Чтение онлайн

Почему-то мне казалось, что Мальта находится посредине между Испанией и Италией. На самом деле она располагается под самым боком у Италии, недалеко от Сицилии. До Мальты мы добирались двое суток. Погода уже не была такой теплой как у африканского побережья, поэтому купанья отменились и загорали лишь самые отчаянные любители погреться на солнышке.

Как-то днем в небе над нами появился натовский боевой самолет с американскими опознавательными знаками. Завидев Советский флаг, он пару раз с ревом пронесся над нашими головами. Никого, однако, не испугав, он улетел по своим делам. Честно говоря, испугаться мы просто не успели, потому что не поняли, что происходит. А вообще попытка летчика напугать мирных туристов была явным нарушением всех международных правил. Думаю, что если бы наш летчик позволил себе такое, его бы уволили из военной авиации в два счета.

Островная Мальта возникла перед нами, сияя на солнце белыми кубиками домов, поднимавшихся от побережья в гору. Мы шли в порт столицы Мальты, в город с красивым названием, Ла Валетта. Город назван так в честь Великого Магистра Мальтийского ордена Жана Паризо де ла Валетта, который в свое время с успехом защищал юг Европы от турок. Сам порт сохранил вид крепости, охранявшей островитян от врагов и от набегов пиратов.

Мальта известна миру пять тысяч лет! Особенно знамениты два периода ее жизни: мегалитическая культура каменного века и культура рыцарей ордена иоаннитов,

последователей Святого Иоанна.

Мегалитические святилища на Мальте старше египетских пирамид на пятьсот или даже на тысячу лет! Нас возили посмотреть на подземное культовое сооружение Хал Сафлиени, которое находится в глубине острова. Его вырезали в высокой скале кремниевыми и обсидиановыми орудиями в течение столетий. Мы опускались с вершины этой скалы на несколько этажей в глубину (а там существует целая разветвленная сеть пещер и ходов) и осматривали довольно обширную пещеру, которая в древности использовалась для поклонения местным богам, обучения жриц и для захоронений. Захоронения были повсюду — вырытые в стенах углубления хранили останки отдельных людей, маленьких детей и целых семей, кто-то покоился под каменными плитами прямо у нас под ногами. В пещерах Хал Сафлиени было холодно и сухо, тем приятнее было выбраться из этого мрачноватого места на солнце и бросить взгляд на весь бело-зеленый остров с вершины скалы.

Недалеко от пещер в центре острова находится город Мдина, бывшая столица Мальты. Мдина рассыпалась по склонам невысоких гор, ее узкие улочки и средневековые двухэтажные дома с балконами хранили облик глубокой старины. Говорят, что в ней живет много народа, но мы заметили лишь удивительное спокойствие, царящее повсюду в этом пронизанном солнцем мире.

