Пропасть, чтобы вернуться
Шрифт:
— Пойдем со мной. Ты не против? — он взял её на руки.
Хельга не возражала. Она чувствовала, что принц нуждается в ней и от этого на душе стало светлее.
В его комнате неярко мерцали свечи. Большая высокая кровать под темным балдахином была расстелена и смята, одеяло, свесившись, касалось пола. Мягкие шкуры диких животных лежали под ногами и сверкали потухшими навсегда глазами. Хельга содрогнулась, принц заметил, погладил кошку по вздыбленной шерсти:
— Не бойся. Это просто шкуры. Побудь со мной. Хотя бы немного. Не знаю, кто твой хозяин, но думаю, он не станет разыскивать тебя ночью, а утром уйдешь, если захочешь… — повелитель вздохнул, — Когда-то очень давно у меня была подруга — черная пантера. Ты похожа на нее, будто уменьшенная копия… — он лег в постель.
Хельга удобно утроилась в изголовье
Хельга переместилась к самому темному и густому пятну, мурча и успокаивая встревоженную душу Его Высочества, занялась лечением.
Он прикрыл глаза, расслабился и, уже засыпая, промолвил:
— Забавное совпадение… я до сих пор скучаю по ней.
Хельга, понимая, что её присутствие необходимо повелителю, стала навещать его каждый вечер в одно и то же время. Получилась своего рода традиция. Он ждал её и всегда находил ласковое слово для гостьи, а порой угощал её чем-нибудь вкусным, будь то сливки или миндальное печенье, которое Хельга-девочка терпеть не могла, но вот кошкой ела с большим удовольствием. Осторожно пробираясь в комнату Высочества, она осматривала все вокруг и лишь убедившись в том, что он один и свободен от дел — сразбегу запрыгивала ему на колени.
— Здравствуй, радость моя! Где бегала сегодня? — неизменное прикасание теплых ласковых рук к пушистой мягкой шерстке, легкое почесывание за ушком, затем угощение и разговоры ни о чем. Она привыкла к нему, своему большому другу, повелителю, принцу… она обретала с ним тепло, а ему становилось легче от нерешенных проблем. Быть Его Высочеством — нелегко. Груз ответственности за все королевство невидимой ношей давил на плечи, а во время сна беспокоил душу. Дружба с кошкой помогала принцу снимать с плеч напряжение минувшего дня. Играя с ней своим поясом или поглаживая рукой мягкую шерсть, ему становилось легче.
/Данное произведение может находиться в свободном доступе только на сайте Самиздат при библиотеке М.Мошкова.
Но однажды вечером их встреча произошла по-другому. Хельга стразу почувствовала тревогу, какое-то внутреннее предупреждение. Будто бы воздух вокруг изменился, стал напряженным и тяжелым, как перед грозой. Она нерешительно остановилась у знакомой двери за портьерой, повела чутким носом, насторожилась… посмотрела по-другому, но ничего подозрительного не увидела и тихо проскользнула в чуть приоткрытую дверь. Аль Ференс Диа, её повелитель, стоял посреди комнаты и что-то пил из большого серебряного кубка. Никогда раньше Хельга не замечала за принцем пристрастия к крепким винам, а тут… она сразу поняла, что это не обычное вино, которое подают к обеду. Её господин едва стоял на ногах, покачиваясь, будто тонкое деревце на ветру.
Взгляд принца — пугал, почти безумный, ушедший глубоко в себя… Хельга попятилась и уже развернулась к выходу, потому что ей очень не хотелось проводить вечер в компании нетрезвого повелителя, но её заметили:
— А-а-а, вот и ты… кошка, проходи, — махнул он рукой. — Ну, что замерла? Кис-кис-кис… иди же ко мне! Кис-кис-кис…
Хельга не знала то ли ей бежать сломя голову подальше, то ли подойти к принцу на свой страх и риск. Повелитель присел перед кошкой и поманил к себе. Она неуверенно сделала шаг в его сторону, постояла, внимательно поводила ушами, принюхалась, подергала нервно хвостом. Опасности вроде бы не было, но отчего-то все-таки хотелось убежать, а не приблизиться. Неловкая ситуация затягивалась. Хельге странно было видеть господина в таком состоянии. Она подошла к нему потерлась о ноги, заглянула в безумные глаза. Он провел рукой по её шубке как обычно, но немного небрежно, потрепал кошку по голове:
— Умница, девочка… не предала… даже такого, — повелитель взял кошку на руки, прижал к себе, уткнулся носом в её макушку. — Спасибо.
