однако на её фоне Яну померещилось нечто чёрное и летящее с бешеной скоростью.
Он резко отдёрнул руку, боясь, что этооторвёт пальцы или же сделает что-нибудь похуже.
За то время, пока Ян ждал Роя, ему много чего вспомнилось - от родителей, оставшихся дома, и Лио, наверное, уже съеденной птерохватами, до гигантского паука с одним глазом и до омерзения обнаглевших чертей. Но всё чаще он возвращался к двум мыслям. Первая говорила ему о Рое - раз друг ещё не вернулся, значит, с ним что-то случилось. Вторая мысль казалась практически нереальной. По крайней мере, до последнего мгновения.
"Это
то самое щупальце, Ян, - как всегда некстати объявилось воображение.– И не надо лгать, что это был лишь мираж. Ты его видел, а глаза тебе пока ещё не врали. А те странные звуки, которые вы с Роем слышали? Разве они - не доказательство?…".
Ян попятился назад и прижался спиной к скале. Онемевшей рукой нащупал револьвер. Вытащил оружие и опустился на песок, чтобы у щупальца было чуть меньше шансов схватить его. Нацелив ствол на обрыв, Ян приготовился к худшему.
Барабан солнечного револьвера был шестизарядным, а все патроны остались наверху. Сколько он уже истратил? Один выстрел в паука, два в воздух, чтоб спугнуть чертёнка. Осталось всего три патрона. Три маленьких убийцы, сила которых полностью зависит от твёрдости твоей руки и случайного везения, которого тут потребуется немало.
И это против такоговрага?
Если бы происходящее было фильмом, Ян бы рассмеялся. Маленький человечек воюет со свирепым глубинным монстром. Да как - лишь с помощью какого-то жалкого пистолетика?… Однако приключение, в которое вляпался собиратель, не было фильмом. И даже сном не было.
Да, он прекрасно сознавал комичность ситуации. Но ещё лучше он понимал мысль, которая уже давно завелась в сознании и, словно червячок-паразит, пожирала любые надежды.
"Рой не вернётся, дружище. Ты остался один".
"Не верю!
– хотел возразить Ян.
– Не верю, и верить не буду, пока вы не дадите мне перспективу получше!".
Но столько раз он повторял это самое "Не верю!"? За последние полчаса мозг давно привык к этому словосочетанию, и всякий его смысл стёрся. Глупо тешить себя наивными сказками. Рой действительно не вернётся, сколько бы Ян ни говорил "Не верю!" и сколько бы он ни таращился в пространство над обрывом. В любой момент там может показаться чудовище, и тогда хрупкая человеческая жизнь повиснет на волоске.
Бессмысленно сидеть, сложа руки, и даже не пытаться хоть что-нибудь делать.
– Точно, - прошептал Ян, поднимаясь на ноги. Глаз он с обрыва не сводил, и револьвер в карман не убирал.
– Может быть, Рой при смерти, а я сижу тут и скулю, словно щенок. Вдруг ему нужна моя помощь?
Опасность нового обвала не так тревожила Яна, как прежде. Сейчас его больше волновало щупальце, которое в любое мгновение могло высунуться из ущелья и сбить человека с ног.
Скрепя сердце, парень отвернулся от пропасти. Задрал голову вверх и попытался различить край обрыва. Казалось, что свет идёт неравномерно, то прибавляя, то убавляя в яркости. Неужели, это щупальце создаёт тени? А может, их уже несколько?
"Чушь! Это просто моё воображение".
Решительным движением спрятав револьвер, Ян положил руку на выпирающий из скалы камень. Тот был пыльным, шершавым и холодным. Парень слегка шатнул его, чтобы проверить, крепко ли он держится. На удивление собирателя, камень тут же вывалился из скалы и едва не отдавил ему ногу.
– Вот беда, - промямлил Ян, начиная подозревать, что угроза обвала не так фантастична, как кажется.
– И что же мне теперь делать?
Надо было подняться всего на каких-то три метра. Теперь, когда пыль улеглась, а воображение хоть на минуту затихло, Ян хорошо видел поднимающуюся над головой скалу. Зрение, привыкшее к таинственному сумраку, отчётливо различало контраст между ней и нереально чёрным небом.