История Ордена рыцарей-иоаннитов, или как мы больше привыкли называть, Мальтийского ордена, начинается примерно с 1050 года новой эры в Святой земле. На Мальту рыцари пришли в шестнадцатом веке, получив обнищавший к тому времени остров в лен от императора Карла V, и принесли сюда вторую самобытную и высокоразвитую культуру. Они были призваны стоять на острове и охранять Европу от вражеских посягательств, что с честью и выполняли четыреста лет. Благодаря им снова пошла замершая было торговля, стали строить госпитали и укрепительные сооружения, при них расцвела культура и архитектура. Тогда же на острове возвели знаменитый Собор Св. Иоанна, главное украшение и достопримечательность Мальты. Удивительно, что когда смотришь на плоский и удлиненный фасад собора, на крепостные пристройки с двух сторон, создается обманчивое впечатление, что он не такой уж и большой. Но все меняется, как только входишь внутрь здания. Внутри собор огромен, он всей своей мощью уходит в темную глубину, и человек теряется в этом глубоком и длинном пространстве. Высокие сводчатые потолки стрелами уходят в небо, и где-то вверху мерцают цветные витражи. Ранее виденные мною католические соборы, как правило, были плохо освещены, с аскетически голыми стенами и темными от времени скамьями, и лишь в алтарной части обычно стояло распятие, да горели свечи. От того, что я увидела здесь, замирало сердце. В половину высоты стен собор был украшен картинами, гобеленами, в стенных нишах стояли драгоценные дары рыцарей и богатых прихожан. В капелле собора находился шедевр Караваджо «Обезглавливание Св. Иоанна». Даже пол здесь выложен маленькими плитками разноцветного мрамора, а там, где в нем остались захоронения первых рыцарей ордена, основателей собора, плиты надгробий сделаны из полудрагоценных камней, с золотыми надписями. Пол, по кусочку, постоянно реставрируют, так как по нему ежегодно проходит столько ног, что снашивается даже мрамор! Отдельного внимания заслуживает алтарь, задрапированный алым шелковым бархатом. В нем, как обычно, стояло распятие Иисуса Христа, но оно поражало своей величиной, каждый мог видеть его от самого порога собора. Вся утварь — чаши, кувшины и вышивка риз были сделаны из серебра и украшены серебряными же цветами и листьями, а по бокам алтаря стояли четыре витых серебряных подсвечника, высотой в человеческий рост и толщиной в руку с огромными зажженными свечами. По легенде, во время второй мировой войны немцы вывезли в Германию все предметы алтарной части, но после своего разгрома, под нажимом общественности, вернули их назад.

Орден богател вместе с островом, а, достигнув наивысшей точки расцвета, начал также стремительно падать, как взлетел. Верхушка рыцарства вела себя высокомерно и необузданно, исчезла дисциплина. Поэтому в свое время Мальта без боя сдалась Наполеону. Затем ее отвоевали англичане, приглашенные взбунтовавшимися мальтийцами. Более ста пятидесяти лет, до окончания второй мировой войны, британцы использовали остров в качестве мощной базы для своего флота. Независимыми мальтийцы стали только в средине двадцатого века, но за сто пятьдесят лет присутствия на острове англичан их язык так прижился на Мальте, что стал государственным.

В Ла Валетте, кроме собора Св. Иоанна, нам показали Дворец Великого Магистра, превращенный в музей, и оружейную палату, хранящую великолепное оружие и доспехи мальтийских рыцарей.

Обогнув итальянский «сапог», мы отправились в Грецию. С четвертого класса, прочитав «Легенды и мифы древней Греции», я мечтала попасть в эту волшебную страну — колыбель европейской культуры, вдохнуть воздух которым дышали герои Эллады, увидеть древний Олимп, легендарные Парфенон и Акрополь.

Мы прибыли в портовый город Пирей, преддверье Афин. В Пирее, на входе в город, еще не чувствуется его древность, а ведь он служит портом Афин с 500 года до новой эры! Ощущение современности создается благодаря тому, что эта часть города утопает в море палаток и магазинчиков, которые трещат по швам от всевозможных товаров. Чего здесь только нет! Это сувениры, ткани, ювелирные изделия, «древние» амфоры (явные подделки, но очень красивые), шубы, магнитофоны, телевизоры, приемники и тому подобное. Товары всех марок мира, настоящие и поддельные, на любой вкус и кошелек. И из каждого магазина по-русски зазывают покупать только у них, приглашают зайти, посмотреть, примерить, предлагают скидки. Просто, голова кругом! Большинство наших туристов ринулось в эти магазинчики, нам же с Надей тратить было уже нечего, поэтому мы пошли гулять по городу. Чуть дальше за торговой площадкой открылись современные улицы с широкими дорогами и тротуарами. День выдался довольно холодный, неожиданно для нас пошел снег с дождем, нечастое здесь явление. Мы были одеты в длинные, по моде тех дней, пальто и вязаные шапочки, тем самым, выделяясь из толпы. В Греции даже в холодную погоду мало кто носит такую серьезную вещь, как пальто, а тем более шапки. Наверное, наш вид был непривычен для местного населения. Да и русских в ту пору в Греции видели редко и то только туристов, поэтому к нам подходили поговорить, спросить, откуда мы и что хотим увидеть. Мы на контакт упорно, но вежливо не шли!