Пошатываясь, они подошли к кровати, там он выпустил гостью на не разобранную постель. Сам тяжело опустился рядом с кошкой на бархатное покрывало, касающееся пола, провел руками по уставшему лицу, расстегнул ворот рубашки,
горько вздохнул. Хельга подошла, пристроилась возле господина, чуть прикрыв глаза, приготовилась слушать.— Тяжело мне, девочка. Так тяжело… и некому высказать свою боль, а носить в себе уже нет сил, — принц поник головой и замолчал, сжал кулаки. Потом он резко поднялся, сделал пару шатких шагов к окну, остановился. Немного постоял, что-то высматривая в темном небе, затем вернулся, едва не упал, но удержался за кровать, сел. Медленно, будто вытягивая каждое слово из себя, продолжил, — Отец болен… и не может руководить королевством, как прежде. А я — наследник, но не по рождению…
Свет плавно танцевал в тяжелых канделябрах, тени медленно крались по стенам, рисуя пред взором кошки жизнь её повелителя.
Тайна открывалась постепенно и так же постепенно сердце Хельги заполнялось сопричастностью и пониманием. Она еще больше привязывалась к господину, с каждым оброненным им словом — он становился ближе для нее и роднее. Оказывается, у Аля Ференса имелся брат, который по праву рождения являлся наследником темного королевства. Но что-то произошло между королем и его старшим сыном, разразилась страшная ссора. Аль в тот момент гостил в светлом королевстве и узнал о случившемся лишь по возвращению. Принц — Юс Ференс Диа покинул родные стены дворца в неизвестном направлении, а его отец объявил младшего сына повелителем темного королевства мира грез.
— От брата очень долго не было никаких вестей, теперь он мстит. Им руководит обида, а страдают жители моего королевства — от неизвестных болезней, гибели скота и урожая. Юс объявился несколько месяцев назад, и теперь нет ни одного дня, в котором не случалось бы какого-то несчастья среди моих подданных.
Глава 20
Раннее солнце скользнуло блеклыми лучами по усатой морде. Кошка приоткрыла один глаз. Пора уходить. Она легко выскользнула из рук спящего повелителя и спрыгнула на пол, медленно вытягивая лапы — потянулась, прошлась до двери.
— Хельга, — послышался голос за спиной.
Кошка насторожилась, замерла и нерешительно обернулась: «Неужели он знает? Знает, кто на самом деле выслушивает его по ночам, кто делит с ним радости и горести вот уже несколько месяцев? И что же теперь, неужели разоблачение?»
Повелитель спал, обнявшись с подушкой. При этом его ровное дыхание и сладкое посапывание говорили о том, что сон был крепким.
«Послышалось», — убедила себя кошка и выскользнула за дверь.
Уже после превращения в девочку, Хельга поняла, как сильно устала за прошлую ночь. Принц уснул лишь под утро, и ей тоже пришлось бодрствовать почти до рассвета, а потом крадучись возвращаться в свою комнату, чтобы её никто не заметил из слуг. Едва она умылась — кувшин с водой, высокая чаша и чистое полотенце всегда находились на месте; слуги во дворце были неслышимыми, невидимыми и вышколенными так, что об их присутствии можно было догадаться лишь при виде необходимых ежедневных мелочей — и причесала взлохмаченные волосы, как пришел Каруэл со списком важных дневных поручений.
— Что-то вы сегодня бледны? Не заболели? — поинтересовался старик, когда были оговорены все мелочи, касающиеся списка неотложных дел.
— Нет-нет. Со мной все в порядке, — поспешила ответить девочка.
Она не хотела, чтобы кто-то догадался о её ночных прогулках, да еще в компании повелителя. Это была тайна, которая согревала Хельгу в минуты отчаяния. Если бы она не знала, что нужна Принцу, что является для него другом, то ей гораздо сложнее жилось бы во дворце. А так даже трудные поручения и обязанности исполнялись легко, будто за спиной у девочки имелись крылья — казалось, что она летает — настолько расторопно теперь выполнялись все поручения. Каруэл все чаще оставался довольным и порой даже хвалил её за старания. Повелитель ни разу так и не поговорил с Хельгой-девочкой, словно её и не существовало для него вовсе. Но всегда радовался появлению в его комнате черной кошки. Это было странным, но постепенно она привыкла и решила не выдавать себя принцу. Раз ему нужна кошка — пусть будет так. Двойная жизнь имела и свои плюсы. Вторая сущность давала возможность незаметно выбираться за стены дворца и изучать округу, а еще тренировать волшебство. Ведь сила и ловкость кошки напрямую зависели от магических навыков Хельги.