В вечерней программе стояло посещение греческой таверны. Мы отправились туда группой из ста пятидесяти человек. К вологжанам примкнула компания из Перми. Таверна, в которую мы приехали, была явно рассчитана на туристов. Как я потом узнала, традиционно, таверны в Греции посещают только мужчины, здесь они пьют вино, общаются, слушают музыку и танцуют национальные танцы. Женщины в это время, либо находятся дома, либо отдыхают в других местах. Наша таверна

представляла собой большой продолговатый павильон с низкой крышей, внутри заставленный рядами столов и стульев. В глубине зала находилась большая, хорошо освещенная сцена. Когда мы расселись за столами, официанты принесли очень вкусное, легкое, сухое, розовое и белое вино, соленые орешки и крекеры. Тогда это все было в новинку. Наверное, именно такое вино каждый день пили древние греки, разводя его водой. Обычай разводить вино водой, а вернее добавлять вино в воду возник еще в древней Греции из гигиенических соображений: во время военных походов греческим воинам не всегда удавалось кипятить воду, а вино ее обеззараживало. Вина, по нашим меркам, было немного, поэтому некоторые предусмотрительно принесли с собой водку. Наши пермские соседи как-то быстро набрали градус, необходимый для русского веселья. В это время распорядитель вечера объявил, что перед нами выступят студенты афинского университета и покажут нам греческие национальные танцы. На сцену вышли высокие, здоровые парни в национальной одежде, которая состояла из белоснежных узких штанов до колен, белой плиссированной юбочки, рубашки с длинными широкими рукавами, белой плоской шапочки с черной кисточкой, спадающей набок, белых высоких гетр на ногах и белых тапочек, украшенных белыми и черными помпонами. Парни встали друг против друга и начали медленно, ритмично двигаться по кругу под известную всему миру мелодию Микиса Теодоракиса, «Сиртаки». Притопы, повороты, коленца этого танца все ускорялись и наконец приобрели такой темп, что казалось быстрее и зажигательнее двигаться невозможно! В этом танце проявлялся мощный темперамент греков и в то же время их национальное достоинство, любовь к своей культуре. Такой силой и красотой веяло от этих танцоров, что хотелось вскочить и закружиться в танце вместе с ними. Я сидела у самой сцены и с таким нескрываемым восторгом смотрела на сам танец и на его исполнителей, что казалось, будто они услышали меня. Ко мне вдруг протянулась сильная рука со сцены, и я в мгновение ока очутилась среди танцоров. К счастью на мне были надеты джинсы и футболка, вещи обеспечивающие свободу движений. Кстати, вполне возможно, что меня за это и выбрали из всей толпы туристов. Я была ниже их на голову и, несомненно, гораздо легче. Меня поставили в круг, и я стала усердно повторять движения своих партнеров. Получилось быстро и хорошо, потому что я люблю и умею танцевать, а также люблю музыку и слышу музыкальный ритм. Мы оттанцевали греческий танец, мальчики ушли со сцены, остался только один, зато самый высокий и сильный. Он крепко держал меня за руку и не отпускал, несмотря на мои мольбы на английском языке отправить меня обратно на свое место. Видимо, дальше должна была быть шутка, что-то вроде моего обучения современному танцу. Заиграла музыка, это был рок-н-ролл. Но ребята не знали, что я умею и люблю танцевать этот танец. С бьющимся сердцем, я отчаянно бросилась танцевать, где наша не пропадала! Вышло неожиданно здорово, огромный грек подбрасывал и вертел меня как игрушку, но я от него тоже не отставала. Мы закончили танец под оглушительные аплодисменты и крики, а грек поцеловал меня в щеку. Такого от меня никто не ожидал. И в нашей команде я стала на этот вечер героем, человеком, не посрамившим родную Вологду.

После этого нас всех попросили встать в круг, и прямо в зале мы, вперемешку с греками, вместе еще раз цепочкой прошли под музыку «Сиртаки».

Конец вечера был немного испорчен тем, что ободренные моим успехом две пермские, не очень трезвые девушки сами вылезли на сцену и попытались изобразить греческий танец. Организатор вечера вежливо вывел их и усадил на прежние места. В зале присутствовала еще группа японцев, которые по своему обычаю все время все и всех фотографировали.

Из Пирея мы ездили в Афины, столицу Греции, город древней богини мудрости и познания, Афины Паллады. Честно говоря, приехав в центр Афин, к священной скале Акрополя, увенчанной прекрасным храмом Парфенона, я боялась разочароваться, развеять свои детские романтические представления об этом древнем месте. К счастью разочарования не произошло. Как некогда великий русский писатель, Иван Бунин, я думала, каков он, Акрополь? Как И. Бунин, взглянув на «желтый голый холм, воедино слитый с двадцатипятивековым остовом Акрополя», я впервые в жизни всем существом своим ощутила древность! «Боже, как все это просто, старо и прекрасно!», писал он. Какая нежная и точная поэзия звучит в его описании «сине-лилового пламени неба, налитого между руинами храмов, между золотисто-обожженным мрамором колоннад и капителей, между желобчатыми столпами» бесподобной «красоты, мощи и стройности». Он писал эти строки и ощущал бессилие подобранных слов, потому что они не вмещали эту красоту! Лучше и не скажешь, поэтому с такою силой отозвались они в моей душе!

Конечно, Акрополь и Парфенон выглядят уже не так, как было во времена Ивана Бунина, потому что толпы людей, ежедневно в течение многих десятков лет посещающие эти места, оставляют не только невидимый глазу отпечаток на этой божественной красоте, но наносят ей и вполне ощутимый урон. Если бы предусмотрительные служители этого памятника культуры не подвозили еженощно несколько тонн гравия к Акрополю и на его дорожки, не разбрасывали бы мелкие «обломки храма» у подножия Парфенона, туристы давно разнесли бы все по камушку, оставив после себя голое место. Я сама видела, как некоторые «незаметно» прихватывали один другой «кусочек старины» на память. Если с этой бедой еще можно справиться, то другая более страшная опасность угрожает знаменитому архитектурному ансамблю постоянно, это — рост современных Афин, кольцом охватывающих Старый город с тихими кварталами Плаки и Агоры. Это — рост количества автомобилей, появление новых промышленных предприятий, которые уже загрязнили воздух так, что над белоснежными Афинами часто висит смог. Этот смог разъедает даже мрамор, поэтому статуи богов и греческих героев, стоявших в нишах Парфенона, давно заменили гипсовыми копиями, а подлинники убрали в запасники Археологического музея Афинской Агоры.

Гуляя в центре Афин, мы любовались знаменитым ансамблем зданий Университета, Академии и Национальной библиотеки. Построенные в девятнадцатом веке они очень напомнили похожие здания в Ленинграде, только цвет домов в Греции, да и во всем Средиземноморье преобладает белый, отражающий солнечные лучи. Мы побывали в Археологическом музее, где широко представлены исторические находки, в основном прекрасные мраморные статуи. Среди них были и древние надгробья, и статуи греческих богов. Особенно запомнилась огромная фигура грозного бога морей Посейдона, потрясающего трезубцем, недавно извлеченная из морских глубин недалеко от побережья Эгейского моря. Статуя была медная, а не мраморная, как обычно, она вся позеленела от времени и от воды, и имела довольно суровый вид.

Перед отходом из Пирея мы успели съездить на скалистый берег Эгейского моря к живописным развалинам храма Посейдона. Ах, не зря мы в последние дни своего путешествия в Афины познакомились с этим грозным божеством! Мы покинули Грецию вечером, а ночью, когда вышли в Эгейское море, начался ужасный шторм. Должно быть, Посейдон разгневался на нас за то, что мы не поверили в его могущество и нагло пытались прикоснуться к его воинственному трезубцу.

До этого случая шторм в Средиземном море захватывал наш пароход пару раз, но более двух-трех баллов не достигал. Некоторые и при таком волнении вод лежали в лежку и страдали от морской болезни. Мне это казалось странным, потому что я с детства привыкла к морю и на таком крупном пароходе небольшой качки вообще не ощущала.